Пленница Карателя. Время вспять (СИ)

— Но все же… Кружить вокруг Крестницкой-младшей рискованно. Ты видел, как ее охраняют?
— Хреново ее охраняют, — хмыкаю я, вспоминая нашу встречу в коридоре клуба. — Я пересекался с ней вчера, — решаюсь признаться, ожидая негативную реакцию Андрея. — В ночном клубе. Она не человек, говорю тебе! С ней что-то не так, я почувствовал это…
— Бабу тебе надо, почувствовал он, — язвит Андрей и демонстративно закатывает глаза.
— Пиротехник, черт тебя дери! — рявкаю сердито и поднимаюсь с кресла, попутно взрывая последнюю лампочку и погружая кабинет в сумрак. — Я с тобой серьезно разговариваю, а тебе лишь бы поржать, — складываю руки в карманы, чтобы не шарахнуть друга молнией. — Короче, плевать мне на твое мнение. Считай, что это приказ. Вместе с Алей проследите за Анжеликой Крестницкой, — делаю паузу, словно пробуя имя девчонки на вкус. — Жду доклад. Свободен.
— Карим, блин! — выкрикивает Андрей.
В его руках неожиданно вспыхивает пламя, а параллельно разгорается огонь в камине. Еще меня будет в неуравновешенности упрекать! Видя злость Пиротехника, сам я, наоборот, успокаиваюсь. И понимаю, что последняя моя фраза была чересчур резкой. Хоть в министерстве обороны Андрей — мой подчиненный, но здесь мы на равных. Всегда так было. С самого начала нашей «подпольной» борьбы.
Собираюсь продолжить разговор и попытаться нормальным тоном убедить парня в своей правоте, но нас прерывает Аля. Она распахивает дверь без стука и, тяжело дыша, внезапно выпаливает:
— Нас нашли… И окружили!
— Какого… — не сдерживаю ругательства. — Как? Это невозможно! Об этом доме не знает никто!
— Понятия не имею, — нервно выдыхает. — Но там… военные.
Переглядываемся с Пиротехником и практически одновременно произносим: «Альтаир». Пулей вылетаем в гостиную, где нас уже ждет скоростная Аля и указывает в сторону рощи.
Быстро оцениваю ситуацию, анализирую расстановку сил и немного успокаиваюсь. Всего вокруг дома рассредоточено человек шесть. Подозреваю, что еще несколько «альтаировцев» топчется сейчас у черного входа. Тактику врага я запомнил во время нападения на наше первое убежище, когда Отчаянных чуть не перебили, а я был заражен.
Но тогда на нас натравили Пустых. Сейчас же по наши души прибыли обычные люди, и их намного меньше. Даже обидно немного. Нас настолько недооценивают? Или не уверены, что наводка точная? В обоих случаях мы имеем преимущество.
— Да их мало совсем! — озвучивает мои мысли Пиротехник.
— Но уйти незамеченными они нам не дадут, — задумчиво говорю, продолжая осматриваться.
— Попробуем! Если что, расправимся в два счета! И свалим! Правда, убежище менять придется. Эх, а мне здесь нравилось, — вздыхает Андрей.
— Идем через черный ход. Посмотрим, как там дела обстоят, — бросаю небрежно и первым пересекаю гостиную.
Преодолеваю узкий коридор и останавливаюсь у железной двери. Понимаю, что за ней наверняка кто-то есть, поэтому отхожу к окну. Опираюсь плечом о косяк и, чуть отодвинув тяжелую, плотную штору, выглядываю на улицу.
Пиротехник тем временем занимает позицию у другого окна — и слегка приоткрывает створку, практически бесшумно, чтобы в случае необходимости быстро начать «огненный обстрел» врага.
Как я и предполагал, двоих военных «Альтаир» направил к этой двери. Сейчас они затаились недалеко от крыльца, уверенные, что их не видно. Наивные.
Что ж, быстро ликвидируем «альтаировцев» и покинем территорию дома.
Киваю Андрею, жестом даю поручение подготовиться к атаке, а сам активирую молнии. Однако не тороплюсь. Хочу убедиться, что ничего не упустил из виду. И не зря.
Приоткрываю окно. Всматриваюсь в рощу, долго и внимательно, привыкая к вечерним сумеркам, пока не нахожу взглядом автомобиль невзрачного серого цвета, припрятанный среди зарослей.
Но стоит мне занести руку и направить молнию в его сторону, как внутри меня что-то коротит. Заставляет остановиться. А я почему-то слушаюсь.
Через секунду боковое окно машины опускается — и я замечаю платиновую женскую головку. Весьма глупую и неосторожную!
 
Блондинка поворачивается ко мне, смотрит взволнованно и испуганно. Встречаюсь с серебристым взглядом и застываю. Порыв ветра приносит откуда-то приторный запах ванили, который парализует легкие. Галлюцинации?
Гипнотизирую большие, мерцающие глаза девчонки — и узнаю ее. Объект Энджел! Все-таки я не ошибся. Она на стороне "Альтаира". Однако меня это не радует. Наоборот…
Вижу, что и Анжелика меня узнает. Но ведь это невозможно! Мы встречались лишь один раз, в темном коридоре клуба. Неужели каких-то пары минут ей хватило, чтобы запомнить меня? Чушь!
Девчонка приоткрывает пухлые губки, будто хочет сказать мне что-то. Предупредить? Или проклясть?
Но тонированное стекло быстро поднимается, скрывая объект Энджел от моего взора.
В машине есть кто-то еще. И этот кто-то гораздо умнее и осмотрительнее маленькой самоубийцы!
Оглядываюсь на Пиротехника и осознаю, что он тоже заметил автомобиль «Альтаира». В отличие от меня, парня не смогла дезориентировать светловолосая девчонка. Неужели она только на меня так действует? Ведь я чувствую ее до сих пор.
Андрей поднимает руку, на ладони которой уже сформировался огненный шар, — и целится четко в машину. Поступает вполне логично, но…
Мое тело не слушается здравого смысла. Молния сама срывается с руки и летит в запястье Пиротехника, вынуждая его сменить траекторию и пустить пламя мимо цели. Когда огонь поджигает одно из деревьев, я облегченно выдыхаю. Автомобиль «Альтаира» целый и невредимый, а значит, и Анжелика все еще жива…
— Ты чего? Сейчас бы я бомбанул прямиком в бензобак, и взрыв стал бы отвлекающим маневром, — цедит Андрей, отскакивая от окна. — Пока они бы выясняли, что и как, мы бы скрылись в роще! А так только внимание привлекли! Дай подорву машину!
Мы вдвоем отходим от окон и дверей, чтобы не светиться. Скрываемся во тьме коридора.
— Нет, нельзя, — рявкаю яростно, сам себе удивляясь. — Там…
«В машине девчонка, гибели которой я почему-то не могу допустить», — проносится в моей голове. Однако вслух я говорю совсем другое:
— Там люди.
— «Альтаировцы» не люди! — яростно шипит Андрей, вновь разжигая пламя на своих ладонях.
— Нет! — рычу я, готовый разорвать Пиротехника, если он посмеет напасть на девчонку. — Уходим! Сейчас же! Без боя! Это приказ.
Парень недоуменно сканирует меня, но все же прячет огонь и слабо кивает. Признаться, я сам себя не понимаю. Что меня останавливает? Точнее, кто? И главное — почему?
— А где Аля? — вдруг взволнованно отзывается Андрей.
Слышу, как что-то стучит, будто град, об металлическое покрытие входных дверей. Потом гул ветра, звук разбитого стекла и… хруст снега? Осенью?
В этот же момент с улицы раздаются звонкие, истошные крики.
Женские крики…
  
Глава 3
 
Анжелика
Сердце буквально выпрыгивает из груди, ладошки становятся влажными от нервов, в животе натягивается пружина, вот-вот готовая лопнуть.
В салоне автомобиля душно и жарко. Или мне кажется? И дело вовсе не в замкнутом пространстве, а в ситуации, в которую я угодила. По своей же вине.
Сейчас я чувствую его слишком сильно, словно он рядом. И, отпустив эмоции, начинаю сомневаться в правильности своего решения.
Бросаю взгляд на водителя-амбала с татуировкой на затылке. Переключаю внимание на Германа и усмехаюсь мысленно: а ведь его можно попросить немного «охладить» салон. Не парень, а мобильный кондиционер.
Тут же отгоняю от себя глупые мысли. И наконец, поворачиваюсь к отцу.
— Что вы сделаете с ними? — спрашиваю тихо и задерживаю дыхание, дожидаясь ответа.
Папа смотрит на меня изумленно и не сразу понимает, о ком я. Приподнимает брови в немом вопросе, а потом почему-то хмурится.
— Я имею в виду симбионтов, которые здесь, в этом доме, — киваю в сторону бокового окна. — Что с ними будет?