По лазоревому ветру (СИ)

- Согласен, не имеет, – миролюбиво согласился эльф. – Я хотел сказать, что тогда, почти шестьдесят лет назад, Фогун уходил с поля боя не потому, что предал своих, а ради спасения артефакта… Нет, конечно, не только ради артефакта… ради спасения своей жизни тоже. Я не говорю, что он бы остался сражаться до последнего вздоха или же, наоборот, сбежал бы… Мы не знаем, как бы он поступил, не будь у него Усилителя… Так же, как не знаем, как бы поступила ты, не будь у него этого артефакта…
Элейна недобро нахмурила брови и уточнила:
- Хочешь сказать, что ракушка, которая была с Фогуном во время войны, спасла ему тогда жизнь? – она припомнила, что в письме он писал, что этот артефакт помог им лучше понять друг друга, но что это относилось к их первой встрече, Элейна как-то тогда не думала.
- Да, - ответил Эдвард. – Именно это я и хочу сказать… Он и сам так считал. Но, кроме того, он считал, что и тебе она спасла жизнь. Фогун бы тоже не смог убить тебя, так как то хорошее и светлое, что было в нём, усилилось настолько, что он бы не смог прикончить тебя,  – тихо ответил эльф, и девушка устало опустилась на тахту, стоящую у стены. Из вредности, лишь бы не садиться на предложенное эльфом кресло. Ей не нравилось то, что он сказал. Всё это время она считала свой поступок по отношению к Фогуну своей заслугой, своим прозрением, своей гордостью и своим позором. Этот поступок переломил её жизнь, а теперь выяснялось, что причиной этому был золотой артефакт. Зелёные глаза Элейны смотрели на эльфа, но она не видела его. Он продолжил, и голос его был полон сожаления: -  Нет, ты не подумай, ты весьма справедливая и ты не проливаешь зря кровь, но в тот момент ты бы убила его раньше, чем стала обдумывать свои действия. Да и он тоже… Фогун не говорил тебе этого, потому что боялся, что это заставит тебя сомневаться в себе, в своей доброте и стремлении быть честной. Эльфы из твоего клана и так были не высокого мнения о самих себе, и он не хотел усугублять это, ведь вы с ним стали дружны.  Он спрятал артефакт где-то в болотах Древнего Леса. И не стал бы приносить его в замок, если бы Усилитель не стал искать Крафус. А мы бы не стали сотрудничать с чародеем, если бы не боялись за Офиреля. Но я соболезную тебе, Фогун ценил тебя, и я полагаю, для тебя это тяжёлая утрата… - он посмотрел на неё с искренним сочувствием, и она кивнула в знак того, что принимает его слова и верит, что он говорит от души.
Элейна снова задумалась. Этот артефакт спас Фогуна, помог ей найти друга и союзника на долгие годы, который потом нанял Алариана, чтобы тот спас её. Но всё же этот артефакт был опасен. Кто знает, может, именно из-за него и началась война проклятого клана с чародеями, может, именно он заставлял их так ненавидеть друг друга. Эта ракушка - страшная вещь, в этом девушка теперь была уверена. Она спросила у Эдварда:
- Он говорил, что этот артефакт подвластен только старейшим эльфам. Почему вы не забрали его к себе, если всем было известно, что он опасен в руках чародея?
- Пойми… - вздохнул он и опустился на тахту рядом с ней. - Такова была воля того, кто передал ему эту вещь. Мы уважаем решения своих сородичей, и если он решил доверить артефакт Фогуну, значит чародей и должен был хранить его до самой смерти…или же самолично передать его нам, но этого он не сделал… Может, не хотел, а может не догадался – мы не предлагали ему ничего подобного, это было бы слишком навязчиво с нашей стороны… Он не рассказывал нам всей предыстории, мы не знаем причин, почему какой-то неизвестный нам эльф передал Усилитель ему, почему он вообще умирал у него на руках…
- Может, Фогун его и убил! – заметил вошедший Лефир, так как не мог не воспользоваться возможностью ещё раз плохо подумать о чародее.
Элейна глянула на принца и стоящего рядом с ним Офиреля и невольно вздрогнула: как же они всё-таки были похожи. Крафус вполне мог переселить свою душу в тело этого эльфа и никто бы никогда не узнал, что он не Лефир. Это было первой мыслью Элейны, а второй – что Фогун не мог убить какого-то там эльфа, и уж тем более не стал бы потом носиться с его артефактом.
 
- Я в этом сомневаюсь, Лефир, – спокойно ответил Эдвард на его замечание о чародее. – Как бы тебе ни хотелось, он не убивал того эльфа. Кроме того, Фогун даже отомстил за него… - он посмотрел себе под ноги, явно не зная, стоит ли пояснять, но Элейна поняла всё и без него:
- Война, в которой погибли наши с Фогуном кланы… Лефир был прав, не могло всё просто завертеться… Причиной был тот эльф, да? Пришёл с Южных Земель и попался к нашим, проклятым и ненавидящим его только за то, что он не проклят… Или вообще из-за этой Ракушки, которая была при нём и усиливала ненависть к нему…
- Я не знаю подробностей, – мягко перебил Эдвард. -  Но Фогун не производил впечатления того, кто станет мстить за незнакомца. Впрочем, этого мы никогда не узнаем – все возможные участники тех событий мертвы… Хотя… - Он резко куда-то пошёл, ничего не объясняя и не оглядываясь на опешивших Лефира, Офиреля и Элейну.
Никто не понял, что Эдвард и сам не заметил, как подошёл к самой сути своего рассказа, но в последний момент решил ретироваться и ещё раз всё обдумать.
***
Элейна печально вздохнула и села на крыльцо. Фогун унёс с собой много секретов, которые вполне мог бы рассказать ей. Хотя бы о том,, что он уходил с поля боя для того, чтобы скрыть и сохранить Усилитель, или что он связан с эльфами, или вообще хоть что-нибудь из всего того, что она теперь знала и того, что не узнает никогда. Элейна не могла понять, чего в её чувствах больше: обиды, злости или разочарования. Фогуну она доверяла, и ей до последнего верилось, что это взаимно. Оказалось, что нет. Обида была столь свежа и глубока, что девушка даже не могла думать в позитивном направлении. Например, о том, что чародей мог просто оберегать её, не рассказывая лишнего.
Голос принца прозвучал рядом. Ушедшая в свои мысли девушка даже не заметила, что он приблизился, а ведь шаги принца были далеко не бесшумны.
- Знаешь, наверно, не будет преувеличением сказать, что я тебя понимаю, – Лефириус опустился на ступеньку рядом с девушкой. – Не думал, что меня расстроит тот факт, что я был прав всё это время насчёт твоего чародея…
Элейна поглядела в его участливое лицо. Да, уж кому-кому, а не ему следовало утешать его. Его жизнь оказалась разрушенной до основания, в отличии от неё. Видимо, общение с братом и Эдвардом повлияло на принца столь благотворно, что он сумел проникнуться проблемами девушки, позабыв на время о своих.
Элейне казалось, что сейчас крайне не правильно жалеть именно её, но всё-таки ей ужасно хотелось, чтобы её пожалели. Душа жаждала сочувствия и требовала доказательств, что с уходом Фогуна не настанут дни одиночества. Вздохнув, девушка поделилась своими мыслями:
- Самое обидное, что все твои доводы были такими… очевидными…
Лефириус задумчиво почесал голову и признался:
- Знаешь, ещё я не думал, что буду пытаться оправдать его в твоих глазах… Но всё, что теперь мы знаем, не отменяет того, что он был твоим другом. Он всё-таки верил тебе и составил для тебя хитрый план поиска Усилителя… Он нанял Алариана, чтобы спасти тебя… - она посмотрела на него удивлённо, и он улыбнулся: - Нет, я по-прежнему считаю, что он негодяй и злодей… и мне по-прежнему его совершенно не жалко, но… ты действительно была дорога ему…
- О, это утешает! – язвительно отозвалась девушка, и принц решил пока помолчать.
Однако он обнял её и прижал к себе, отчего она почувствовала, что прошлое стоит оставить в прошлом, каким бы оно ни было. Потом она подумала, насколько всё-таки стойко принц воспринимает происходящее вокруг него, и ей стало стыдно за себя. Ей нестерпимо захотелось поцеловать Лефира, но она увидела приближающегося к ним Эдварда. На его лице не было ни следа улыбки, зато чётко виднелась печать тоски и тревоги.
 
- Простите, что мешаю, – сказал он, подойдя к ним. – Но нам нужно поговорить, и это будет не самый приятный разговор…