Напряжение сходится

– Будь добр, сделай круг до проспекта, – вздохнув, попросил у него.

А когда тот покладисто отправился на неспешную прогулку, присел рядом с Никой рядом и постарался ободрить.

– Ну что ты так, честное слово… – осознал я полную неспособность привести верный довод.

– Я же просила не планировать мою жизнь!..

– Это импровизация! – добавил я со всей искренностью. – Ну, не надо слез… Ника… Ладно, – взял я вновь телефон и набрал прежний номер. – Алеу, Валентин? Тысяча извинений: если что планировал на десятое – то зеленый свет. Все. Будь здоров.

Но вместо благодарности на меня смотрели полные боли и обиды глаза. А плач начался с новой силой.

– Да что не так-то! – всплеснул я руками. – Ну хочешь, Федору на меня пожалуешься?

– Хочу!.. – глухо произнесла Ника, отвернувшись. – Пусть хоть что-то с тобой сделает. Потому что я тебя спасать больше не буду.

– Ну да, я ж не апельсины, чтоб меня спасать… – буркнул я, не подумав.

Потому что девушка замерла, припомнив тюльпаны и свой внешний вид в тот момент, с рыком повернулась и попыталась вновь испытать мою защиту на прочность своими кулачками.

– Как вы?.. – осторожно поинтересовался Артем, завершив круг.

– Нормально – снова бьет! – жизнерадостно ответил я.

– Федор приедет – тут же звони! – Ника гневно встала, развернулась на месте и с чувством собственного достоинства нас покинула.

– Пойду я, наверное… – оглянулся Артем в сторону парковки, но пока Веры на новой машине там не было.

– Как там клуб?

Все же среда, а ограбление не состоится точно. Артем, правда, подзавис, пытаясь определить грань секретности и возможность говорить о ней, но выдал вполне понятно:

– Приняли всех без дополнительных испытаний. Даже удивительно. Внутри, как я понял, разброд и шатание. Очень многим не понравились условия этого набора. Слишком громко все получилось, а лидеры отмалчиваются.

– Так объединяй народ вокруг себя, – предложил я.

– Думаешь?..

– Родом ты вышел, силой не обделен. Опять же вокруг тебя объединяться удобно – ты большой, тут и тень в жаркое время, и парусность от ветра отличная.

– Да ну тебя… Я же серьезно.

– А другого шанса может и не быть. Сейчас ты заинтересованное лицо в центре внимания, тебя выслушают. Завтра опять будешь чужим.

– Буду пробовать, – сосредоточился Шуйский. – Тем более польза от клуба уже есть. Вчера вон эксклюзивное предложение пришло – весь флот и речную инфраструктуру Черниговских приобрести. Вроде как с уходом Зубовых это теперь непрофильный для них бизнес.

– Хороший лот.

– Стоимость бешеная, – покивал Артем одухотворенно, словно всерьез помышляет о покупке. – Но ладно цена, там еще условие кредит им золотом и наличными предоставить в сжатые сроки.

– Я бы не рекомендовал.

– Аналитики пока считают, – вежливо ответил он мне, маскируя за словами смысл «не твое дело». – О, Ника опять возвращается. Что-то новое на этот раз?

Девушка все же дотопала до нас снова – складывалось ощущение, что и уходила только следы слез убрать да косметику поправить, потому что выглядела столь же солидно и уверенно, как в прошлый визит.

– Тем не менее хотела бы повторить свое приглашение на мое венчание, – жестко и уверенно произнесла девушка.

– Обещаю, что обязательно приду на твое венчание, равно как и этот высокоуважаемый лопух, – отмахнулся я от нее.

– Чего это я, а? – возмутился Артем, толкнув локтем.

– А то, что если захочешь потратить в никуда уйму денег, то отдай их Нике, – поднялся я с места. – Она хотя бы сделает это красиво.

Шуйский перевел хмурый взгляд с меня на Нику, которая внезапно заметалась взглядом и порозовела. Всего на мгновение, но его обычный добрый и чуть снисходительный взгляд сменился на острый и крайне умный, тут же исчезнув, чтобы восстановить маскировку добродушного увальня.

– То есть не рекомендуешь? – уточнил он.

– У вас вон – аналитики. А у меня – наконец-то Федор приехал, – с теплотой посмотрел я на экран с долгожданной эсэмэской. – Поехали мы.

Артем подкинулся с места и зашагал вместе с нами.

– Я с вами поеду, можно? Федора не видел давным-давно, – привычным неторопливым тоном произнес он. – Поздороваюсь.

– Да, конечно, – не стал я отказывать, осознавая, что кое-кто просто хочет продолжить разговор. – Только у меня два места, не более, – выставил я свое условие.


Из-за дальнего конца улицы наконец-таки показалась красная машина со счастливой Верой за рулем.

– Может, Вера следом… – пробормотал Артем, но тут же осознал, что Веру я в гостях просто не жду. – Хотя Федор ведь не на один день?

– До субботы наверняка будет.

– Значит, еще увидимся, – и он махнул рукой своей девушке. – Неправильно оставлять даму наедине с подарком. Еще документы оформлять…

На том и расстались, разъехавшись каждый в свою сторону.

– Федор попросил квартиру для свиты, – поставил я Нику в известность, садясь в машину. – Я предложил твой старый адрес. Тем более ключи у водителя есть.

– Ну, та квартира более не моя, – рассудительно, пусть и с ноткой ревности отозвалась она.

– Вот и славно. – Я отдал распоряжение и впервые расслабился с самого утра.

Даже пробка, в которой мы умудрились застрять на целых сорок минут, и та не сильно подорвала настроение. Зато на крыльцо знакомого подъезда вбегал с нетерпением и немного мандражируя. Резко остановился, придержал Нику за плечо и критически ее оглядел.

– Пойдет, – вздохнув, выдал я оценку и зашел в подъезд.

– Что значит «пойдет»?! – донеслось возмущенно сзади, резонируя с бетоном стен и лестниц.

В желании получить ответ на свой вопрос, Ника практически не отставала в беге по ступеням, но я все равно успел первым. Правда, не войдя внутрь квартиры, а наткнувшись на высокорослого и крайне худого господина в рубашке с короткими рукавами, не скрывающими шести бронзовых браслетов на обеих руках, в белых брюках и удобных кроссовках, с сероватым лицом, выбритой под ноль головой и немигающим взглядом; он подпирал железную дверь арендованной квартиры и отнесся к нам без малейшего воодушевления.

– Мы к Федору, – почти уперся я в неожиданное препятствие.

После чего пережил довольно неприятное ощущение, сродни встрече со стаей уличных собак, среди которых только одна знакомая тебе. И не известно, станет ли к ней прислушиваться стая.

Просто случись что – и будет жалко всех.

Страж входа посторонился и дал нам пройти.

– Это кто? – шепотом спросила Ника, стоило нам войти в прихожую.

– Охрана моего брата. Кое-кто ему весьма благоволит и не хочет случайностей, – пробормотал я, снимая ботинки.

Судя по закрытой двери спальни, Федор был там – но странно, что не вышел навстречу.

В целом ерунда – могло и укачать с дороги. Входил я в комнату все равно полный оптимизма от радости встречи. Посмотрел, что внутри. Неловко поздоровался. Медленно вышел.

– Мать, – окликнул я Нику, уже расшнуровавшую кроссовки и перетаптывающуюся в прихожей, – ты это… дыши, что ли, – неловко произнес я на ее вопросительный взгляд.

– А? То есть как дышать? – не поняла она.

– Ну… – почесал я затылок, – помнишь, ты показывала? Вдо-о-ох, вы-ы-ыдох. Потом – вдо-о-ох, вы-ы-ыдох… Слушай, а помогает!.. – с удивлением ощутил я эффект.

Ника резко обогнула меня и распахнула дверь. Отшатнулась было от вида еще одного охранника, почти близнеца тому, что был у входа, и в оторопи замерла.

Я просочился между ней и косяком двери, отодвинул охранника рукой в сторону и встал рядом со смущенно почесывающим затылок Федором, выглядевшим сегодня обычным молодым парнем в толстовке с затейливым принтом и неведомо откуда взявшейся челкой, достающей до глаз. Но улыбка – она была прежней.

– Вот, – указал он жестом в центр комнаты и заглянул мне в глаза, ожидая похвалы.

А в центре комнаты, ни жива ни мертва, стояла испуганная китаянка лет двадцати, в милом костюме горничной с фартучком, в меховых перчатках-лапках и с ушками на ободке в зеленых волосах.

– Это Го Дейю, младшая принцесса рода Го. Одаренная в ранге «учитель», – с гордостью произнес брат.

– А-бал-деть… – протянула Ника, во все глаза рассматривая девушку.

– Федор, – строго произнес я, – я сколько раз говорил: нельзя похищать людей и не испытывать при этом чувство вины!

– Но я не похищал! – с возмущением произнес брат. – Я попросил князя, а он простил клану Го один из долгов. Вот и все!

– М-да? – задумчиво произнес я, пытаясь представить, за какой долг можно попросить принцессу главной семьи.

– Да! Правда, она милая? – с нежностью посмотрел он на китаянку, а та с опаской покосилась в ответ, сделав микрошажок назад.

– А все это… – указал я на одежду. – Это стандартный комплект поставки?

– Не, они ее вырядили во что-то некрасивое и громоздкое, – отмахнулся Федор. – Лицо зачем-то белым намазали, вещи еще эти мрачные… Да и атмосфера там давящая, – передернул он плечами. – Все плачут, все угрюмые, будто умер кто. Как они там только живут? Ладно хоть сегодня ненадолго заехали…

– А-бал-деть.

– Так, а лапки откуда?