Оракул с Уолл-стрит 4 (СИ)
* * *Затем мы встретились с Мэдденом в его частном клубе для подведения промежуточных итогов.
— Сорок семь процентов за два с половиной месяца, — Мэдден изучал финансовый отчет, попивая виски. — Просто невероятно. Даже в нашем основном бизнесе такие цифры редкость.
— И это только начало, — я отпил воды из хрустального стакана. — К июлю, по моим расчетам, общая доходность превысит сто процентов. И это до запуска второй группы трастов.
Мэдден отложил отчет и внимательно посмотрел на меня:
— Вы что-то недоговариваете, Стерлинг. Я видел ваши инструкции Кляйну о постепенном сокращении левериджа. Это необычно для человека, который прогнозирует дальнейший рост.
Я на мгновение задумался. Мэдден проницательнее, чем казалось. Возможно, стоило поделиться частью информации. Хотя, я и так уже намекал раньше. Все довольно понятно.
— Мистер Мэдден, — начал я осторожно. — Есть определенные индикаторы, заставляющие меня проявлять осторожность. Ничего конкретного, просто совокупность факторов. Замедление темпов роста в некоторых секторах, накопление товарных запасов, определенные шаги банковских регуляторов…
Мэдден прищурился:
— Вы ожидаете коррекцию?
— Скажем так, я считаю разумным подготовиться к возможной волатильности рынка во второй половине года, — я посмотрел ему прямо в глаза. — Лучше выйти чуть раньше пика, чем рисковать остаться на падающем рынке.
Мэдден долго молчал, размышляя, затем кивнул:
— Хорошо, Стерлинг. Я доверяю вашему чутью. Если вы говорите «готовиться к выходу», значит, будем готовиться.
Он поднял стакан:
— За самый выгодный бизнес в моей жизни. И за вашу поразительную интуицию.
Мы чокнулись, и я позволил себе улыбку. Не интуиция, мистер Мэдден. Знание. Знание из будущего, которое скоро спасет наши капиталы, когда вся эта прекрасная шаткая пирамида начнет рушиться.
В тот же вечер я отправился на другую встречу, с коллегой Мэддена.
* * *Восточный ветер нес промозглую сырость с Ист-Ривер, когда мой автомобиль остановился в тени обшарпанного кирпичного здания на окраине Маленькой Италии.
На фасаде скромная вывеска гласила «Ресторан Винченцо». Место, где подавали не только спагетти, но и сделки самого разного толка.
Я взглянул на наручные часы. Без четверти десять вечера. Идеальное время для подобных встреч. Достаточно поздно, чтобы избежать случайных свидетелей, но не настолько, чтобы вызвать подозрения у патрульных полицейских.
— Постарайся без резких движений, — сказал я О’Мэлли, который, сжимая руль, внимательно осматривал улицу. — Надеюсь, все пройдет без эксцессов…
— Знаю, босс, — перебил он, похлопывая внутренний карман пиджака, где явно скрывался пистолет. — Действуем по плану. Надеюсь, обойдемся без эвакуации.
Я кивнул и вышел из автомобиля. Эвакуация означала вызов людей Мэддена и стремительное исчезновение из города, но я надеялся, что до этого не дойдет.
Лучиано, при всей жестокости, оставался прежде всего бизнесменом. А бизнесмены не убивают курицу, несущую золотые яйца.
Массивный привратник в безукоризненно сшитом костюме преградил нам путь у входа.
— К кому? — лаконично поинтересовался он с едва заметным итальянским акцентом.
— Мистер Лучиано ожидает меня, — ответил я, не пытаясь протиснуться мимо него. — Уильям Стерлинг.
Он окинул нас оценивающим взглядом, затем кивнул и отступил в сторону. Металлический лязг замка прозвучал особенно отчетливо в тишине вечерней улицы.
Внутри ресторан разительно отличался от скромного фасада. Мягкий свет хрустальных люстр, белоснежные скатерти, темные деревянные панели на стенах.
Настоящий оазис роскоши, скрытый от посторонних глаз. В этот час в зале не оставалось обычных посетителей, только несколько молчаливых фигур, стратегически расположившихся у окон и дверей.
Метрдотель, элегантный итальянец с безупречной осанкой, проводил нас через основной зал к приватной комнате в задней части заведения. Открыв дверь, он жестом пригласил войти и тут же исчез, бесшумно прикрыв за собой дверь.
Я вошел в логово одного из самых опасных хищников в Нью-Йорке.
Глава 14
Старый добрый инсайдер
Сальваторе Лучиано восседал за круглым столом в окружении двух помощников. Как и всегда, он выглядел как успешный бизнесмен с Уолл-стрит.
Элегантный серый костюм, белоснежная рубашка с идеально повязанным галстуком, итальянские ботинки, начищенные до зеркального блеска. Только глаза выдавали его настоящую сущность, холодные, расчетливые, оценивающие.
— Мистер Стерлинг, — произнес он тем особым тоном, который не выражал ни дружелюбия, ни угрозы — просто деловое приветствие. — Рад, что вы нашли время для встречи со мной.
— Взаимно, мистер Лучиано, — я пожал протянутую руку. Рукопожатие оказалось крепким, но без демонстрации силы. — Я всегда нахожу время для перспективных деловых возможностей.
Он указал на стул напротив. Я сел, обратив внимание на бокалы с красным вином и тарелки с закусками, к которым никто не притронулся. О’Мэлли пристроился в уголке, настороженный, как пружина.
— Надеюсь, вы не против, — Лучиано кивнул на двух своих людей. — Джакомо ведет мои финансовые дела, а Фрэнк обеспечивает безопасность.
Джакомо оказался седовласым мужчиной с тонкими усиками и глазами опытного бухгалтера. Фрэнк выглядел точно так, как должен выглядеть телохранитель, массивный, с перебитым носом и взглядом, который постоянно оценивал потенциальные угрозы.
— Разумная предосторожность, — кивнул я. — Приятно познакомиться, господа.
Лучиано жестом отослал официанта, дежурившего у двери, и наклонился ко мне:
— Перейдем к делу, мистер Стерлинг. Мне интересна предложенная вами схема инвестирования. Особенно учитывая впечатляющие результаты, которые вы демонстрируете для Мэддена.
Я сохранял бесстрастное выражение лица, хотя внутренне напрягся. Сейчас посмотрим, какие источники имеются у Лучиано.
— Двадцать семь процентов ежемесячно в течение последних трех месяцев, — продолжил он. — Весьма впечатляет. Даже с учетом обычного финансового преувеличения.
— Двадцать семь и четыре десятых процента, если быть точным, — поправил я. — И без преувеличений. Цифры говорят сами за себя.
Джакомо хмыкнул и что-то тихо произнес по-итальянски. Лучиано коротко улыбнулся.
— Джакомо уже говорил, что даже самые талантливые финансисты с Уолл-стрит редко показывают больше двадцати процентов годовых, не то что ежемесячно.
— Большинство финансистов с Уолл-стрит играют по правилам, — я пожал плечами. — Или тем правилам, которые им известны. У меня, скажем так, более глубокое понимание некоторых аспектов рынка.
Лучиано достал портсигар из чистого серебра, извлек тонкую сигарету и щелкнул платиновой зажигалкой.
— Я не из тех, кто верит в финансовые чудеса, мистер Стерлинг, — дым от сигареты поднимался тонкой струйкой. — Таких чудес не бывает. За исключительными результатами всегда стоит исключительная информация или исключительное мошенничество. — Он сделал паузу. — Что в вашем случае?
— Исключительная информация, — я выдержал его пронзительный взгляд. — То же самое, что позволяет некоторым бизнесменам знать о прибытии алкоголя за день до его фактической разгрузки в доках.
Это сработало. Лучиано едва заметно улыбнулся, оценив параллель.
— И откуда же такая информация?
— Из многих источников, — я позволил себе расслабиться. — Инсайдеры в компаниях, крупье в казино, где расслабляются директора корпораций, метрдотели ресторанов, где проводятся тайные переговоры о слияниях… Мир финансов, как и ваш мир, держится на информации, которая доступна немногим.
Лучиано задумчиво постукивал пальцами по столу, затем достал из внутреннего кармана конверт и положил его передо мной.
— Возможно, у меня есть информация, которая вас заинтересует.
Я открыл конверт и извлек несколько листов бумаги. Беглого взгляда хватило, чтобы понять ценность содержимого. Копии документов о предстоящем контракте Lockheed Aircraft Corporation с военно-морским флотом на поставку новой модификации гидросамолетов. Сумма контракта, срок исполнения, технические характеристики — все указывало на крупнейший заказ в истории компании.