Возрождение Феникса. Том 10 (СИ)
Новые удары, пока Корсов не превращается в бешеного затравленного шакала, — он судорожно хватает воздух ртом, машет руками, наказанными бесчувственностью.
Я бью его еще раз, сильно, и Корсов обмякает, приложившись головой о барьер. Кровавая отметина расцветает на стекле.
— Бой окончен! — гаркает испуганно судья. — Беркутов, быстро отойди от него. Санитары!
Он даже подбегает и отталкивает меня от стены, боясь, что я в горячке боя прихлопну гаденыша. Санитары спешно вбегают на арену.
Я же фыркаю. Было бы из-за чего так суетиться. Всего лишь кровоподтек, череп цел. Ну и сознание потерял от ушиба, бывает.
Корсова уносят, санитар кивает, мол, живой, в порядке, и успокоившийся судья поднимает мою руку:
— Победитель Беркутов!
Школьники рукоплещут. Глазки Алеси восторженно сияют. Не успеваю выйти за барьер, как моя жена накидывается на меня с расспросами.
— Сеня, когда же ты научился так драться? Неужели тренировался в тайне? А давно? А хочешь…
— Пойдемте, сударыня, лучше на воздух? — принимаю пиджак с тростью. — Здесь жарковато.
— Конечно-конечно, — кивает девушка.
На улице мы отходим за здание. Вдалеке я замечаю зеленое поле Грона. Занимаются ребята, мои бывшие товарищи по ватаге в средней школе. Синеволосая Агафья, малютка-терминатор Руслана… Эх, славные времена, конечно, но в рестарте незачем повторять пройденный путь. Нужно обрести силу и найти Лизу.
— Сеня, так давно ли… — опять начинает щебетать Алеся.
— Мне вы нравитесь, сударыня, — смотрю прямо ей в глаза. — Будьте моей женой.
— Что-о-о-о-о-о-о?! — раздается писк из розового ротика. Мгновенно барышня вспыхивает, как закат. Красивые карие глаза смущенно уставились под ноги. — Что ты такое говоришь, Сеня?!
— Правду, — улыбаюсь. — Ты в моем сердце, Алеся. Подумай об этом и реши.
Я уже отвернулся, чтобы дать ей время осмыслить услышанное, подумать, ну и пофантазировать насчет нашей свадьбы, хе.
— Сеня, стой.
Снова смотрю на нее. На щеках румянец, в глазах совершенно стеснение, но смелости ей не занимать. Выдерживает мой взгляд и отвечает:
— Ты тоже в моем сердце, Сеня. Давно уже, — она мнется. — Насчет свадьбы не знаю, тут многое от батюшки зависит, но я …хочу…очень хочу с тобой под венец! — горячо заявляет.
Я умиляюсь, глядя на барышню. Сочетание ангельской нежности, наивной простоты и жаркого сердца.
— Главное — наши желания, — киваю. — А сопутствующие вопросы я решу. Не волнуйся.
Бросаю взгляд на часы на запястье.
— Мне пора, Леся. Скорее всего, в школе меня долго не будет, дела рода, но знай, ты обязательно станешь моей невестой, Алеся Прохоровна, а значит, моя защита распространяется на тебя.
Смешно, наверно, слышать обещание защиты от вчерашнего инвалида, но Алеся даже не улыбается. А только кивает согласно:
— Хорошо, Сеня. Я буду ждать тебя.
Я протягиваю руку и касаюсь ее пальцев. Она вздрагивает, будто испуганно, но ответное пожатие следует незамедлительно. А потом Алеся неожиданно прижимается к моему плечу и чмокает в щеку.
— Не забудь, чего наобещал мне, Арсений Всеволодович, — улыбается барышня и довольная выскакивает на тропинку за клубом войстези.
Провожаю взглядом её худенькую попку, скрывшуюся за углом здания, усмехаюсь и двигаюсь к парковке.
Дома я переодеваюсь в купленный Досей вечерний костюм шоколадного цвета к клетку. А потом просто жду «Псов войны». Медитирую, гоняю живу по мередианам. Пытаюсь заглянуть в черный «ящик» внутри, но он не поддается, даже «крышка» не дергается. Лиза, что же ты в меня запихнула?
Люди Степанева приезжают через час. С собой они привозят и Доми Магнуса, моего техножреца-конструктора. Здесь его зовут Раулем.
Я выхожу встречать его на крыльцо. Рауль только вышел из машины. На французе тоже надет костюм — бежевый с жилеткой.
— Ну здравствуй, Доми, — с улыбкой произношу. Ауру магнетизма не скрываю, психические волны плещутся вокруг.
Он поднимает на меня полный восторженности и удивления взгляд.
— Милорд Феникс, вы знаете меня, ничтожного рядового брата?
— Конечно, знаю, — подхожу и приобнимаю парня за плечо. Он едва не отбрасывает копыта от счастья. Ноги подкашиваются, приходится напрячься, чтобы поддержать. — Мы с тобой достигнем огромных высот, мой друг.
— Милорд… — смущается он как лицеистка. Похожее выражение было сегодня у Алеси, когда я позвал ее замуж, хе.
— Вы свободны, — бросаю наемникам, тоже покинувшим машину. Они кивают, садятся в салон и отъезжают к воротам. — Пойдем, мой друг. Кстати, где твой багаж? Ты уже где-то остановился?
— Да, в отеле в городе, ми…милорд, — он едва не теряет сознание.
Убираю руку с его плеча, а то еще, правда, инфаркт кокнет и что делать?
— А, хорошо, ну пойдем.
В холле белокурого француза замечает выглянувшая мама.
— Ой, а у нас гости? — удивляется Елизавета Юрьевна и прилипает взглядом к лицу техножреца.
— Да, знакомься — наш новый главный инженер Рауль из Парижа. А это моя мать — Елизавета Юрьевна.
— Очень приятно, — мямлит Рауль.
— И мне, — почему-то смущенно отвечает мать.
До меня почти сразу доходит, но как-то не верится. Да ладно! Не может быть! Хотя, почему нет? У мамы давно никого не было, а тут модель-няшка с красивым ястребиным носом, светлой аккуратной бородкой, глаза большие и невинные. Мм, делаю зарубку потом их свести. В постстарте я этим не озаботился, сейчас надо наверстывать.
Мы с Раулем проходим в гостиную. Там я наспех объясняю обязанности. Заодно угощаемся чем с печеньками — Феня сам принесла, даже не просили. Рыжая кокетка еще вильнула на прощание бедрами, прежде чем уйти.
— Отныне ты руководишь инженерами завода, придумываешь и внедряешь простые технологии для заработка денег. Для начала сделай беспроводную дистанционную систему безопасности на аккумуляторах.
— Понял, милорд, — для него это раз плюнуть.
— Официально оформим тебя завтра. А сейчас поедем развлечемся.
— Развлечемся? — хлопает он глазами.
— Ага, — усмехаюсь. — Ты любишь картины, Доми?
Глава 7 — Пейзажи и натюрморты
— Мы едем в картинную галерею, милорд? — удивляется по дороге Рауль.
«Волгу» ведет Тимофей. Воспитатель с любопытством поглядывает на будущего мужа моей матери. А что? Чем дольше об этом думаю, тем больше по душе мне эта идея. Под моим контролем Доми Магнус не обидит Елизавету уж точно. Да и сам он по характеру мягкий, спокойный.
— Да, на Трехсвятской проходит выставка художника Краснова, — киваю. — Нам там стоит показаться, Доми.
— Понятно, — судя по его круглым глазам, французу решительно ничего не понятно. Скоро сообразит, когда работы ему подкину.
Вечерний город раскрывается во всей красе. Блестят под фонарным светом гладкие тротуары, сверкают хромом и стеклом пока еще далекие высотки. Мы подъезжаем к торговому центру Волконских. Тимофей заворачивает на подземную парковку, оттуда мы с Раулем поднимаемся на лифте на третий этаж.
— Эм, милорд, — француз смотрит на плакат с рекламой выставки. — Картины показывают на втором этаже.
— Не волнуйся, мы туда еще заглянем, — ободряю парня. — Самого ценного полотна там уже нет. Оно на третьем. Заодно покажу тебе отличное кафе с замечательным мороженым.
— Вот как, — теряется бедный техножрец. Он-то думал, его привезли разрабатывать оружие против хаоситов, а нет, по выставкам гулять да мороженым лакомиться.
В кафе народу набито битком. Мы проходим мимо аркадного автомата, к которому уже выстроилась очередь. Я замедляю шаг и киваю Раулю на автомат:
— Обрати внимание, Доми. Я бы посоветовал тебе одним из своих новых проектов сделать уменьшенную модель этого автомата.
— Понял, — француз в удивлении смотрит на эту допотопную машину.
— Обязательно поиграй в свободное время в «Космических захватчиков», — замечаю. — Это приказ. Иначе ты можешь не угадать с вкусовыми качествами потребителей. Конечно, у тебя в штате набраны продуктовые менеджеры и прочие аналитики, которые выставят и согласуют бизнес-требования на разработку. Но ты должен понимать, что и для кого производишь.