Охота на Лис (СИ)

— Вы сейчас пошутили, да? — вмешалась одна из служанок к неудовольствию сюзерена. — Святые предметы трогать нельзя! Ещё и для магии! Звезда и так зла на нас сегодня!
— Да помолчи ты, — шикнул Содагар, стиснув виски. — Следопыт, зачем тебе святой предмет, а?
— Говорю же, в нём накопилось достаточно энергии, чтобы мне помочь, — Каддар поднял ладони в знак добрых намерений. — Я обещаю вернуть всё в целости, если выживу, конечно.
— И оставить собор без защиты Далёкой Звезды? — изумился третий командующий Гелланн.
— Далёкая Звезда мудрее всех нас, Ваша Светлость. Она поймёт, — Каддар сложил руки и поднял их к лицу. — Дайте ей по-настоящему защитить ваш город.
Содагар проредил бороду пальцами, громко вздохнул и повернулся к боковому алтарю. Там, на каменном постаменте, покоился сверкающий золотой ларец. Рубины его крышки игриво отражали вечное пламя главного алтаря, пока с потолка на них сыпалась каменная крошка после каждого удара чудища снаружи.
— Верховного жреца так и не нашли? — хмыкнул герцог. — Ладно, я же, вроде как, тоже избран Звездой. Эллия, подай следопыту мощи.
Юная помощница бассельского сюзерена боролась с трясущимися руками весь недолгий путь до алтаря и обратно. От одного прикосновения к священному ларцу её тело будто пронзали судороги, но уронить святой предмет она боялась куда больше.
— Это перст Литанда, — пояснил Содагар, когда Каддар принял ношу из руки Эллии. — Ты же знаешь Литанда?
— Первопрорицатель, основавший Летару, — промолвил следопыт.
Историю он знал. Пусть он и не разделял благоговейный трепет перед Далёкой Звездой, прикосновение к такой реликвии заставило Каддара поёжиться.
— Верно, следопыт, — кивнул герцог. — Когда Бассель стал Летарой, сюда приехал король Варагар Объединитель и привёз моему пращуру такой дар. Палец, которым Литанд ткнул на скалу, и сказал строить город. И ведь построили же! Трисфолд, будь он неладен. Ладно, следопыт, за работу. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Каддар не знал, но предполагал, и этого ему было достаточно. Угодить всем сразу невозможно, но, если всё получится, в обиде останется только само чёрное облако.
Мастер Таамир рассказывал ему про Клетку Фульвраха, названную в честь одного нодемарского вождя. Его люди владели магией, но была она весьма примитивной, так что завоевателям из Соттории было, чем удивить нодемарцев. Последние не знали, как бороться и с половиной загадок, поставленных сотторийцами, но Фульврах сумел разработать чудесное в своей простоте средство. Он совместил несколько простейших символов, которыми давно пользовались нодемарские колдуны, в одну схему. При должном усилии, эта стена из знаков не пропускала порождения магии, а в замкнутом виде становилась настоящей клеткой. Так нодемарцы смогли ловить неведомых врагов и изучать их энергию. А затем — и уничтожать.
Люди Гелланна выдали Каддару ведро с густой краской, предназначавшейся для росписи свода Собора. Сами они разделились на два отряда. Гелланн с двумя помощниками сопровождал следопыта к просторной площадке неподалёку от моста в замок. Там им предстояло подготовить Клетку Фульвраха, чтобы запереть чудище на какое-то время, пока ищейки Содагара не приведут на помощь колдунов с топей. Оставшимся десяти воинам выпала задача ещё большей важности: они должны были отвлечь дымное чудовище, пока не получат сигнал от командира. А затем заманить его в клетку. Проще некуда.
Каддар бросил прощальный взгляд на Мариша, но тот всё так же сидел у главного алтаря. По команде солдаты сняли засов и открыли врата собора Звёздных Прорицателей.
Бойня успела переместиться в кварталы к северу от площади. Всё пространство перед храмом оказалось устлано телами горожан, солдат и таинственных чёрных. По его краям ещё ползали раненные, а выжившие стражники тщетно пытались перевязать разорванные животы и раздробленные конечности.
Тварь гремела на севере. Она то и дело мелькала в просветах между осыпающимися остовами домов. Она сносила крыши как лютый смерч, которые терзали Китонос каждую осень. От ударов чудовища каменная кладка рассыпалась, как сухая глина, а человеческие тела подлетали на пять саженей, изломанные и разорванные. Стоило кому-то поблизости закричать, как облако тут же кидалось на звук.
 
Отряд разделился у выхода с площади. Каддар бежал налегке, пока гвардеец тащил краску и кисть. Гелланн же нёс ларец с перстом Литанда, не желая доверять святой предмет иноземцу. Снег под их ногами почернел от копоти, а местами окрасился в багровый. Чтобы отвлечься, от пробирающего воя чудища, Каддар попытался сосчитать тела, что попались ему по дороге, но сбился на семидесяти. Если Басселю и суждено было воспрять после такого нападения, случится это нескоро.
Чудовище грохотало совсем рядом, до Каддара даже долетела черепичная пыль после особо громкого удара. Он не был уверен, что гвардейцы смогут отвлечь неведомого врага. Они собирались стрелять по нему из лука и колоть бесплотное облако копьями. Наверное, это хотя бы заслужит его внимания. В любом случае, потерь солдатам не избежать. Каддар лишь надеялся, что хоть один из них уцелеет, чтобы привести чудовище в нужное место.
Этот пустырь за торговыми рядами Замкового квартала предназначался странствующим ярмаркам. Герцог объяснил, что раньше весны и празднования Звездоявления таких гостей ждать не стоило, поэтому площадка станет отличной тюрьмой для чудовища. Главное, чтобы Клетка Фульвраха сдержала его до прихода ведунов с болот. Тогда монстр уже не будет заботой следопыта.
Каддар усмехнулся. Правитель Басселя изгнал колдунов и ведьм на гиблые топи к югу от города, но всё равно держал их на крючке. Теперь их приведут в город и попросят избавиться от тёмного облака. Быть может, у них даже получится, но затем их всё равно отправят обратно в проклятую чащу. И объявят, что город спасла милость Далёкой Звезды.
Подготовка заняла куда больше времени, чем Каддар рассчитывал. Клетка должна была держаться не меньше целого дня, так что рисовать её поверх снега было опрометчиво. Втроём они расчистили площадку от наста и потеряли драгоценный запас времени. Атаки чудища становились всё ближе.
Солдат по имени Парронд вызвался помочь Каддару с клеткой. Благо, кистей было две. Под надзором Гелланна они размашисто расчертили основу ловушки по площади. Помощь Парронда пришлась кстати, ведь основа эта была обычным двойным овалом, так что и напортачить особо было негде.
Но без усиливающих знаков, по которым можно пропустить энергию, он останется просто сизой замкнутой полосой на земле. Здесь Каддару пригодилась его необычайная память. Хитросплетения магических символов, заученных пятнадцать лет назад, возвращались в его разум и один за другим перетекали на холодную землю.
Оставалось совсем немного. Перед тем, как нанести завершающие знаки, Каддар заранее натянул сразу два кольца. Даже с помощью святого предмета ему будет непросто перенаправить на знаки достаточно энергии. Клетка была не самой большой, но и он не тянул на опытного мага. Однако на его стороне была память, а знаки на то и нужны, чтобы справиться с остальным. Осталось только вспомнить последние штрихи.
Удар раздался совсем близко и поднял столб пыли за ближайшим зданием. В густом облаке промелькнуло тело в доспехах и гулко врезалось в стену.
— Нет-нет-нет, — причитал Каддар.
— Ты закончил? — спросил Гелланн.
— Говорю же, рано!
— Ну, выбора у нас нет, — третий командующий поставил ларец с мощами поверх нужного знака. — Торопись, а то здесь и подохнем.
Рокот тёмного монстра пронёсся по ярмарочной площадке. Каддар слышал его не ушами: звук словно доходил из глубин его собственного сознания. Страшный, потусторонний звук, в котором было всё же что-то завораживающее. Словно он принадлежал иному, запретному миру, а следопыт смог в него заглянуть.
Облако появилось из-за угла, но было куда меньше того, что появилось перед Собором. Тьма вихрем кружилась вокруг одной точки, в которой дым становился гуще. Он медленно оседал вокруг неё и обретал очертания знакомого существа. Человека.