Охота на Лис (СИ)
Из тёмного облака вышел мужчина с бледной кожей и длинными чёрными волосами. Высокий и худой, но жилистый. Он уверенно шагал по ярмарочной площадке, а его сверкающие глаза остановились на Каддаре.
Парронд бросил кисть и схватился за меч. Враг обрёл знакомое лицо, чем разжёг пожар ярости в гвардейце.
— Стоять, солдат! — рявкнул Геллан.
Тщетно. Парронд обхватил рукоять и бросился на воплощение тёмного облака. Казалось бы, что сможет один голый чудак против гвардейца в полном доспехе?
Чудище даже не повернулось, когда клинок Парронда устремился к его шее. Одним движением оно перехватило сверкающее лезвие и сдавило его бледной ладонью. Кровь не пролилась, а вот клинок с треском переломился.
Вторая рука монстра вошла в грудь солдата, будто на нём был не панцирь, а льняная рубаха. Она скрылась в теле Парронда по самое предплечье и вышла наружу, уже сжимая его сердце. Ещё бьющееся по старой памяти.
Всё это время чудище не отводило взгляд от Каддара и кисти в его руке, с которой так и капала краска. Следопыт и сам не мог отвернуться. Что-то в этих тёмных, безжизненных глазах притягивало его против воли.
— Делай уже что-нибудь! — вопил Гелланн.
Чудовище небрежно швырнуло сердце Парронда в сторону, и ускорило шаг. Оно неумолимо приближалось к Каддару, но так и было нужно. Он не мог позволить себе отойти, ведь монстр входил точно в Клетку Фульвраха.
Вид потустороннего гостя, готового вырвать сердце из его груди, слабо помогал следопыту сконцентрироваться. Обычно он передавал магию одному кольцу, теперь же ему требовалось пропустить энергию сразу через два и направить её в рисунок из знаков на земле. Несовершенный, неаккуратный. Клетка могла не сработать, даже если бы он нашёл втрое больше энергии.
Но она сработала. По воле Каддара и с помощью Первопрорицателя Литанда, знаки зашипели и задымились, испаряя остатки снега вокруг клетки. Едва зримые полосы магии проявились над символами. Они выглядели как рябь в воздухе, как лёгкий обман зрения, но с задачей справились.
Монстр уже протянул пальцы к груди Каддара, когда его рука наткнулась на магический заслон. Стена энергии зашипела и выпустила сноп искр. Чудище отшатнулось и попробовало обойти преграду справа, но его вновь встретил непроходимый барьер.
Под шипение искр и гул энергетической стены оно отошло к середине клетки. Рот чудовища остался закрыт, но металлический скрежет снова вырвался из него. Дым сочился через бледную кожу, и вскоре тело монстра вновь утратило человеческий облик. Осталось лишь облако тьмы.
С рокотом и гулом оно бросилось на невидимую клетку. Существо зашлось вихрем и било по преграде сразу со всех сторон. Оно искало слабое место, но энергия в символах держалась. Каддар хорошо их подготовил.
— Твою мать, — выцедил следопыт.
Он оглядел все опорные знаки клетки, и задержался на одном из них. На том, что казался совсем тусклым на фоне остальных. Ведь верхняя черта должна была быть с наклоном к центру круга, а не от него. Глупый Каддар.
Неидеальный символ был для круга тем же, чем для корабля становилась небольшая пробоина в борту, только наоборот. Но вместо того, чтобы впускать воду внутрь, знак медленно травил магию из клетки, нарушал её целостность. Такой корабль не пойдёт ко дну сразу и даже дотянет до ближайшей пристани, но на переход через море его не хватит.
А кругу предстояло держаться не меньше целой ночи, пока Содагар не снарядит поход в топи и не приведёт колдунов. Каддар пропускал через своё тело всё больше магии, и только это не давало чудищу прорвать клетку. Но долго он так не протянет. Его мускулы уже изнывали от боли, а руки норовили опуститься. Нет, он не протянет и до заката.
— Держись! — раздался незнакомый голос.
С другой стороны круга возник долговязый мужчина лет сорока пяти. Его чёрный камзол был изорван, а на осунувшемся лице запеклась кровь, но двигался он уверенно, будто и не был ранен.
Мужчина раскинул руки, и Клетка Фульвраха загудела. Словно тлеющие угли, на которые попало масло, она зажглась с новой силой. Столпы золотистой энергии вырвались из очертаний клетки и устремились в небо.
Пришествие второго мага умерило пыл тёмного существа. Облако вдруг перестало биться об искрящие барьеры и сжалось в плотный сгусток. Тогда энергия ловушки перешла в наступление и ужалила чудовище со всех сторон. Сгусток распрямился, взмыл вверх утончающейся струйкой дыма. И растворился.
Последние ошмётки тёмной энергии растеклись в вышине, как капля крови растворяется в озерной воде. Они слились с вечерним небом и исчезли.
Над городом тут же воцарилась тишина. Даже крики раненных с центральной площади затихли. Каддар осел на землю, но боялся даже выдохнуть. Он не хотел нарушить это хрупкое безмолвие.
— Вставай, друг, — за него это сделал маг в разорванном камзоле. — Всё закончилось, ты молодец.
— Что? — Каддар чувствовал себя так, будто поучаствовал в скачках без лошади. — Куда оно делось?
— Мы его развоплотили, — невзначай пояснил маг, будто для него это было ежелунным делом. — Оно не мертво, по сути, но энергию его мы разбили на такие маленькие крупицы, что собирать её оно будет пару сотен лет. Давай, помогу встать.
Каддар протянул руку и позволил незнакомцу поднять себя на ноги. Третий командующий Гелланн медленно подошёл к ним и встал точно посередине.
— Не расскажешь, кто ты такой? — спросил гвардеец.
— Ох, простите мою невежливость, — маг изобразил неловкий поклон. — Моё имя — Гуррабад. Я был на казни в задних рядах, когда это облако появилось. Оно пролетело прямо над моей головой, но только чудом не напало. Хотя, было больно, когда полетели камни.
— Думаю, господин Гелланн интересовался тем, что вы — чародей, — Каддар отряхнул полы плаща, но его белизна уже была безвозвратно утрачена. — Сдаётся мне, довольно сильный.
— Да полно вам, господа, — Гуррабад нервно рассмеялся. — Какой из меня чародей? Так, обычный деревенский ведун, ничего особенного.
— С топей, что ли? — исподлобья спросил Гелланн.
— Именно, — маг подмигнул. — С топей. Вы не подумайте, я в Басселе ничем таким не занимаюсь. Приехал пополнить припасы, а тут такое. Разве я мог пройти мимо, пока гибнут люди?
— Ладно, Его Светлость сам разберётся, — третий командующий махнул рукой. — Если вы уверены, что эта хрень не вернётся, нам нужно ему отчитаться. Всем троим.
— Ну что вы, господин? — запричитал Гуррабад. — Я же так, мимо проходил.
— Ничего не знаю. Герцогу отчитаемся — и вали на свои топи, колдун. Если Его Светлость разрешит.
Гвардеец подобрал ларец с мощами и направился к телу Парронда, при этом потухшую клетку он обошёл стороной. Бедолага так и лежал на спине с кровавой дырой посреди панциря.
— Не стоит лукавить, Гуррабад, — шепнул новому знакомому Каддар. — Это вы растворили чудовище, а не я.
— Уверен, вы бы и сами закончили начатое, даже не приди я, — ответил жеманной улыбкой колдун. — Я просто ускорил процесс.
— Вот только моё «начатое» было совсем другим, и развоплощать таких чудищ я, увы, не умею, — следопыт покачал головой.
— К чему ты клонишь, друг?
— К тому, что вы не такой простой колдун с топей, каким хотите казаться.
— Ну и ты скромник тот ещё. Кто же начертил такую прекрасную Клетку Фульвраха, пока над его головой эта дрянь рвала город в клочья? Не я же. Тебе кажется, что я что-то недоговариваю? Увы, это только твоё мнение.
Каддар промолчал. Клетку он и правда нарисовал, вот только с ошибкой. Ошибкой непростительной, и чудом было бы удержать чудовище в ней хоть немного подольше, а о том, чтобы его уничтожить, речи и не шло. Но ведь, действительно — это было только мнение следопыта. Его, а ещё перстня с овальным кристаллом, который дрожал от тёмной магии так же, как и над телом Кранца Родейна.
Глава 15. Тебе пора остыть
Химера брёл в тумане своих мыслей, прочь от разорённого города. Ещё долго слышались крики людей и удары чудовища за их спинами, но Лисы не оборачивались. Сквозь толпы беженцев они пробрались к северным воротам, что выходили к Яблоням, и устремились к берегу Сальмены.