Песнь любви (СИ)

 «Здесь ты», — не осмелился сказать он, но Хельвиг, кажется, понял его чувства, ещё когда Александр отдал ему свой поцелуй.
 — Я бы мог прожить тут всю жизнь, — сказал он, пристально глядя принцу в глаза. — Без фруктов и без золотых будуаров.
 — Кто тебе писал?
 Они развалились на кровати, раскидав всю личную корреспонденцию принца, что пришла сегодня.
 — Сестра и наставник, — сказал Александр. — Сестра беспокоится, потому что я должен был ехать к ней, домой. Спрашивает, не хочу ли я взять племянницу в жёны. — И пояснил, увидев недоумевающий взгляд Хельвига: — Моя сестра от другого отца. Она человек. Иначе она предлагала бы не женитьбу.
 Принц усмехнулся.
 — У вас всё совсем как в королевской семье.
 — Правда?
 — Да. Только масштаб поменьше.
 Александр по-хозяйски вплёл пальцы ему в волосы и принялся ласково перебирать пряди, вчитываясь в первое письмо Лоиса.
 — Наставник пишет, что у него развилась мигрень и просит собрать ему синий мох... я соберу. Но его сложно сушить...
 — Неужели вы знаете все травы на свете?
 — Очень многие. Из известных регионов. Но на западе, в Дольне... Никто из наших не знает, что там растёт.
 — Никто не знает не только, что там растёт, но и что там живёт. — Хельвиг распаковал одно из своих писем. С королевской печатью. — Из канцелярии. Видимо, опять собираются урезать бюджет.
 — Солдаты и без того мало получают, — заметил Александр.
 — Я планирую начать развитие местных деревень. Нам есть, чем торговать, тогда мы сможем сами себя...
 Принц внезапно замолчал, и Александр отложил второе письмо Лоиса, где тот признавался в связи с юной девицей из красных кварталов. Он посмотрел на Хельвига. Тот внезапно напрягся и сосредоточился.
 Через несколько минут он отложил письмо и посмотрел на Александра в упор.
 — В этом месяце нам собирается нанести визит король.
 ========== Глава 8 ==========
 Вскоре каждый человек на прибрежных крепостях знал о приезде Короля. Александр об этом позаботился, лично объездив весь гарнизон в сопровождении Вильда и Хельд и обговорив планы принца с каждым наместником. Всё должно было быть безукоризненно.
 Когда он, спустя почти неделю, вернулся домой, в крепости вовсю шли приготовления. Бумаги пересматривались, солдаты ловили рыбу и дичь, слуги собирали травы и ягоды, намывались лучшие покои в замке.
 
 Всё пришло в движение в крепости, и она уже совсем не напоминала то неторопливое и мирное место, каким была до отъезда Александра. Возникало ощущение, что здесь готовятся к войне. Судя по лицу принца, так оно и было.
 Он встретил Александра с искренней, почти детской радостью, но эта радость быстро сменилась напряжённой сосредоточенностью и смятением.
 Кажется, из всего гарнизона был доволен один лишь только Марс. Он ходил, скаля свои длинные острые зубы, пугающие редких служанок, и тихонько пел боевую песнь себе под нос.
 — Я чувствую, наконец-то грядёт нечто интересное. — Он улыбался широко и дико, глядя на пенящееся холодное море. — Не разочаруй меня, сын Мемфиса.
 Александр понимал, что предчувствия Марса не грозят ничем хорошим ни ему, ни принцу, а потому не мог радоваться, предвкушая битву, как и дроу.
 Король должен был прибыть уже через неделю, и Александр боялся увидеть его, своего первого хозяина. Тогда, пятнадцать лет назад, Король ещё был мужчиной, что был для него первым, а сейчас он, вероятно, уже старик.
 Вечером перед приездом короля Хельвиг привлёк его к себе на грудь и долго не отпускал, глядя за горизонт.
 Они сидели на маленьком балкончике, и их чай из листьев кипрея уже совсем остыл на каменном постаменте у парапета.
 — Даже такой человек, как ты, может бояться, — сказал Александр, ощутив, как приникли губы принца к его макушке.
 — Я всю жизнь только и делаю, что боюсь, — признался тот. — В детстве я боялся, что меня или мою маму убьют старшие братья. Когда вырос и поехал на Родину, на гарнизон, боялся водяных и их магии. Боялся за подчинённых. Потом боялся, что не сделаю жену счастливой. Боялся за своих детей. За каждого из них.
 — Чего ты боишься сейчас?
 — Боюсь потерять тебя.
 — С чего бы мне теряться? — улыбнулся Александр, отстраняясь, чтобы смотреть глаза в глаза. — Я твой до конца твоей жизни.
 — Действительно, — принц усмехнулся невесело и погладил его по щеке. — Так написано в дарственной...
 Александр прильнул обратно на широкую грудь. Он слушал чужое сердце. Это сердце билось слишком быстро.
 Это был полдень.
 Александр стоял на колене, разглядывая каменную кладку, между стыков которой собрался мягкий мох. Теплая накидка принца была совсем близко, нужно лишь протянуть руку, чтобы дотронуться, но Александр не мог: этикет в присутствие Короля не позволял ему подобных вольностей.
 Как ни странно, грызло любопытство. Он помнил Короля высоким, статным мужчиной с тяжёлой рукой и горящим взглядом. Но уже тогда была седина в светлых волосах, была хромота от болезни суставов, которую так упорно лечил Лоис...