Спасти футболиста (ЛП)

— Столик на двоих, пожалуйста. Нам подойдет первый освободившийся столик, — сказала я трактирщику.
Крис усмехнулся.
— Первый освободившийся нас не устраивает. Мы не примем ничего, кроме стола около водопада, где происходит всякая интересная хрень. Я пришел, чтобы увидеть жонглеров с огнем и парня в костюме гориллы, которого я видел в одном эпизоде «Южного парка», и я никуда не уйду без всего этого.
— Простите, сэр, но все столики около водопада заняты, — сказал распорядитель.
Выражение лица Криса омрачилось, он явно не привык к тому, чтобы ему отказывали.
— Мы подождем, — сказал он, как будто не было никаких неудобств в том, чтобы стоять и держать подносы с остывающей едой и одновременно блокируя проход для входа.
— Ох, обычно люди звонят, чтобы занять эти места…
— Хорошо, покажи мне, кто там следующий в списке на хороший столик, и я все решу, — сказал он.
— Вон та компания, — сказал распорядитель, указывая на пару с двумя маленькими сыновьями, которые были одеты в фирменные цвета команды Blizzard.
— Интересно, они в клубе ненавистников Криса Лалонда или нет? — пробормотал Крис и направился к семье. — Привет, ребята.
— О, Боже, это же Крис Лалонд! — воскликнул отец, он выпучил глаза, отпрянув от стены, к которой прислонялся раньше. — Мальчики, смотрите, это ваш любимый принимающий. Чем мы можем вам помочь?
— Ну, у нас возникла одна проблема, — сказал Крис, пожимая руку родителям и ударяя кулаками с мальчиками. — Видите вон ту красивую девушку? Ее зовут Хейзел, и она избегает все мои ухаживания с тех пор, как мы познакомились. Я наконец уговорил ее пойти куда-то со мной, но у меня не получилось спланировать все заранее и нас ходят посадить в дальней части ресторана рядом с кукольным шоу.
— Обожаю этих кукол! — закричал самый маленький мальчик.
— Правда? Может быть вы согласитесь поменяться столами? Я бы с удовольствием подбросил вам парочку билетов на игры Blizzards за ваши неудобства, — сказал Крис, именно вот так, с этим самым очарованием он получал все, что хотел. В очередной раз. Как ему удавалось проворачивать это с такой легкостью?
— Тебе кто-нибудь вообще говорит «нет»? — спросила я, когда нас провожали к столику.
— Ты имеешь в виду, кроме тебя?
— Это очевидно.
Крис наклонился ко мне ближе, его дыхание обдало теплом мою щеку, и он прошептал:
— Есть кое-что, что тебе следует понять в отношении меня, Хейзел. Мне не отказывают. А что происходит, когда я получу полный доступ? Я посещаю все аттракционы. Пробую каждое блюдо. И не останавливаюсь до тех пор, пока не буду удовлетворен. Во всех отношениях.
Он сверкнул широкой, как у Чеширского кота, улыбкой, он знал, как она действовала на женщин. Включая меня. Интересно, как эта улыбка могла трансформироваться в выражение радости, торжества, если бы я привела его домой ночью. Даже здесь, в самом центре нечто похожего на самый отстойный ресторан на планете, я чувствовала себя так, словно мы запыхавшиеся взбирались на вершину американских горок и у меня перехватило дыхание при спуске вниз.
Мы заняли наши места, когда началось шоу с прыжками со скалы. Я думала, что Крис мог вспыхнуть от волнения, когда первый ныряльщик занял свое место на вершине возвышавшегося на тридцать футов искусственного утеса и нырнул в лагуну под ним спиной вперед. Пока мы ели, Крис вскрикивал и радовался каждому парному прыжку, прыжку под названием «полет лебедя» и крученому прыжку. Я пригласила его сюда в шутку, а теперь, наблюдая за его светящимся лицом и расслабленным плечам, я не могла сдерживать собственное удовольствие.
— Может тебе лучше повесить на вешалку свою футболку и заняться вместо этого прыжками со скалы? — скала я, собирая свои фахитас.
Крис одарил меня кривой усмешкой.
— Но тогда фанаты пропустили бы мой танец после заработанного тачдауна.
— Верно. Потому что твои танцевальные способности весьма впечатляющие. Когда закончится твоя футбольная карьера, тебе следует рассмотреть участие в «Танцах со звездами».
После моих слов выражение его лица изменилось, беззаботная радость покинула выражение его лица. Теперь он выглядел настороженно, я подумала, что же я сделала такого, чтобы так обидеть его.
 
— Я лучше посижу на своем диване и пересмотрю сериалы девяностых, — ответил он, его тон был до странного официальным.
— Чтобы заново пережить свои подростковые фантазии и влюбленность в знаменитостей? — я откусила кусочек, заставляя себя проглотить его, — собачья еда в приюте скорее всего была лучше на вкус.
— Да, черт побери. Я мог бы глазеть на Эми Джо Джонс целый день.
— На кого?
— Да, ладно. Она играла Кимберли Харт в «Могучих рейнджерах». Знаешь, та в розовом, у которой была способность делать так, чтобы ее кожа превращалась в любой материал, которого она касалась? — Крис сказал это так, как будто я все свое детство провела, живя в какой-то пещере. Что было не так далеко от истины. Я была страшно стеснительным ребенком, так что когда я стала старше и обстановка дома стала более напряженной, я замкнулась в себе и стала осторожной и сдержанной. На самом деле, только во время удивительных выходных, которые я проводила с дядей в его большом поместье, я чувствовала себя нормальным ребенком.
Я склонила голову и сузила глаза, глядя на него.
— Не могу понять, ты шутишь или нет.
— Никогда не шучу по поводу «Могучих рейнджеров». Или насчет Эми Джо Джонс, — сказал он, когда его рот был набит энчиладой.
Рассмеявшись, я покачала головой и вытерла пальцы о салфетку.
— Прямо сейчас мне за тебя так стыдно.
— Ладно, — сказал он, выглядя оскорбленным. — В кого из знаменитостей ты была влюблена?
— Дилан МакКей из 90210 (прим. имеется в виду сериал «Беверли-Хиллз, 90210»). Тут и думать нечего.
Крис отломил кусочек тако и отправил его прямо в рот.
— В самом деле, Грант? Я думал, что ты сторонишься мрачных плохих мальчиков.
— Возможно так и есть, — я пожала плечами. — Но Дилан МакКей был идеальным парнем. Он был сексуальным и эмоциональным и всегда защищал Бренду.
— Пока не изменил ей с Келли.
— И вот тогда я перестала смотреть этот сериал, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос оставался нейтральным. Я не хотела вдаваться в подробности, касаемо окружавших меня парней, которые притворялись не теми, кем были на самом деле. — По крайней мере, он был более положительным персонажем, чем благородный Брендон Уолш, чьим самым выдающимся достижением было ухаживать за женщинами с яблочным пирогом из ресторана «the Peach Pit».
Крис приподнял бровь.
— Что ты имеешь против яблочного пирога?
— Ничего. Я просто люблю пирог «Французский шелк», — сказала я и доела остатки своего фахитас.
— Буду иметь в виду, — он подмигнул и снова развернулся в сторону шоу, пока парень в костюме гориллы присоединился к остальным ныряльщикам в плохо сыгранной сценке.
Когда мы закончили со своей едой — тарелка Криса была вылизана, а моя почти не тронута — мы разделили чек, как и договаривались, и направились в зону аттракционов с напитками в руках.
— Итак, Хейзел Грант, расскажи мне что-то о себе, что не касается твоих способностей выпекать собачьи галеты и твоей склонности к актерам с избытком геля для волос на голове, — сказал Крис, когда мы присоединились к группе людей, которая собралась вокруг сцены, где показывали фокусы.
— Что например? — спросила я.
Он пожал плечами.
— Что-то, что большинство людей не знает о тебе.
Я заколебалась, не зная насколько откровенной я могла себе позволить быть Прошлый опыт научил меня, что открывать себя кому-то, доверять ему, — это то, что потом оборачивается против тебя.
 
— Я не спала нормально всю неделю, что мне не свойственно, — сказала я после паузы.
— И что же не давало тебе спать? — спросил он.
— Некий Лалонд, — я сделал глоток своего «Дайкири» через трубочку-спираль, избегая его взгляда. Если бы я посмотрела на него, то выдала бы себя еще до того, как произнесла кульминационную часть.