Неучтённые миры (СИ)

Ненависть Тинхе к Избранным рассчитывалась холодной непостижимой логикой и принимала жестокие обличия. Я близко Врагу неровня. Любая наша конфронтация обернется для меня катастрофой. Один щелчок пальцев, и я отправлюсь возглавлять колонну каменных статуй.
— Есть в нем что-то потустороннее. — Глаза Флорин заблестели, а голос наполнился сладостью экзотических цветов. — Картина всего не передает. Нет таких красок, что воссоздали бы магнетическую притягательность его ауры. В нем столько скрытой силы, — вздохнула она. — Под его взглядом немеют ноги, руки дрожат как осиновые листья, а сердце заходится как заводная игрушка.
— Ты описываешь симптомы пониженного гемоглобина и признаки нарушения работы сердца, — авторитетно предупредила я.
Все-таки я из продвинутого мира, Избранная и попаданка. Это значит, что не имея профессионального образования в какой-либо сфере, я просто обязана давать по ней советы. Особенно по экономике, политике и медицине.
Впрочем, Флорин моих прогрессивных идей не оценила.
— Поверь, когда ты с ним встретишься — поймешь, что мои речи не лживы.
Я ей поверила. Аритмия и гипервентиляция были обеспечены. Мужчина в черном стал главным действующим лицом в моих кошмарах.
Мне нужно выбираться отсюда. Срочно.
— У тебя есть ключи от комнаты, — осторожно заметила я, когда девушка повела меня обратно в отделанную шелками темницу. Пожалуй, я могла бы рвануть из дворца прямо сейчас. Но как далеко я сбегу в одном только халатике? — Как-то странно.
— Мы не узницы. А это не тюрьма.
— Звучит неубедительно.
Девушка пожала плечами.
— Разве? Ты сделала свой выбор. Сама. Ты пришла в тот сад. Ты призвала силу богини. Согласилась пойти к Великому визирю в Белокаменный дворец. Да, сейчас у тебя нет ясности, ты сбита с толку новым местом и странными существами. Это пройдет. Будь уверена, все сомнения исчезнут, после того как великий Визирь проявит к тебе милость.
Я могла бы поспорить, но смысл? Если Флорин считала жизнь во дворце среди фоморов лучшей платой за ее любовь и душу, то кто я такая, чтобы не соглашаться?
— Ключи у меня потому что я негласная смотрительница. Приглядываю за новенькими, чтобы глупостей не творили, — протянула она с отчетливой интонацией «я знаю, что именно ими ты собираешься заняться». — Не печалься, долго следить за тобой не стану. Получишь аудиенцию у Визиря, дурные мысли голову покинут, сможешь беспрепятственно передвигаться по дворцу. Тогда и покажу твой новый дом. Подберем занятие по нраву.
— А если я пообещаю не делать глупостей, можно ли мне устроить экскурсию пораньше. Например, сейчас?
Я просияла самой обворожительно-безобидной улыбкой, на которую была способна. На Лёше и Атросе она иногда срабатывала. Может быть сработала бы и на Флорин, если бы девушка была забытой богиней.
— В халате и тапочках? — вскинула бровь темноволосая красавица. Женская натура оказалась посильнее истлевающей божественности. — Неприятности найдут тебя сами, Дробь Анна.
Я оглядела свой наряд. Шелковый халат доставал почти до щиколоток и приятно холодил кожу в преддверии грядущего полудня, но для разведки и спасительной операции подходил чуть меньше чем «нет».
Потребовалось некоторое время, чтобы успокоить себя и отговорить от необдуманных действий. Этого хватило, чтобы Флорин закрыла за нами дверь и убрала ключ. Краем глаза я приметила, куда именно она его спрятала.
— Так что случилось с луноликим принцем? — отстраненно уточнила я. Не то чтобы меня интересовала судьба Аматри, но на всякий случай, следовало бы знать, куда он отправился. Не хотелось бы на него наткнуться в самый ответственный момент. — Как его сместили с должности Визиря? Была дуэль или он просто сложил полномочия и свалил?
— Попридержи язык, — прошипела Флорин не хуже фомора. — Мало того, что глупая, так еще и бестактная. При Великом визире не смей подобного болтать. Помалкивай, глядишь и за умную сойдешь.
Ага, позволит мне Тинхе молчать. Аж два раза.
— Да в чем проблема? Луноликого принца больше нет. Визирь умер. Да здравствует Визирь!
 
Мне следовало знать, что цитату никто не оценит. Злобный взгляд и едкая тирада на мою попытку разрядить атмосферу — вот она награда.
— Фло, ну чего ты взъелась? — Вмешалась Аделла. — Она тут первый день. Манерам не обучена, традиций не знает. Да посмотри на нее, — махнула девушка рукой.
Я глянула в зеркало. Что ей во мне не так? Русые волосы, загубленные осветлителем, впервые за долгое время не выглядят как пакля. Корни отрасти еще не успели. Фигура почти в норме. Мешки разве что под глазами. Да и косметики я давненько не видела. Лицо изможденное. Взгляд усталый, потухший. А так-то выгляжу лучше, чем после обычной сорокачасовой рабочей недели.
— Пропал он, — продолжила мастер комплиментов. — Темный повелитель нас много об этом расспрашивал. О том, чем Луноликий занимался в последние дни, чем интересовался. Но кто же нас станет посвящать в дела Великого визиря? Искал он что-то. Часто покидал дворец. А что и где, — девушка пожала плечами, — не нашего ума дело.
Что он искал Аматри? Не Клавдию же. Она была здесь, прямо перед его носом. Странников в первую очередь интересовали Избранные и их магия, и уж потом все остальные блага мира.
Я плюхнулась на пуф и вдруг заметила пропажу.
— Эй, а где плащ? Где кофта? Где мои вещи? Где все?
Невинно затрепетали ресницы златокудрой красотки.
— Я их замочила.
Я издала невнятный звук.
Все-таки сбегать предстоит в халате. Нет, я не в обиде. Стоило догадаться, что предстать перед Великим визирем мне не позволят в порванных и запачканных шмотках. Хорошо хоть не выбросили.
Вещи, найденные в карманах, Аделла разложила на коврике. Под ее скептическим взглядом, я смела ладонью оставшиеся рубины, соль и затесавшееся синее перышко в мешочек.
Все еще недобро поглядывая, Флорин всучила мне сверток с новой одеждой. Обеспокоиться о размерах я не успела, так как выданный наряд мало чем отличался от того же самого халата. Подол до пола, размах складок, цветочный принт и пояс вокруг талии. Поверх всего прилагались неброские украшения. Воспользовавшись помощью с облачением в наряд, от блестящих безделушек я мастерски уклонилась.
Нет уж. Никаких сережек и ожерелий. Хватит. Блонди как-то мне такое нацепила, так я полмесяца потом билась за собственную свободу. Это если умалчивать о том, что я постоянно цеплялась украшениями за ручки дверей и всевозможные крючки. А сколько тканей полегло в затяжках! Мне, конечно, не жаль богатств всяких иномирных захватчиков, но сердце сжималось при мысли о том, как легко погибают в моих руках прекрасные вещи.
— Спрашиваю исключительно ради праздного интереса. Где комнаты других новоприбывших? К примеру, вот выйду я в галерею с картинами. Куда дальше?
— В настойчивости тебе не откажешь, — с каплей уважения в бочке неодобрения заметила Фло. — Первый и последний раз, Дробь Анна. Все важные разговоры в приличном обществе Туманного архипелага ведутся либо во время купаний, либо прогулок, либо трапезы.
Я оценила все количество шнуров и завязок на новой одежде.
— Кто хочет прогуляться до комнат других новоприбывших?
Вопрос был принят холодным равнодушием.
Златовласая Аделла неохотно потянулась с раскиданных по полу подушек. И на недовольный взмах веера Флорин пояснила:
— Время пришло.
Поднявшись, Аделла скрылась за другой дверью. Не той, что вела в купальню. Спустя минуту комната наполнилась приятными ароматами. Девушка вернулась и приступила к сервировке низенького столика, наполняя его маленькими чашечками и блюдечками.
Лениво обмахнувшись веером, Флорин неохотно обратилась ко мне:
— Ты не глазами хлопай, а смотри, как и в каком порядке она все расставляет.
— А, чего?
— Важные разговоры, трапеза, аудиенция у визиря, — перечислила она. — Помнишь?
— Что?
Ребра веера стукнулись о ладонь.
— Аудиенция — это вечерняя трапеза, на которой тебе предстоит прислуживать визирю.