Улей 2: Нерест (ЛП)

Флэгг шел по коридору, держа в одной руке видеокамеру. - Все задокументировано, для нашей пользы. Я не могу начать... осознавать что-то подобное.
- Пойдем, - сказал Койл, проходя мимо Хорна и Флэгга и направляясь по коридору, как будто он не мог выйти из лаборатории достаточно быстро.
Флэгг догнал его. - Мы просто не можем оставить это... так.
- Мы должны. Весной NSF проведет собственное расследование. Мы оставим это им. Наша работа - искать выживших, а не играть в детективов.
  
Он вывел их обратно на холод и ветер.
 13 
СТОЯЩИЙ В ПЕРИМЕТРЕ огражденной флажками дорожки, Хорн не выглядел слишком счастливым в отраженном свете своего фонарика. - Никки, давай, какая польза от того, что мы будем там топтаться? У нас жёсткий лимит времени из-за топлива. Я же говорил тебе, что, когда мы выйдем, у нас будет около тридцати минут, а потом нам придется сваливать. Мы уже сожгли около двадцати из этих тридцати минут, и мне не плевать на то, что на плато закончится бензин.
- Прекрати ныть, - сказала ему Гвен.
- Всего несколько минут. Давайте просто быстро осмотрим местность, посмотрим, найдем ли мы что-нибудь, - сказал ему Койл. - Если мы этого не сделаем, Хоппер спросит, почему мы этого не сделали.
- Именно, - сказал Флэгг. - Мы проделали весь этот путь не для того, чтобы поджать хвосты и бежать.
Хорн вздохнул. - Дерьмо. Хорошо. Но я говорю вам прямо сейчас, что у меня очень плохое предчувствие по этому поводу.
- Принято к сведению, - сказал Койл.
Ветер был яростным и острым как сталь, он поднимал диких, извивающихся снежных дьяволов, которые поглощали их вращающимся льдом и снегом. Несколько раз, следуя за черными флагами по тропе, им приходилось останавливаться, держаться друг за друга, поскольку их окутывали сплошные слои сугробов, припорашивая их белой пылью, заставляя их сдирать снег с очков, гетр и балаклав.
Они держались вместе, всего в нескольких футах друг от друга, жестокие порывы ветра пытались сбить их с ног или перебросить через направляющие тросы. Но они двигались дальше, кренясь на ветру.
Койл не был уверен, почему он настоял на этом, но чувствовал, что это важно. В конечном счете его могло бы вообще не волновать, чего хочет или не хочет Хоппер; что-то другое двигало им. Что-то большее, чем просто болезненное любопытство.
Гвен подняла фонарик. Луч был наполнен вращающимися снежинками. - Что-то там... что-то впереди, - сказала она сквозь балаклаву.
Койл увидел это, нырнув в поток снежного вихря и направляясь туда.
- Ох, чувак, - сказал Хорн.
Все огни фонарей были направленны на находку. Это было тело, одетое в ECW, покрытое теперь коркой льда и снега. Но не настолько, чтобы они не могли не заметить, что у него нет головы.
- Никакой крови, - сказал Флэгг, раскидывая снег вокруг него. - Этот человек был убит не здесь. Либо их занесло сюда ветром, либо...
- Что-то притащило их сюда, - закончил за него Хорн.
Флэгг зафиксировал это на свою камеру.
Они шли дальше, пока не нашли веревку, привязанную к одному из флагштоков. Она была крепко привязана и бела от снега. Значит прошло какое-то время.
Повернувшись спиной к ветру, Койл сказал: - Там что-то должно быть. Я иду туда.
- Слишком опасно покидать путь на таком ветру, - заметил Флэгг. - Ты можешь заблудиться через десять футов.
- Я пойду по веревке. Док, вы с Хорном подождите здесь. У них не было никаких аргументов по этому поводу. - Давай, Гвен.
Они нырнули под направляющую веревку и пошли по другой веревке в темноту. Погода была дикая, такая может быть только на плато, где нет ничего, что могло бы остановить ветер. Он кричал от демонической ярости, когда они продирались вперед, держась за руки в варежках и не осмеливаясь отпустить друг друга ни на секунду.
Не успели они уйти далеко, как обнаружили что-то заваленное снегом.
- Это похоже на гроб, - сказала Гвен, не пытаясь скрыть беспокойство в голосе.
Он и был таким, когда Койл смахнул с него снег: длинный серебряный гроб из алюминия. Внутри было много снега, как будто крышка была открыта ненадолго, прежде чем захлопнуться. Несколько мгновений они стояли, глядя вниз, в его темные пределы. Затем Койл, стоя на коленях на ледяной корке, покопался там, откидывая снег и нашел что-то чистое и твердое, как лед.
- Смотри, - сказал он Гвен, направив на это свет. - Слизь. Как в лаборатории.
Ему хотелось сказать себе, что, возможно, это было из-за какого-то научного оборудования, но глубоко внутри он знал лучше. Что бы ни опустошило лагерь, оно было в этом контейнере. Что-то злобное. Что-то невероятно смертельное. И что-то, что источало обильное количество слизи.
Они прошли по веревке еще футов двадцать через шторм, и вот она закончилась, оборванная и красная.
- Что, черт возьми, происходит, Никки? - спросила Гвен, почти обезумевшая от необходимости объяснения.
Поэтому он быстро сказал ей, что думает. - Я знаю, это звучит безумно, но, если у тебя есть что-то получше, я слушаю.
Порывистый ветер на мгновение ослаб, и в свете фонарей они увидели, что впереди есть что-то засыпанное снегом. Они пошли туда, зная, что очень рискуют, бросив веревку. Они обнаружили оторванную у запястья руку. На ней все еще была шерстяная варежка. И меньше чем в десяти футах... другое тело.
- О Боже, - сказала Гвен.
Его почти занесло снегом. Это был мужчина, и его полностью выпотрошили, оставив пустую полость от горла до промежности, наполовину заполненную снегом. Одна рука была вытянута вверх, к небу, лицо представляло собой серую, сморщенную, кричащую маску ужаса.
Он умер насильственной и мучительной смертью.
Койл взял Гвен за руку, нашел веревку и пошел по ней обратно к дорожке с флажками. Ветер вопил, а ему все казалось, что он слышит в нем что-то вроде погребенного женского голоса, пронзительного, кудахчущего и совершенно невменяемого.
- Время, - сказал Хорн, когда они появились.
- Что-либо? - спросил Флэгг, когда они пошли обратно по тропе.
- Еще одно тело, - сказал ему Койл. - Все чертовски растерзано.
Он и Гвен шли впереди, Хорн и Флэгг следовали за ними. Ветер теперь дул им в спину, и это облегчило им путь, подталкивая их вперед. Но снежный вихрь все равно дул и хлестал, ослепляя и забрасывая снегом.
Они увидели огни работающего на холостом ходу "Спрайта", когда порыв ветра, который был практически циклоническим, ударил в них с невероятной силой, сбив Койла на лед и швырнув Гвен прямо на него. Хорна понесло по снежному покрову.
Когда Койл ударился о лед, его охватил маниакальный, иррациональный ужас, потому что он не был уверен, что это ветер. Врезавшись в них, оно издало звук, похожий на оглушительный неземной визг.
Он подтянулся и помог Гвен подняться на ноги, светя фонарем во все стороны. Бушевал шторм, снег летел, как жужжащие шершни, в луче его фонарика. На один безумный, опустошающий момент, от которого сосульки заскользили в его живот, он подумал, что он что-то увидел... что-то большое и искаженное, сгорбившись, втянулось в снежную тьму.
- Где Флэгг? - спросила Гвен с паникой в ​​голосе. - Где, черт возьми, Флэгг?
Хорн и Койл лихорадочно огляделись.
Ему нигде не было.
Затем Хорн сказал: - Вот дерьмо...
За направляющими канатами на снегу виднелись яркие красные брызги, которые уходили настолько далеко, насколько позволяли их фонари, и когда они вгляделись в них, каждый дрожа от нарастающего страха, они услышали звук, который не был ветром: истерический, мучительный крик вдалеке.
  
Флэгг.
Он поднялся и затих, а затем остался только свистящий голос ветра, гудящий и гудящий, жуткий и потусторонний саундтрек к страху, который каждый чувствовал глубоко в своих костях.
- К Спрайту! - сказал Койл. - Сейчас! Вперед! Вперед!
Гвен посмотрела на него, ее глаза блестели и щурились сквозь прорезь балаклавы. - Но Флэгг...