Студентка в подарок

– А почему не на вас, Лилиана Тиррос?
Я недовольно завозилась, не понимая, почему со мной еще разговаривают, вместо того чтобы отправить собираться домой.
– Именно потому, что болтается, совсем не мой стиль.
– А опоздали почему?
Я пожала плечами и широко улыбнулась, демонстрируя всем своим видом, что причины нет.
– А позади вас кто?
Проклятье, совсем забыла про Лиссу, которая тщетно пыталась спрятаться за моим совсем не большим телом.
– Простите, как к вам можно обращаться? – я поздновато, но решила все-таки выстроить какое-то подобие нормального общения.
– Если бы вы пришли раньше, боевик, вы бы это узнали, – отрезал мужчина и слегка повернул голову к преподавателям. Не то чтобы отдавал приказ, но всем было понятно, что просьба своего адресата найдет. – Привязать к девушке форму на полгода, чтобы не было соблазна переодеться. За то, что опоздала, – месяц на полигоне. За то, что не умеет себя вести, – два месяца на полигоне. Для подруги – неделя работы на кухне.
Студенты испуганно ахнули. Наверное, наказание и впрямь было суровым, но расстроилась я из-за того, что самого главного-то как раз и не прозвучало. Да еще и Лиссу подставила…
– Пожалуйста, Лисса из-за меня опоздала, ее не наказывайте, – хмуро попросила я. Студенты с интересом повернули головы на блондина.
– Еще один месяц отработки на полигоне за то, что подставила подругу, наказание же для нее неизменно. Закончили с этим.
Платформа круто развернулась, и мужчина продолжил свою речь, которую я столь бессовестно прервала своим появлением. Каждый из студентов счел своим долгом вытянуть голову и взглянуть на меня с высоты своего положения. Я слышала, как все вокруг шушукаются, но очень старательно и негромко, чтобы и на себя не навлечь гнев строгого преподавателя.
– Прости, Лисса, – мне действительно было стыдно, что я подставила соседку. – Я, правда, не со зла.
Девушка фыркнула и поморщилась, едва сдерживая слезы.
– Пока я не готова об этом говорить. Но давай, ты больше не будешь втягивать меня в свои разборки с Академией?
– Да, теперь уже не буду.
Лисса отвернулась, не желая со мной разговаривать, а я стояла, задрав подбородок вверх, и делала вид, что совсем не стыжусь произошедшего. В конце концов, а чего я ожидала от своей выходки? Ну, если честно, ожидала отчисления, потому и нарывалась. Противный преподаватель решил меня повоспитывать? Ну что ж, пусть попробует.
После блондина с пустыми глазами вперед вышел мужчина с таким большим животом, что он, казалось, шевелился при каждом движении помоста. Я совсем не удивилась, когда он представился проректором водного отделения. У меня вообще складывалось впечатление, что мужчина весь состоит из воды, даже имя его напоминало капли – Капел Куппель.
Следом вышла женщина с длинными черными волосами и настолько жгучими глазами, что я даже не удивилась тому, что она является проректором огненного отделения. Женщина просто притягивала к себе взгляды, я заметила, что все присутствующие мужчины вмиг подтянулись и даже как будто сделались выше ростом. Мантия ее была темно-бордового цвета, идеально подходила по фигуре – такая одежда отторжения не вызывала, и в шкаф ее никто не повесил бы. Я скрипнула зубами, когда подумала о том, что можно было обратиться к дизайнеру, который смог бы подогнать этот серый ужас по моей фигуре и сделать мантию произведением искусства. Но вот возможности такой уже нет, лишив денег, отец полностью уравнял меня со всеми в правах. Предприимчивую женщину, к слову, звали Агелина Райан. Она произнесла несколько жизнеутверждающих слов и понадеялась, что уж в этом году студенты ее отделения смогут держать свои чувства в узде и не спалят половину Академии. Слова своего руководителя огневики встретили смешками, а я решила, что надо будет узнать об этой удивительной истории поподробнее.
В конце приветственной речи прозвучал гимн Академии, и нам наконец объявили, что мы можем расходиться на занятия. Я так и не узнала, как выглядят проректора земного и воздушного отделения, и от души понадеялась, что злобный блондин хотя бы не является ректором. Иначе такого будет очень тяжело развести на отчисление. Скорее он меня на инфаркт разведет.
 
– Ты идешь?
Лисса тронула меня за локоть. Я виновато взглянула на нее, но соседка не отвернулась, надеюсь, обижаться перестала.
– Куда идти-то?
Мимо сновали студенты: некоторые сбивались стайками, другие спешили куда-то в одиночку. Лисса показала мне на дальний коридор, у которого собирались четыре разрозненные группы.
– Там собирают первокурсников, идем.
Я с неудовольствием обнаружила, что первокурсников-воздуховиков собирает мой знакомый – заносчивый Аагард Ларсон. При виде меня его брови взлетели на переносицу.
– А я-то думаю, кто это такой борзый, – хмыкнул парень. – Жаль, стоял далеко, не было возможности лицезреть. Но стоило догадаться.
Я поежилась, словно от холода, и поморщилась. Остальные первокурсники с интересом меня рассматривали.
– Безумно рада, что повеселила.
Чтобы избавиться от назойливых взглядов, я повернулась, ища глазами Лиссу. Бесполезно – водники на меня чуть ли не показывали пальцем. Отделаться от лишнего внимания пока возможности не было.
– О чем ты говоришь, – хмыкнул Аагард. – Только что была разминка, настоящее веселье будет потом.
– Не понимаю, – я нахмурилась. – Когда я буду валяться на полигоне?
Аагард загадочно улыбнулся и отвернулся от меня к остальным первокурсникам.
– Все собрались? Опоздавшим придется блуждать по коридорам Академии до следующей перемены. Все за мной, малыши.
Малыши! Мне показалось, или староста хитро взглянул на меня, будто бы предлагал возразить. Не дождется.
– Идем-идем, папочка, – съязвила я.
Мы и правда, как детки в гимназии, пошли следом за своим учителем. Аагард двигался легко и скоро, кивал некоторым студентам, спешащим навстречу, изредка здоровался с кем-то за руку. Он был здесь своим в этой студенческой тусовке – эдаким корольком, с которым каждый считал за честь поздороваться. Поняв это, я презрительно фыркнула.
На входе в аудиторию нас ждал разъяренный завхоз. И по злому взгляду я как-то сразу поняла, что ждет он именно меня. Заметалась, думая, куда же сбежать, но заметила, как язвительно смотрит Аагард и взяла себя в руки. Завхоза миновали все студенты, но мне он заступил дорогу.
– Я говорил, что форму носить обязательно! – я почувствовала, как на меня попали капельки слюны – так орал этот степенный с виду мужчина. Надеюсь, слюна не ядовитая.
– Здравствуйте! – я широко улыбнулась. – Говорили, подтверждаю.
Завхоз демонстративно оглядел меня с ног до головы.
– Но ты не в форме!
– Рада, что вы тоже заметили – платье восхитительное, согласитесь. Между прочим, в единственном экземпляре, Огюст Оккон расстарался.
– Как мило, – завхоз вдруг схватил меня за шиворот. Я возмущенно закричала, пытаясь вырваться, но он без единого усилия вдруг приподнял меня и понес как нашкодившего котенка.
– Что вы себе позволяете! – я заверещала, закрутилась, но завхоз не обращал на это никакого внимания. Просто нес и нес, даже руку не согнул, а ерзаньем я только заставляла свое платье подниматься по ногам выше. – Пустите, сама пойду.
Редкие студенты в коридоре смотрели на меня как на диковинную зверушку, но спешили мимо. Загромыхал, напоминая о начале занятия звонок, и тут же, как по волшебству, все студенты исчезли. Судя по всему, на занятия здесь опаздывать страшились. Завхоз меж тем занес меня в какую-то комнатушку и только тогда поставил на ноги. Комната была очень похожа на чулан, посреди которого кто-то забыл добротный из черного дерева стол. По-видимому, я попала в святая святых – кабинет завхоза. Длинный, похожий на гигантский коридор, заканчивающийся где-то далеко отсюда. Куда ни брось взгляд – везде ящики, полки, мешки. Хозяин помещения, забыв про меня, бросился куда-то влево и принялся что-то искать.