Ведьмин круг (СИ)

При виде посетительницы незнакомка насторожилась и попыталась подняться, но Аталиса удержала её в кресле.
— Сидите-сидите!
— Спасибо за Вашу доброту, уважаемая сентау. Простите, что не могу поприветствовать высокую гостью должным образом.
— Это Вы простите меня за вторжение. Я не знала, что Вы больны…
Чувствуя себя крайне неловко, растерянная девушка переступила с ноги на ногу.
— Наверно, Вы меня не узнаёте… я тоже человек… — бодрясь, она преувеличенно весело сказала: — Помните, ту страшненькую, рыжую и конопатую ведьму, с которой Вы были так добры на балу по случаю возвращения Лесного короля?
Незнакомка заметно расслабилась, поняв, что эльфийка явилась не по её душу и бросила на неё недоверчивый взгляд. Аталиса широко улыбнулась.
— Честное слово, это я!
Голос девушки прозвучал настолько искренне, что незнакомка поверила и чуть слышно пробормотала:
— Неправда! Если Вы та девушка, о которой я думаю, то Вы были очаровательны. По-моему, после Вашего танца эльфийки сходили с ума от зависти и шипели как змеюки, а я страшно обрадовалась, что Вы утёрли нос этим зазнайкам.
Аталиса схватила стул и, присев напротив, протянула руку.
— Страшно признательна Вам за оказанную поддержку и участие. Будем знакомы, я Аталиса.
— Лана Эдельвейс, — немного поколебавшись, прошептала её собеседница, и хрупкие пальцы ответили слабым рукопожатием.
— Наверно, Вы находитесь в мире фейри около двух лет. Могу я чем-нибудь помочь Вам, Лана? — сострадательно проговорила девушка.
— Да… нет… — её собеседница явно смутилась. — Впрочем, не имеет смысла лгать. Я здесь только год. Мы появились примерно в одно время.
— Ничего не понимаю! Ещё слишком рано для… — Аталиса замялась, не желая упоминать о скорой смерти Ланы. Она внимательно вгляделась в страшно измождённое лицо и расстроено покачала головой.
Многолетняя ведовская практика подсказала девушке, чем больна её новая знакомая. Налицо были все признаки любовной сухотки, что было неудивительно в окружении божественно-прекрасных эльфов. Она сочувственно сжала высохшую ладошку, похожую на птичью лапку.
— Нет проблем, Лана, я постараюсь снять Вашу зависимость от возлюбленного, но прежде я должна получить разрешение и помощь эльфийского владыки. Без его участия лечение бесполезно.
На скулах собеседницы вспыхнул лихорадочный румянец.
— Простите, Аталиса, это не он.
— Я не знала, что гаремом Оберона пользуются другие.
— Бывает. Эльфийский владыка иногда предоставляет своих наложниц близким приближённым… ну, и сыновьям.
У девушки неприятно ёкнуло сердце. Пытаясь справиться с волнением, она стиснула руки.
— Лайтиэль или Раэтиэль?
После долгого молчания Лана выдохнула имя Лесного короля и, посмотрев на собеседницу, вздрогнула, — та мгновенно утеряла своё добросердечие, превратившись в надменную прекрасную эльфийку, неотличимую от своих родичей.
Заметив напуганный взгляд новой знакомой, Аталиса взяла себя в руки и попыталась её успокоить. Увы. Прежняя непринуждённость исчезла, Лана видимо тяготилась присутствием гостьи. Делать было нечего. Девушка твёрдо пообещала помочь и поднялась, собираясь уйти, как вдруг засветился портал и в комнату шагнул принц Лайтиэль. При виде эльфийки в роскошном наряде, находящийся в рабских помещениях, он нахмурился.
— Сентау, могу я чем-нибудь помочь? Вы заблудились при перемещении? — поклонившись, вежливо спросил он.
Спустя мгновение принц узнал Аталису, и его лицо исказилось зловещей ухмылкой.
— А-а! Так это ты! Всё не можешь расстаться с рабскими замашками и ищешь общения с такими же отбросами? — разом утеряв галантность, он оказался рядом с девушкой и, стиснув за плечи, впился глазами в её лицо. — Хороша! Может, сделать вид, что я тебя не узнал? Прекрасная возможность воспользоваться случаем. Скажу отцу, что принял тебя за наложницу и вся недолга.
— Ваше Высочество, Вы не посмеете! Такая шалость Вам дорого обойдётся!..
— Глупости, смертная! Думаешь, что кто-то за тебя заступится? Не смеши! Как только Раэтиэль узнает, что ты побывала в моей постели, он больше знать тебя не захочет и если бы только это, — принц неприятно улыбнулся. — За оскорбление Лесного короля от тебя все немедленно отступятся, включая эн-Ограна. У него есть и другие родичи, за которых он в ответе. Хорошо, если Оберон проявит сострадание и не вышвырнет из дворца. Вот только я бы на твоём месте этому не радовался. Упасть вниз с такой высоты и стать объектом для насмешек это крайне болезненно.
 
Красивое лицо принца исказилось гримасой горечи. Его пальцы непроизвольно сжались и впились в плечи Аталисы с такой силой, что она болезненно охнула. Стараясь не подавать вида, что напугана, девушка уперлась в его грудь и попыталась оттолкнуть.
— Ваше Высочество, Вы не посмеете! Я позову охрану…
— Надеешься на тех олухов, что приставлены к тебе папочкой? Зря. Доблестная четвёрка уже ушла, охраняя твоего магического двойника… Ладно, успокойся. Сейчас у меня на кону более насущные проблемы.
Принц Лайтиэль отпустил Аталису и оказался рядом с Ланой. В его руке появился зелёный витой жезл с голубым каплевидным камнем наверху. Поняв, что сейчас произойдёт, девушка вцепилась в принца, оттаскивая его от несчастной рабыни. В результате рукав черного камзола треснул по шву, и она шлёпнулась на пол, но тут же вскочила на ноги и снова повисла на руке принца.
«Рогатый! Ты что творишь, идиотка? Пусти немедленно, я спешу!» — рассердился он.
«Постойте, Ваше Высочество! Дайте мне исповедовать Лану, прежде чем Вы заберёте её душу!»
«Честное слово, ты редкостный недоумок! Тебе известно такое понятие как скорость протекания магической реакции? Если я немного запоздаю с ингредиентами, половину дворца разнесёт…»
— Неправда! Вы не можете быть настолько легкомысленны! — убеждённо воскликнула Аталиса и упала на колени. — Лайтиэль, умоляю! Дайте несчастной исповедоваться и передать пожелания родным!
В тёмных глазах вспыхнули фиолетовые огоньки. Принц опустился на одно колено и, приподняв голову девушке, пытливо вгляделся в её лицо.
— Зачем, моя глупенькая сентау? Это не имеет смысла. Ведь её родственники находятся в реальном мире, и при всём желании ты не сможешь передать им весточку.
— Это моя обязанность, как жрицы Ведьминого круга, — заупрямилась Аталиса. — По-любому, я должна успокоить мятущуюся душу перед спуском в долины предков.
На прекрасном лице с жесткими чертами лица снова промелькнуло неприятное выражение. Немного подумав, принц Лайтиэль мягко проговорил:
— Что ж, ты можешь купить для рабыни небольшую отсрочку, — он хмыкнул при виде смущённого выражения промелькнувшего на прекрасном лице девушки и тут же успокоил на свой манер: — Наивная! Веришь, всему что говорят? В другом месте поищи дурака, который уложит тебя в постель. Пока есть небольшая вероятность, что Оберону попадёт вожжа под хвост, и он вынудит меня жениться в угоду Ваэлю, я и близко к тебе не подойду. В отличие от Раэтиэля я не жажду заполучить в жёны голема.
— Я не голем! — обиделась Аталиса.
— Спорное утверждение, — холодно отозвался принц. — По сути, ты именно голем и не важно, что твоё тело не искусственного происхождения, душа-то у него всё равно чужая.
Девушка зябко поёжилась, осознав его правоту.
— Что Вы хотите?
— Безоговорочную услугу, которую ты окажешь, когда придёт время.
— Хорошо, — не долго думая, согласилась Аталиса и бросилась к испуганно сжавшейся в кресле рабыне.
— Даю вам пятнадцать минут на взаимные рыдания, а дальше не обессудьте, — пропел принц торжествующим голосом, с удовольствием прикидывая как унизить ненавистного брата при помощи его недальновидной невесты.
Дрожа от страха, рабыня вцепилась в подошедшую девушку. Из её глаз покатились неудержимые слёзы.
— Госпожа ведьма, сделайте что-нибудь! Я не хочу, чтобы убили мою душу! Тогда я не смогу вернуться на землю!
«Т-с-с! Ничего не бойся, Лана! Я не дам пленить тебя миру фейри!» — мысленно сказала девушка, тщательно экранируя мысли. Она не заметила, как посмеиваясь, принц Лайтиэль покачал головой. «Н-да, не повезло братцу! Надо ж было напороться на такую дурёху! Слава богам, это не мои проблемы, а Раэтиэля».