Неучтённые миры (СИ)
Я задохнулась в праведном возмущении.
То есть, я еще и не поужинаю?
Потом задохнулась в менее праведном, но более мелочном возмущении.
Черта с два я буду кое-кому прислуживать за столом!
Острый угол веера ткнулся мне в бок. Я не выдержала и высказала все, что думаю о малолетках, злоупотребляющих потенциально опасными аксессуарами восточного гардероба. Наверное, меня хватило бы на долгую лекцию с неакадемическими вставками, если бы не Аделла со своими вкусностями у моего носа.
Запах чего-то пряного заставил меня заткнуться и уставиться на свою тарелку. Чашечки с напитками последовали одна за другой. Аделла заговорила о порядке подачи. Вкусности заполнили рот. Негодование растворилось, уступая место приятной наполненности.
Готова признать, это работало. Принятие благоухающей пищи расслабляло. Постепенно градус напряжения снизился. Мы перешли к легкой беседе. Наложницы разговорились, а я перешла к другим вопросам.
— Есть причины, почему его зовут Темным повелителем? Ну, помимо очевидного.
Аделла подперла рукой подбородок, закинула в рот угощение.
— Прежде чем появляется он, приходит его тень.
Я не помнила подобных спецэффектов у Тинхе в Лэйтарии. Наверное, это у них новая мода или же, учитывая безразличие Странника к тенденциям высшего света, признак дурного вкуса.
— Тень, как что-то иносказательное? Или прям тень?
— Угу, — подтвердила Аделла. — Прям тень. Комната погружается в темноту, из углов выползает мрак, а вслед за ним, будто бы из ниоткуда, появляется Он.
— Точно? В полной темноте как можно понять, что он появляется?
— Вот ты неуч, Дробь, — с ленцой в голосе откликнулась Флорин, нежась на подушках. — Не полная же тьма наступает. И появляется он не из ниоткуда, — это она уже златовласой.
Насытившись, я тоже откинулась на подушки. Девушки вступили в малоинформативный спор. Я пыталась в него вслушиваться, но все меньше и меньше улавливала суть. На мгновение (клянусь, всего на одно!) я прикрыла глаза.
И вырубилась.
Хотела бы я свалить все на коварно подмешенное снотворное, но факт остается фактом. Бессонная ночь, отходняк от яда, стресс, горячая ванная и сытный обед подкосили меня в два счета.
Очнулась я, когда солнце безжалостно ползло к горизонту.
Как оказалось, я не единственная, кто наслаждалась полуденной дремой. На соседней софе придавалась сну Флорин. Аделла свернулась калачиком на подушках. Послеобеденный отдых — часть культуры во многих странах с жарким климатом.
Что ж, пора действовать.
— 10 —
От точки «А» до точки «Б» я добралась без проблем. Даже больше, чем без проблем. В одном из коридоров меня поймали два стражника-фомора. Особо не разбираясь, они сами притащили меня к нужному месту, что-то пробормотав о том, что начальник не в духе и все-таки проверяет. Зашвырнули в очередные комнаты-хоромы. Я не сопротивлялась. Высказала благодарность, что помогли забывчивой потеряшке, и смело шагнула в залы, предназначенные для служанок-наложниц.
— Извините, дамы. Можно секунду вашего внимания?
Девушки в цветастых нарядах под стать моему, сидели группками по разные стороны от небольшого бассейна в центре зала. Мое появление ни у кого не вызвало особого впечатления, его попросту проигнорировали. Наложницы занимались своими, очевидно, очень важными делами. Переплетали друг другу косы, выстраивали прически, украшали волосы цветами, расписывали кожу странными красками.
Навскидку, Клавдии среди них не было. А должна была! Странник бы ни за что не заколдовал бы ее в камень. Избранные — важный ресурс Лэйтарии. У них целые празднества проводят в честь отречения Избранных от их Предназначения.
Одна из девиц сидела на краю купальни-бассейна и болтала ногами, вспенивая розовую воду и играя с плавающими лепестками цветов. Я обратилась к ней.
— Эй, я ищу девушку по имени Клавдия.
Наложница от неожиданности дернула ногой. Капли мелких брызг упали мне под ноги. Я опасливо отодвинулась. Не хотелось, чтобы следующая «случайная» волна окатила меня сверху донизу.
— Я — новенькая. Зовусь Дробью. Клавдия моя подруга.
Реакции не последовало. Я почесала подбородок, вспоминая основные принципы попаданства.
— Знаешь, может она и не Клавдией представилась. Кто оставляет свое имя если можно выбрать любое другое? Хотя, если оно красивое… Клавдия. Клав-ди-я, — протянула я. — Кто-нибудь с именем Лав или Ди? Или просто со странным именем. Сама понимаешь.
Наложница не понимала. Или очень искусно делала вид, что не понимает.
— У нее очень необычная внешность, — отчаялась я. Время-то поджимало. Флорин вот-вот проснется или время аудиенции настанет. — И говор странный. Наверное, как у меня. И поведение странное. Опять же, как у меня.
Молчаливая купальщица стрельнула глазами в сторону одной из дверей и покачала головой.
Ага, вот она реакция!
— О, поняла.
Я рванула к указанной двери. И знаете, ни фига я, оказывается, не поняла.
Иногда я бываю до ужаса невнимательной и непонятливой. Обычно в самый неподходящий момент. И дело не в том, что я совсем дуб дубом в оценке ситуаций. В Центре нас учили полагаться на интуицию (которая появлялась вовсе не с бухты-барахты) и доверять чувствам. Это работало, если Избранная действовала согласно своему Предназначению. И это теряло абсолютно какой-либо смысл, если в мире присутствовал хоть один представитель Золотой оси.
Итак, без стука я дернула ручку и распахнула дверь. Аккурат с такой траекторией и скоростью, чтобы лоб в лоб столкнуться с мощной фигурой монстра.
Знакомые жабьи глаза остановились на мне. Щеки с прожилками раздулись в негодовании. Несколько долгих секунд фомор смотрел на меня не моргая, а потом раздвоенный язык мазнул по губам:
— Ты! Тебя с-здесь быть не долж-жно!
— А вам не идет лож-жная ш-шепелявость, — передразнила я, заглядывая монстру за плечо. Позади лакея-перевертыша виднелась рыжая шевелюра знакомой Избранной.
Победа!
— Кто это? — Девушка привстала, чтобы подойти ближе и лучше меня разглядеть.
— Не твоего ума дело. Вс-сего лиш-шш-ь оч-чередная статуя в гроте!
Клавдия охнула. Мощная лапа отпихнула ее. Путаясь в драпировке платья, девушка повалилась на низкий столик. Сушеные лепестки цветов посыпались на отполированный до зеркального блеска пол.
— А ну иди сюда, мелкая…
Захлопнувшаяся дверь перед носом разоряющейся твари не позволила дослушать исторгаемые им эпитеты в мою честь. Что-что, а резко хлопать дверьми я умею.
Не соображая, я рванула к выходу. И надо было мне в тот самый момент поскользнуться на луже, что осталась у бассейна!
«Ведь знала же, что она здесь», — успела подумать, запинаясь о бортик и ласточкой ныряя вниз. Вода булькнула надо мной, застилая волной лепестков роз. Неожиданный вес опустился на плечо. В отчаянной панике я потянулась вверх, но нога молчаливой наложницы пихнула меня на дно.
— Где она?! — сквозь толщу воды донесся рык. — Где эта бестия?!
Через небольшие проплешины пены и алых лепестков, я видела, как фомор рыскает краснючими глазами по купальне, но натыкается лишь на пустые глаза запуганных невольниц.
Нога соскользнула по дну. Я заскребла ногтями по плитам, сопротивляясь воде, выталкивающей меня обратно на поверхность. Колыхающаяся вода отразила искривленную рожу недодемона. Злобный взгляд жабы застыл на прозрачной поверхности. Аккурат на том месте, где среди пены и лепестков покачивались оборки моего платья.
— Куда она побежала?
Если бы кончающийся кислород не жег мне легкие, я бы точно забыла, как дышать.
— Безмозглые йутулки! — рыкнул Жаб, разворачиваясь на когтистых лапах.
Туша поплелась к выходу. Взмахом крыльев фомор резанул по стене. Каменное крошево полетело вниз. Как только дверь захлопнулась, я вынырнула из воды. Сквозь жадные глотки воздуха я кое-как поблагодарила молчаливую наложницу. Та лишь дернула плечом.