Пленница Карателя. Время вспять (СИ)

— Не переживай, Анжела, — тепло, но натянуто улыбается отец. — Мы хотим помочь им. Переубедить и научить контролировать способности. Мы не желаем никому зла. Так что, — берет меня за руку, — все будет хорошо, дорогая. Если симбионты не станут нападать на нас, — добавляет чуть слышно.
Вспоминаю суровый нрав и тяжелый характер Карателя. Обреченно прикрываю глаза, высвобождаю свою ладонь из папиной и понимаю: станут! Отчаянные будут сопротивляться. Бороться до последнего вздоха.
Что же я наделала! Дала волю чувствам. И сегодня потери понесут обе стороны. Это неизбежно! Но я не хочу, чтобы кто-то пострадал или… погиб. Из-за меня.
Мне становится нечем дышать, жар охватывает голову, а затем распространяется по всему телу. В горле жжет, словно при ангине. Начинаю кашлять.
Не выдержав, зажимаю кнопку на двери и опускаю стекло. Свежий воздух проникает в салон, окутывает меня и немного приводит в чувства.
Сердце замедлятся, но уже через секунду пускается вскачь.
Я. Чувствую. Его!
Всматриваюсь в очертания дома, скольжу взглядом по крыльцу черного входа, металлическим дверям, окнам и… Тону в черной бездне до дрожи знакомых глаз. Даже в сумерках я узнаю этого мужчину.
Каратель.
Он тоже замечает меня. Ощущаю его тяжелый, испытующий взгляд и сжимаюсь невольно.
Объект Энджел сама пришла к тебе в лапы, Карим. Вот только на этот раз не одна…
Я не в силах разорвать прочный зрительный контакт между нами. Мы связаны, и даже после всего случившегося в разных реальностях нас по-прежнему тянет друг к другу.
— Закрой немедленно, — гремит голос отца, но я слышу его словно вдалеке.
Не спешу исполнять строгий приказ. Потому что не хочу.
Недовольно вздыхаю, когда стекло вдруг само поднимается, отрезая меня от Карателя. В этот момент я будто теряю что-то важное.
— Анжела! Ты с ума сошла! Вдруг они нападут, — отчитывает меня отец. — Я и так жалею, что взял тебя с собой. Мы даже не успели испытать твои силы. Как опрометчиво, — ругает сам себя. — Машина бронированная, с пуленепробиваемыми стеклами! Здесь безопасно, исключительно внутри! А ты что творишь?
— Жарко, — жалуюсь я, чувствуя себя капризным ребенком.
Ощущаю легкий холодок, стремительно распространяющийся по салону. Едва заметно улыбаюсь: Герман. Парень даже не оглядывается, но я знаю, что это он. Больше некому.
Отвлекаюсь на яркую вспышку впереди. Наблюдаю, как огненная сфера летит в дерево и мгновенно охватывает его пламенем. Всего в нескольких метрах от капота нашей машины. Пиротехник?
Все-таки Отчаянные не выдержали. Напали первыми. Сразу же после того, как Каратель увидел меня. Узнал во мне объект Энджел — и решил уничтожить?
Больно признавать это, но скорее всего, так и есть. В этой реальности мы с ним не сблизились. Я — смертельное оружие «Альтаира», а он — борец за будущее человечества. Кариму плевать на связь. Мы по разные стороны баррикад.
Краем глаза замечаю вихрь, что проносится мимо автомобиля. Отвлекаюсь на Германа, потому что в эту же секунду он выходит из машины, занимает боевую стойку — и запускает в сторону дома сразу несколько очередей льда и снега.
Дальше все происходит слишком стремительно. Мгновение — и на улице оказывается водитель-амбал. Впервые вижу, как он пользуется силой. Судя по всему, мужчина управляет воздушными потоками. Взмахнув руками, он формирует мини-ураган и направляет его четко в металлические двери, заставляя их задрожать.
Мы с отцом продолжаем наблюдать за всем со стороны. Я не умею контролировать свои силы, а он… Похоже, папа — единственный нормальный человек среди нас всех. И крайне уязвим сейчас, ведь даже быстрой регенерацией не обладает.
Вздрагиваю и безумно пугаюсь, когда стремительный вихрь по имени Аля сбивает с ног Германа. Вспоминаю видеокадры, показанные мне в «Дженерике», на которых один из военных упал замертво после подобного «толчка». Наплевав на собственную безопасность, выскакиваю из автомобиля.
Несмотря на крики отца, подбегаю к Герману. Судорожно пытаюсь нащупать пульс и с облегчением выдыхаю. Парень жив, но без сознания. Аля настолько сильна? Отключила его, всего лишь один раз толкнув? Вряд ли. Скорее, ударила чем-нибудь. Догадку подтверждает кровь на виске Германа. Надеюсь, регенерация излечит его…
 
Пока водитель-амбал тщетно размахивает руками, отбиваясь от «невидимки», сама Аля вдруг оказывается рядом с моим отцом, который вышел из машины следом за мной.
Единственный человек в логове монстров, он сейчас оказывается в смертельной опасности. Аля уверена, что мой папа — тоже симбионт, поэтому вкладывает в удар всю силу. Отшвыривает Крестницкого вглубь рощи.
Отец и понять-то ничего не успевает. Отлетает на внушительное расстояние, ударяется спиной и затылком об ствол дерева — и падает на землю.
Аля же переключается на водителя-амбала. Скоростная убийца! С момента ее появления прошло меньше пары минут, а она уже справилась с двумя и принялась ликвидировать третьего человека. Папа был прав: Отчаянные — жестокие и безжалостные террористы. А я еще уговаривала быть с ними осторожнее…
Подскакиваю на ноги, в пару шагов оказываюсь рядом с отцом. Но он… не дышит. Лежит с неестественно повернутой головой и не двигается.
Касаюсь папиной щеки, провожу рукой по волосам, от макушки к затылку, — и судорожно вздыхаю, ощущая что-то влажное и теплое. Убираю ладонь от папы, подношу к глазам — и замечаю на ней багровые пятна.
Осознав, что произошло, я срываюсь на крик. Отчаянный, истошный. Чувствую, как из самых темных глубин моей души вырывается энергия. И взрывной волной охватывает все вокруг.
Сама я оказываюсь словно в вакууме. Окружающие меня звуки мгновенно смолкают. Плывет и «картинка»: роща смазывается, приближающаяся ко мне Аля превращается в ворох разноцветных мушек, а через секунду вокруг меня остается лишь белое свечение.
Ощущаю свободное падение. И… прыжок!
  
Глава 4
 
— Ненавижу вас всех, — шепчу одними губами в то время, как пуленепробиваемое стекло поднимается, скрывая меня от Карателя.
Все-таки у меня получилось. Не знаю, как работает способность, но я смогла вернуться назад во времени. И сейчас я на моменте, когда все живы.
Но продлится наше спокойствие недолго.
Секунда — и огненный шар летит в дерево. Еще одна — и Герман покидает салон. В дом симбионтов устремляются ледяные стрелы. Параллельно на помощь парню спешит водитель-амбал.
Поворачиваю голову туда, откуда появится вихрь. Убийца Аля. Происходит это ровно через три… два…
Выхожу из машины, но направляюсь не к Герману, ведь знаю, что он выживет, а к папе. Помню приблизительную траекторию «смертельного вихря». Двигаюсь к нему. Один рывок — и мне не составляет труда перехватить Алю прежде, чем она убьет моего отца, как только он выглянет из машины.
Сама не замечаю, как мои руки обхватывают тонкую шею блондинки. Смотрю Але в лицо, но перед глазами возникает бездыханное тело отца. Из предыдущей реальности. Эта хрупкая девушка скоро убьет моего единственного родного человека, который даже сопротивление оказать не в состоянии!
Не допущу! Никогда!
Ярость охватывает меня, простреливает каждую клеточку, наполняет весь организм и превращается в неуправляемую энергию.
— Не смей! — кричу Але в лицо, но она смотрит на меня с ненавистью.
Злюсь сильнее. И дальше все происходит само собой. Словно сквозь туман, наблюдаю, как голубые глаза блондинки округляются от страха и боли, красивое лицо покрывается сеткой морщин, что становятся все глубже, а волосы седеют.
Аля истошно вопит со мной в унисон. Я пугаюсь сама себя, не хочу никого убивать. Лишь обезвредить! Но запущенный процесс не остановить.
На наши крики из дома выбегают Андрей и Карим. Собираются вокруг и военные, расстредоточенные ранее по периметру. Концентрируются в одной точке, грозя устроить большую бойню. Люди отца отвлекают Карателя, а водитель-амбал занимается Пиротехником. И если симбионты воюют на равных, то обычные «альтаировцы» падают замертво, пораженные огнем и молниями.