Невеста по службе

Когда я уже закрывала за собой дверь, покидая кабинет, Марисса вдруг меня окликнула.

— Я тебе сейчас кое-что скажу, — ворчливо сказала она, когда я недоверчиво обернулась. — Но учти, тебе никто не поверит, если ты вздумаешь кому рассказать: я болею за тебя.

— Ты о чем? — я действительно не поняла, все мои мысли были о Викторе и моем нарушенном обещании.

— Об Отборе, — Марисса нахмурилась. — Не то, чтобы ты мне очень нравилась, или я вдруг разлюбила Максимилиана, но все-таки ты моя знакомая, да и вообще, намного лучше этих тупых куриц.

— Спасибо, — я растроганно улыбнулась. — Я никому не скажу, не переживай.

— Иди вон, — особых переживаний на каменном лице делопроизводителя видно не было. — И когда станешь императрицей, не забудь завезти фотографию своего мужа. И обязательно с автографом.

К машине я возвращалась, опасаясь не увидеть на стоянке машину. Виктор вполне мог оскорбиться долгим ожиданием и уехать, но он все так же полулежал на переднем сиденье, прикрыв глаза.

— Ты обиделся? — спросила я у него, быстро чмокнув в щеку.

— Узнала что-нибудь стоящее? — глаза регент так и не открыл. Я заметила, что на мой вопрос он не ответил, и хитро заявила:

— Что-то! Расскажу, если перестанешь обижаться.

— Я не обижаюсь, — Виктор, повернулся на бок, наконец-то на меня посмотрел, и еле заметно улыбнулся. — Это ты должна на себя обижаться, так как пропустила самое лучшее в твоей жизни свидание.

— Самое лучшее? — не поверила я. — И это бы я поняла всего за полчаса?

— Я исходил из нашей обоюдной занятости.

— Расскажешь, что придумал? — жалостливо попросила я.

— Ты загоняешь меня в угол, — рассмеялся вдруг Виктор. — За то время, что сижу в машине, я только заказал нам ресторан. Хотел покормить тебя, и немного пообщаться. И цветы туда доставили, — Виктор взглянул на часы. — Нужно заехать забрать.

Я тоже на часы посмотрела и покачала головой.

— Мы не успеем, Фелисса ждет тебя к двум часам, да и мне нужно появиться в галерее спален. В общем, будем считать, что заочно мы свидание провели. Большое спасибо за букет и за заботу.

— Подожди-ка, — в глазах Виктора заблестели игривые искорки. — Кое-что заочно я проводить не намерен.

Мужчина мягко взял в руки мое лицо, и безумно нежно прикоснулся своими губами к моим.

— Надеюсь, ты простишь мне эгоистичные мысли, — едва слышно выдохнул он. — Я хоть обед и заказал, надеялся, что на него мы время терять не будем.

— Прощу, конечно, — улыбнулась я. — Потому что тоже на это надеялась.





ГЛАВА 14




— Где ты была? — вот такими словами меня встретила Велания, когда я вернулась в галерею спален. К дворцу мы с регентом вернулись ровно в два часа, и Виктор, препоручив меня заботам охраны, спешно отправился в кабинет. На людях он вел себя отрешенно и строго, но я еще помнила, как заразительно он смеется и как нежно целуется, и потому, при виде Олькутт с трудом стерла с лица счастливую улыбку.

— Ты уверена, что я должна отчитаться? — приподняла я брови и прошла мимо, направляясь к своей комнате.

— Уверена, — заявила девушка. — Мы все здесь находимся в одинаковых условиях, и то, что ты периодически куда-то уходишь — нечестно!

— Слабый аргумент, — честно ответила я и открыла дверь в свою комнату. — Придумаешь что поинтереснее, заходи.

Закрыть дверь Велания мне не дала: втиснулась следом.

— У меня складывается впечатление, что ты не очень-то дорожишь своим статусом невесты!

— Да ты что! — ужаснулась я. — Как тебе такое в голову пришло!

Велания понаблюдала за мной, но, не обнаружив на моем лице и тени издевки, поморщилась.

— Ты ведешь нечестную борьбу, Рэйя. Уходишь, возвращаешься, подсиживаешь некоторых из нас… Да, да, не ухмыляйся так — все знают, что Брунису принц выгнал по твоему желанию!

— Неужели? — я закатила глаза. — По-твоему, она вела себя честно, пытаясь оболгать принца?

— Откуда тебе знать, что она сказала неправду?!

— Хм, откуда? Дай-ка подумать — может быть, она сама сказала перед камерами, что с принцем не спала?


— Но перед этим-то говорила обратное!

— Это разговор слепого с глухим, — миролюбиво сказала я, в то время, как Велания все больше распалялась. — Чего ты хочешь?

— Я подозреваю, что ты нашла способ встречаться с принцем в обход камер, Клариссы и нас!

— Повторяю: чего ты хочешь? Чтобы я с тобой этим способом поделилась? Так не существует его — по работе пришлось отлучиться.

Велания не поверила. Еще некоторое время я слушала ее бредовые заявления, затем нагло зевнула и отправилась в душ. Ничуть не стесняясь, Олькутт направилась за мной в ванную комнату. Хорошо хоть в душевую кабинку не последовала. Но так как вода слишком громко шумела, да и за плотными дверцами я отдельных слов различить не могла, Велания вскоре удалилась, напоследок, подозреваю, пообещав вернуться.

Только я решила отдохнуть, а точнее, поваляться в кровати, вспоминая Виктора, как в мою комнату заявилась Мирана.

— Проходной двор, — вздохнула я.

— Олькутт приходила? — понятливо усмехнулась девушка. — Этого и стоило ожидать. Когда на обед пришел Велаш и сказал, что Адальстан ждать не стоит, потому что ее срочно вызвали в СИБ, она громче всех кричала, что это нечестно, ты совсем обнаглела, и без внимания это оставлять нельзя.

Значит, Фелисса для того, чтобы придумать достоверную причину моего отсутствия, обратилась напрямую к Велашу. Хороший, однако ход, а главное, для старушки наименее энергозатратный.

— Что сваха сказала?

— Ей, по-моему, еще лучше, что одной невестой стало меньше. Правда, она очень расстроилась, что это не навсегда, и после обеда ты вернешься. А куда ты действительно уходила?

— На службу вызвали, тебе же сказали, — спокойно ответила я. Зеленые глаза Мираны раздраженно блеснули.

— Можешь сочинять кому угодно, но не мне — на службе тебе делать нечего!

— О чем это ты? — нахмурилась я. Мирана заволновалась. Складывалось впечатление, что эти слова вылетели помимо ее воли, и теперь она лихорадочно раздумывала над тем, как оправдаться.

— Ты же на Отборе, возможно, станешь императрицей, зачем держаться за свою работу? Твои сослуживцы вполне могут взять на себя часть чужих обязанностей.

— Ты зачем пришла? — я сложила на груди руки. Как оказалось, Мирана решила сыграть роль передатчика. За обедом было сделано важное объявление, а так как рыжая отлично понимала, что для меня информацию вряд ли станут повторять, решила сделать это самостоятельно.

— Максимилиан выдумал новое испытание. Он хочет познакомиться с семьей каждой из невест.

— Что? — не поверила я, и почувствовала, как по телу моему пробежали мурашки. — Он с ума сошел? Зачем это?

Мирана удивленно на меня посмотрела.

— У тебя какая-то странная реакция, по-моему, естественно, если принц и вся страна вместе с ним, познакомится с нашими родными.

— Это преждевременно, — заметила я. — Когда останется две-три финалистки — тогда да, знакомство необходимо, но нас десять! Как он собирается всем уделить необходимое количество времени?

— Две семьи в один день — вполне реально, — Мирана равнодушно пожала плечами. Конечно, ей-то чего волноваться, не она же пряталась от матери долгих пять лет. — К тому же, сегодня принц идет на свидание с Кесалией, и вполне возможно, что уже назавтра невест останется девять.

Девушка хихикнула, а я вдруг подумала, что Мирана чем-то неуловимо похожа на Веланию.

Кесалию не воспринимали, как серьезную соперницу: имеющая лишний вес, простодушная в хорошем смысле этого слова и совершенно беззлобная. Некоторые над ней подшучивали, за спиной говорили гадости, и вот сейчас я обнаружила, что Мирана, оказывается, поступает также.

— Журналисты уже знают о предстоящих смотринах жениха, — продолжила Мирана. — И они в предвкушении. Уже завтра Кларисса скажет: семьи кого из невест принц осчастливит своим визитом в первую очередь. Надеюсь, меня оставят на закуску — чтобы было с чем сравнить.

— Хитрый ход, — удрученно вздохнула я. — Максимилиан познакомится с нашими родными, отсеет неугодных, а уж оставшихся представит своей родне.

— Они будут делать окончательный выбор?! — испугалась девушка.

— Не знаю, — разозлилась я. Новости, которые принесла Мирана, совершенно выбили меня из колеи. — Иди к себе, мне нужно подумать.

Девушка заметно обиделась, но уходя, все-таки сказала, что невестам выделили дополнительное время для телефонного разговора, дабы мы могли заранее предупредить родных. Меня это не обрадовало: встреча с матерью пугала, а уж телефонный разговор повергал в панику.

Когда за Мираной закрылась дверь, я упала на кровать и схватилась за голову — наверное, настало время Отбор покинуть.

Первая паническая мысль вскоре сменилась на другие: расследование не закончено, Хопсвуд на свободе, поведение Мираны наводит на размышления, и упускать ее из виду нельзя. По всему выходило, что встретиться с мамой все-таки придется. Я провела еще примерно час, уговаривая себя сделать первый шаг, и, наконец, отправилась к телефону. К моему превеликому сожалению, он был свободен, наверное, невесты уже донесли родным чудную весть об их скором знакомстве с принцем, и поводов отсрочить чудесный момент разговора с родными, не было.

Хотя я отлично понимала, что если бы мне пришлось ожидать своей очереди, не факт, что я бы вернулась к этой мысли. Вполне можно было для самой себя сочинить чудесную сказку о том, что не судьба, и так далее. Вспоминаете такие ощущения? Так вот, в этот раз мне их испытать не удалось.

Я закусила губу и с огромным сожалением набрала с детства знакомый номер. Надеялась, что родители переехали на другую квартиру, но нет, мама никогда бы не покинула квартиру, которая когда-то принадлежала первому министру искусства в истории, и которую она приобрела еще в период своей популярности. Трубку мама взяла после первого же гудка. Такое ощущение, что возле телефона и сидела.

— Аллоу, — голос ее ничуть не изменился. Немного кокетства, на случай если на проводе поклонник, утомление — это для режиссеров, и загадочность — это для тех, кто странным образом о ней еще мало знает. Присутствовали и нотки других, совершенно разных чувств, и не знаю, как они с такой виртуозностью смешивались в столь коротком слове, но, тем не менее, это было так: каждый, кто разговаривал с моей матерью по телефону, слышал именно те интонации, которые его интересовали.

— Добрый день, — стараясь не демонстрировать обреченность в голосе, сказала я. — Это…

— Рэйя, — голос матери сразу же приобрел командные нотки. Ни тебе «здравствуй, дочка», ни «как твои дела»! Да хотя бы дала договорить: нет же, достойно воспроизведения на свет было только то, что хотела сказать моя мать. — Ты забываешь, что у меня абсолютный слух и идеальная память — я помню твой голос.

Я закатила глаза, и постаралась взять себя в руки.

— Я не забыла, но элементарные правила приличия вынуждают в начале разговора представиться.