Туманная река 2 (СИ)

Пионерский лагерь «Чайка» располагался в живописном сосновом бору. Какие снимки можно сделать, фантазировал я, когда шел от причала по лесной дороге в направлении лагеря. Солнце, как большой оранжевый прожектор пробивалось сквозь стволы стройных и высоких деревьев. Приятно пахло прелой листвой и душистыми сосновыми иголками.
— Пацаны, давай быстрее, пока вожатка не засекла, — услышал я детский голос из молодого осинничка.
Я аккуратно подкрался к сорванцам, и осторожно выглянул из-за дерева. Романтика, курят балбесы, усмехнулся я. Потом резко выпрыгнул и в несколько больших пружинящих шагов поймал одного из курильщиков за ухо.
— Отпустите дяденька, — заверещал пионер.
— Сидоров, это ты? — удивился я совпадению, — я же у тебя перед самым отъездом в лагерь две пачки «Казбека» изъял. Где ж ты здесь курево нашел?
— У меня в рюкзаке еще было, — завыл белугой Сидоров, — только уши не откручивайте, они мне еще пригодятся.
— Ничего, волосы отрастишь подлиннее, будет не заметно, — я взял паренька за руку и повел в пионерский лагерь.
— Я больше не буду, четное пионерское, — продолжал подвывать и размазывать слезы по лицу пионер.
— Все! Верю! — успокоил я его, пока моя голова не взорвалась от честнопионерских клятв.
Входная группа пионерского лагеря «Чайка» несколько отличалась от тех мест, где мне доводилась коротать лето в том, своем мире и времени. Там все больше было сделано из железобетона. Можно сказать без души. А тут две деревянные узкие буквы «Пэ», высотой метров пять, были соединены перекладиной, на которой красовалась фанерная надпись «Добро пожаловать». Еще выше приглашающей для культурного детского отдыха надписи, дугой на сетке рабице было отдельными кривыми буквами написано: «Пионерский лагерь «Чайка». На страже в «Добро пожаловать» кроме гипсовых фигур двух юных барабанщиков, обоего пола, стояли две невысокие девчонки в пионерских галстуках. Высота самих же железных створок, которые сейчас фиксировал засов, была всего примерно метр десять.
— Ваш мальчишка? — я подвел к почетному девичьему караулу Сидорова, который смотрел на меня маленький затравленным волчонком.
— Это Антошка из четвертого отряда, — опознала паренька темненькая девчонка в пионерском галстуке, который она повязала поверх водолазки.
— Тогда открывайте ворота, отведу его к вожатому, — я сделал шаг навстречу.
— А вы кто такой? — задала законный вопрос другая девчонка, с короткими каштановыми волосами, у которой пионерский галстук был повязан поверх белой футболки.
— Мы в ответе за тех, кого отловили, — сказал я с пафосом, — слышали такое выражение?
Девчонки пожали плечами, но створки ворот развели в разные стороны. Отлично, внутрь лагеря я зашел, сейчас нужно найти Свету, может она сможет, чем помочь?
Пионерлагерь «Чайка» располагался среди высоченных сосновых деревьев. Мы с Сидоровым прошли мимо деревянной трибуны, которая смотрела на посыпанный песком плац. Дальше начинался ряд одноэтажных детских корпусов. Дорога мимо однотипных деревянных домиков вела вверх, в горку. Административные здания, облюбовали для себя самую высокую точку в лагере.
— Сидоров, э-э, Антон, в каком отряде работает пионервожатой Света, Светлана не помню отчества? — спросил я, заядлого юного курильщика.
— Если скажу, что мне будет? — пробурчал паренек.
— Дашь мне честное пионерское не курить, и отпущу тебя на все четыре стороны, — пожал я плечами, не денег же тебе давать.
— Светлана Ивановна, наша вожатая. Да вон она, — паренек указал куда-то рукой.
И пока я разглядывал, где там Светлана Ивановна ходит, его и след простыл. Хорошо хоть не обманул, подумал я. Я помахал хорошенькой пионервожатой рукой. Однако Светлана Ивановна была всецело поглощена воспитанием юных строителей коммунизма, которые, по всей видимости, что-то порочащее высокое звание советского пионера уже натворили. Поэтому когда я подошёл ближе и поздоровался.
— Добрый день, Светлана Ивановна.
Девушка в прямом смысле слова подпрыгнула на месте и вскрикнула, перепугав девчонок из своего отряда.
 
— Ты? Здесь? Зачем? — встретила она меня сразу тремя вопросами, лишь один из которых имел хоть какой-то смысл.
— Идите девочки, занимайтесь, — отпустила она своих подопечных, когда немного успокоилась.
Мы отошли немного в сторону от кипящей пионерской жизни, поближе к соснам, с этой точки, неожиданно для меня открылся вид на деревянную чашу амфитеатра, которая упиралась в небольшую сцену.
— Не могу всего тебе объяснить, мне нужно просто неделю где-то вдалеке от Москвы пожить, — сказал я.
— Ты что-то натворил? — уже шёпотом спросила Света.
— Есть люди, которым очень захотелось, чтобы я что-то натворил. И мне нужно время, чтобы все обдумать, — я остановился и посмотрел в большие серые глаза пионервожатой.
— Я поговорю с директором лагеря, Егор Санычем, — Света покраснела и отвела взгляд в сторону, — у нас физрук Гриша заболел, на неделю. Флюс вот такой у него вздулся, — вожатая засмеялась, — может быть, директор возьмёт тебя временно на замену?
— Здорово, — оживился я, — показывай, где можно найти этого славного человека?
— Пойдем вместе, — Света взяла меня за руку, как ребенка из своего отряда, но потом опомнилась и резко разжала наши пальцы.
Директор пионерского лагеря напомнил мне чем-то актера Михаила Светина. Маленький, подвижный, толстенький и смешной. Окна его рабочего кабинета были раскрыты настежь, и, колыша прозрачные зеленые шторы, в них периодически врывался шаловливый свежий ветерок.
— Значит, каким видом спорта ты занимаешься? — задал еще один уточняющий вопрос Егор Саныч.
— Да всеми, — пожал я плечами и посмотрел в окно.
Территория лагеря была не большая и компактная. Деревянные корпуса отдыхающих от родителей ребят располагались посередине. Старшие отряды поближе к дирекции на пригорке, а младшие поближе к проходной в низине. Справа были спортивные площадки, футбольная, баскетбольная и волейбольная. Слева была столовая, медпункт, еще какие-то домики и уже виденный мною амфитеатр.
— Уху, а точнее, — настаивал директор.
— Бегаю, прыгаю, плаваю, играю в футбол, волейбол, могу в баскетбол, настольный теннис, нам будущим участникам отряда космонавтов нельзя ограничиваться одним видом спорта, — я широко и беззаботно улыбнулся.
— Отряда кого? — Егор Саныч широко выпучил глаза.
— А вы как думали? — я сделал серьезное лицо, — нужно же кому-то лететь на Луну, Марс и Венеру. А то яблоки там, без мозолистых человеческих рук, еще не скоро зацветут.
— Ну да, ну да. Читал в газете, что-то такое, — задумался директор, — да я не просто так интересуюсь, — продолжил Егор Саныч, — у нас по соседству находится другой пионерский лагерь «Березка». Если наша «Чайка» подведомственна предприятиям легкой промышленности, то в «Березке» отдыхают дети работников милиции. У них целый отряд из юных «Динамовских» воспитанников! Спрашивается, не могли его в другом месте поставить?
— А в чем дискомфорт? — удивился я, — вы там, они здесь.
— Раз в две недели, в субботу, — директор даже оглянулся, не подслушивает ли его кто, — в родительский день, мы проводим совместный спортивный праздник. В прошлый раз играли в футбол, проиграли одиннадцать — три. А в этот раз будем играть в баскетбол. Гости приедут аж из сборной страны по баскетболу, опытом делиться.
— Ну и? — я все никак не мог понять исходящей тревоги.
— Что ну! — психанул Егор Саныч, — опять ведь в сухую проиграем, как в прошлом году, тридцать восемь — ноль. А для детей, это же психологическая травма!
— А-а-а, — наконец до меня дошло, — я конечно не волшебник, но в сухую мы точно не проиграем, это я твердо обещаю.
— Вот и молодец, — директор обнял меня, как самого дорогого человека на свете, — да, но оговорюсь сразу, платить я тебе не буду, так как документов у тебя нет. А харчеваться можешь спокойно в столовой, я распоряжусь.
— А спать где? — спросил я, уже покидая кабинет директора.