Убийство по-домашнему

— Верно, — заметила мать, — купаться можно только в солнечную и теплую погоду. — Она вынула лист из машинки и добавила: — И вообще, я бы предпочла, чтобы вы плавали в клубном бассейне.
— Мамочка! — апеллировала Дина. — Нужно немедленно что-то решить. Нужно действовать без промедления! Позвонить в ФБР. — Она подождала пару секунд. — Мамочка! Поразмышляй хотя бы минутку!
Мать вставила новый лист в машинку и отпечатала номер 11.
— Я слушаю тебя, любимая, — живо сказала она. Полистала рукопись и принялась что-то искать на третьей странице.
— Может, именно в эту минуту он топит какой-нибудь корабль или что-то в этом роде, — сказала Дина.
Мать снова напечатала два слова, подняла глаза над машинкой, улыбнулась и сказала.
— Это уже в другой раз. Хорошо? Мои золотые…
Эйприл вздохнула.
— Ну, ладно, — сказала она. Подтолкнула Дину к двери. — Извини, мамочка, за то, что мы тебя беспокоим.
— Ничего, ничего, — сказала мать. — Чай очень вкусный. — Она начала быстро стучать на машинке. Когда девочки уже стояли на пороге, она подняла на них взгляд и спросила: — По-моему, вы говорили, что хотите сходить на пляж и посмотреть, как мистер Дегранж рисует океан? Это замечательная идея!
— Нет, у нас уже изменились планы, — ответила Эйприл.
В холле первой заговорила Дина.
— Мама не слышала ни слова из того, что мы ей говорили!
— У нее вдохновение, — заявила Эйприл. — Ей нельзя мешать. Мы должны все сделать сами. Давай позвоним.
Дина забеспокоилась:
— А как мы сделаем, чтобы не признаться в том, что мы нашли бумаги миссис Сэнфорд, и вообще во всем?
— Предоставь это мне! — заявила Эйприл.
Возникла короткая дискуссия, кому следует звонить: в ФБР Дж. Эдгару Гуверу, в полицейское управление или самому президенту Рузвельту. В конце концов было принято решение позвонить Биллу Смиту.
Эйприл позвонила в полицейское управление, но там ее отсылали от одного сотрудника к другому и наконец сказали, что лейтенант Билл Смит находится у себя дома. Напрасно она объясняла, что речь идет об очень важном и срочном деле, ей отказались сообщить частный телефонный номер.
— Мы найдем номер в телефонном справочнике, — оптимистично утешилась Дина.
В справочнике фигурировали пять Уильямов Смитов, однако ни один из них не был тем, кого они искали.
Тут Эйприл пришла в голову мысль позвонить сержанту О'Хэйру, номер которого был в телефонном справочнике. Она сказала сержанту, что мать просит дать ей номер Билла Смита, потому что у нее есть к нему дело. Почтенный сержант, чуя любовный роман, предоставил им требуемую информацию. Благодаря этому они наконец добрались до Билла Смита.
Эйприл сразу представилась по телефону. В ответ голос Билла Смита дрогнул от беспокойства.
— Что случилось? Может, ваша мама…
— Пока что ничего не случилось, — ответила Эйприл. — Но мы опасаемся, не случится ли вскоре. Поэтому мы вам звоним.
И она рассказала всю историю о мистере Дегранже, или Арманде фон Гене, или Питере Десмонде — естественно, старательно опустив все щекотливые подробности. В одном месте Билл Смит перебил ее:
— Минуточку… Я хочу записать…
Ей пришлось рассказать все еще раз с самого начала. Как они с Диной выяснили, что Пьер Дегранж — это Арманд фон Гене, как Дина назвала ему эту фамилию и что он ответил. В заключение она добавила, что они с сестрой обо всем этом думают.
— Ты просто гений! — сказал Билл Смит.
Эйприл просияла от радости. Если бы он сказал:
«Ты способный ребенок!», она бы бросила трубку.
— Скажи мне вот что еще, — продолжил Билл Смит. — Откуда вам стало известно, что мистера Дегранжа в действительности зовут Арманд фон Гене?
Этот вопрос касался самого щекотливого момента дела! Эйприл осторожно и решительно ответила:
— От миссис Сэнфорд.
Она не выдала тайну, но вместе с тем не солгала.
— А как она об этом узнала?
— Не знаю, — ответила Эйприл. — Она уже не скажет нам об этом.
В телефонной трубке на несколько секунд стало тихо. Потом Билл Смит сказал:
— Послушай, Эйприл, внимательно подумай. Миссис Сэнфорд говорила вам что-нибудь о других особах?
 
— Нет, — ответила Эйприл. — Она никогда ничего нам не говорила.
Это была правда.
— Ты прекрасно с этим справилась, — похвалила Дина, когда Эйприл положила трубку.
— Ах, мелочь! — отмахнулась от комплимента Эйприл. — Знаешь что, давай сделаем себе несколько сандвичей, я проголодалась.
— Я тоже, — призналась Дина. — Съедим по сандвичу, а потом займемся цыплятами на обед.
Эйприл намазывала масло на сыр, покоящийся на фундаменте из шоколадного масла, когда в кухню, как снаряд, влетел Арчи. Он запыхался, раскраснелся, был разгоряченный и очень грязный. При виде баночек, стоящих перед сестрой, он крикнул: «Ура!» и, схватив нож, принялся оглядываться в поисках хлеба.
— Прежде всего вымой руки, — напомнила Дина.
— Ох, не зуди! — ответил Арчи. — Это совершенно чистая грязь. — Несмотря на это, он вымыл руки и только потом начал конструировать себе сандвич. — Знаете что?
— Мы много чего знаем, — ответила Эйприл, — но не знаем что.
— Дина получила подарок, — сказал Арчи, потянувшись к банке с маринованными огурчиками. — А я детектив! Я выяснил, что на обед будут цыплята!
— Какой подарок? — удивилась Дина.
— Ну, подарок. Он стоит на крыльце, завернутый в коричневую бумагу. И знаете что?
Дина выбежала на кухонное крыльцо и вернулась с большим пакетом.
— Знаете что? — повторил Арчи.
— Мумолулчучи! — прикрикнула на него Дина. — Ох, Эйприл!
Это была картина, та самая, которую мистер Дегранж рисовал во время разговора с Диной, незаконченная и приторно пахнущая масляными красками. В углу виднелась подпись, вернее, инициалы П.Д. На подколотой карточке было написано: «Моей очаровательной подружке Дине Карстерс, на память».
Дина поставила картину на кухонный стол и принялась ее разглядывать.
— Эйприл, что это означает? — спросила она.
— Эй, знаете что? — требовал предоставить ему право голоса Арчи. — Я детектив!
— Хорошо, хорошо, ты умный, как Дик Трейси, — сказала Эйприл, не отрывая взгляда от картины. — Я думаю, Дина…
— Эй! Слушайте! — надрывался Арчи. — Это важно!
— Мы слушаем, — ответила Дина. — Сначала скажи, как эта картина оказалась на крыльце.
— Ее принес тот художник, — объяснил Арчи, — тот, который рисует воду. Он отдал ее мне и сказал, что это для Дины, поэтому я поставил пакет на крыльцо, а он сел в автомобиль и поехал в сторону города. А я подумал, что если вы смогли обыскать виллу, то мы с Адмиралом тоже сумеем это сделать, даже если понадобится выбить окно, чтобы влезть внутрь.
— Вы обыскали дом мистера Дегранжа? — спросила Эйприл.
— Ну да! — ответил Арчи. — Я ведь и говорю об этом.
— И что же?
— А ничего! — с триумфом воскликнул Арчи. — В доме нет ничего, кроме мебели, но она взята напрокат, потому что раньше там жила тетя мужа сестры моего друга, а мебель стояла та же самая.
Дина и Эйприл посмотрели друг на друга, наконец Дина спросила:
— Арчи, означает ли это, что мистер Дегранж унес из дома все свои вещи?
— Ну! — кивнул головой Арчи. — Это и есть мое открытие. Можно мне выпить кока-колы?
Эйприл тут же принесла бутылку, откупорила, подала Арчи.
— Продолжай!
— Так это уже все, — сказал Арчи. — Он забрал такие вещи, как одежду, книги, картины, бритву и вообще. Наверное, загрузил барахло в автомобиль. — Арчи засунул соломинку в бутылку и закончил свой отчет: — Наверное, он уехал насовсем.
— Действительно, похоже на это! — согласилась Эйприл.
— Слушай, Эйприл, — сказала Дина, — может, нужно сейчас позвонить Биллу Смиту и сообщить ему, что уже слишком поздно?
Эйприл вздохнула.
— Можно не трудиться. Ведь с минуты на минуту он сам об этом узнает.
  
Глава 21
 
— Стоит добавить два доллара, — сказала Эйприл. — Трехдолларовый маникюр у Говарда выглядит в сто раз лучше чем обыкновенный, который мама, как правило, делает за один доллар. Билл Смит придет завтра на обед. Тебе ведь известно, как много значат красивые руки. Интересно, какой цвет лака ему нравится?