Бывший. Мы будем счастливы без тебя (СИ)

Бесконечные закупки, приемка, выдача лекарств и медицинских инструментов. Порой бывает так, что в течение рабочего дня невозможно даже сделать десятиминутный перерыв.
Час за часом идет слишком быстро. Моргнул — десять. Моргнул снова — одиннадцать.
Ближе к четырем я заканчиваю отчет и распечатываю его, а также отправляю на рабочую почту маме и выхожу.
Надо с ней обсудить цифры, так как кое-где у нас получается нестыковка.
  
В мыле вылетаю из кабинета и не глядя по сторонам поворачиваю за угол, тут же врезаясь в кого-то.
Горячий кофе растекается по белой рубашке, часть капель летит в меня. Документы сыпятся на пол, прямо в кофейную лужу.
— Извините! — прикладываю руку к груди, запоздало кидая взгляд на того, в кого я влетела. — Какого хрена?!
Тимур с каменным выражением лица смахивает капли кофе с белой рубашки.
— Не отказывай себе ни в чем, красавица, — усмехается бесстрастно.
  
Глава 13
 
Катя 
Меня тошнит.
Уже который день.
Разумом я понимаю, с чем это может быть связано, потому что мое тело будто разом изменилось. Грудь, живот, лицо. Все стало другим.
И я сама больше не узнаю себя в зеркале.
Вот уже которое утро начинается с того, что я несусь в ванную комнату и склоняюсь над унитазом.
Когда возвращаюсь на кухню, вижу Ярослава, он кормит Демика.
— Доброе утро, — здороваюсь.
— Привет, Катюх.
Сажусь рядом с Демиком, устало улыбаюсь ему и глажу по головке:
— Кушай-кушай.
Демик смеется, а я вздыхаю и украдкой смотрю на Яра.
— Я вчера съела что-то не то.
— И позавчера тоже съела что-то не то? — наигранно удивляется. — Ну ты мазохистка, конечно, Катюх. Неделю подряд тухляк есть.
Мне очень… очень хочется расплакаться.
— Срок знаешь? — спрашивает у меня тихо.
— Две недели задержка, — шепчу.
— Скорее всего, около шести недель. Надо УЗИ делать и ХГЧ сдавать.
— Я боюсь, — губы трясутся. — Меня мама убьет.
И ты тоже, Ярослав убьешь, когда узнаешь, что этот ребенок — твой внук.
— Твоя мать — удивительной мудрости женщина, — произносит восхищенно. — Ну а тебе восемнадцать, не вижу никаких проблем. Батя есть?
Есть. Твой сын. Который уехал неизвестно насколько… И вообще непонятно, вернется ли.
— Яр, ты же врач. Должен понимать, что непорочное зачатие — история не из реальной жизни.
— Значит, нет. Ничего, Катюх, все будет хорошо, не реви.
— Что ты тут делаешь? — чуть ли не выкрикиваю.
Тимур криво улыбается.
— Тебе как, подобный отчет предоставить или можно сжатый?
И правда, чего это я. Тимур имеет право тут находиться. Хотя бы потому, что больница это общественное место. Но, полагаю, он пришел к Яру.
— Ты к отцу, да? — спрашиваю уже более спокойно.
— К нему, — кивает.
Подробностей не выдает.
Присаживаюсь на корточки, прямо в ноги Тимуру, и начинаю собирать листки. Конечно, документы испорчены и мне нужно вернуться и распечатать новый отчет.
Ползать в ногах Вахтина крайне неловко, поэтому, когда он приседает напротив меня, помогая собирать бумаги, мне становится легче.
— Что это? — беспардонно заглядывает в цифры и выгибает бровь. — Отчет?
Выхватываю у него листок и сминаю бланки, что держу в руках.
Там нет никакой секретной информации, но все равно… нечего ему ковыряться в этом.
Тимур хмурится, глядя на неровный мокрый комок в моих руках.
— Ты кем работаешь тут? Секретарем, что ли?
Это звучит с каким-то странным презрением.
Я поднимаюсь на ноги и отхожу от Тимура.
— Даже если секретарем, то что? — выкидываю документы в урну и поворачиваюсь, складываю руки на груди.
Вахтин уже на ногах. Даже несмотря на грязную рубашку, он все равно выглядит привлекательно. Устрашающе, но чтоб меня… до чего же он притягивает взгляд.
— Ты же хотела быть химиком, — Тимур смотрит на меня непонимающе.
— Я много чего хотела, Тимур.
Господи, что я делаю! Зачем недвусмысленно напоминаю ему о прошлом? Да, о том самом прошлом, в котором я рассказывала Вахтину о том, что люблю его больше жизни.
— Пойдем, я дам тебе салфетки. В туалетах проблемы с водой, потому что где-то авария с водопроводом и воду нам подают нерегулярно. Она еле течет…
Разворачиваюсь и быстро иду по коридору, лишь бы он перестал задавать мне неудобные вопросы и, не дай бог, не вспомнил о прошлом.
Нет. Все. Я перевернула эту страницу и начала новую жизнь. У меня есть Филипп, в конце концов. Тимур остался в прошлом. Просто воспоминание. Не более.
Я открываю свой кабинет и быстро прохожу внутрь, достаю из сумочки пачку салфеток и оборачиваюсь.
Тимур уже вошел и без всякого стеснения осматривается. Руки в карманах брюк, и даже чертово кофейное пятно на рубашке не портит его внешний вид.
— Вот, держи, — подхожу и протягиваю Тимуру упаковку. — Извини, что так вышло. Я торопилась, ну и… короче, ты понял.
Он наконец перестает сканировать взглядом мой кабинет и опускает глаза на меня, забирает упаковку салфеток.
— Выходит, ты провизор, — произносит равнодушно.
— Провизор. — Вообще-то, фармацевт-провизор, но в подробности я не вдаюсь. Отворачиваюсь, иду к компьютеру, чтобы снова распечатать отчет, а сама краем глаза слежу за Тимуром, который достал несколько салфеток и проходится ими по рубашке.
— Почему?
— Что почему? — хмурюсь, но не смотрю на мужчину. — Почему я работаю? Чтобы заработать деньги и кормить дочь и себя. Что за глупые вопросы?
— Ты хотела уйти в науку.
Подхожу к принтеру и забираю новые листы.
— Оказалось, что есть мне хочется больше, чем строить карьеру в малооплачиваемой специальности, где такая конкуренция, что тебя готовы сжечь на костре за любую мелочь.
Резко поворачиваюсь и смотрю на Тимура. Тот кладет упаковку салфеток на тумбу у входа.
— Мне пора, — указываю подбородком на выход.
Вахтин отходит в сторону и ведет рукой, пропуская меня вперед.
Пространства тут не так уж и много, я прекрасно понимаю, что разойтись, не коснувшись друг друга, не получится, но все равно иду…
Сжимая в руках бумаги, иду к Тимуру.
Он следит за каждым моим шагом, и мне кажется, вот-вот сделает что-то, но он не двигается, когда я подхожу ближе.
Протягиваю руку, чтобы положить ее на дверную ручку, и все-таки касаюсь его. Локоть тут же прошивает электричеством.
— Прости, — тру локоть и спешно выхожу в коридор.
— Прекрати просить прощения, — говорит Тимур холодно.
— Ладно, я пойду. Пока, — тараторю и разворачиваюсь.
По коридорам практически лечу. У двери в мамин кабинет быстро стучу и захожу.
— Привет, — улыбаюсь маме, которая сидит за столом.
— Привет, Кать. Ты отчет принесла? Проходи. О, Тимур, и ты тут!
Дергаюсь.
Тимур стоит прямо за моей спиной, как чертов демон!
— Добрый день, Ольга, — улыбается расслабленно.
Мама округляет глаза:
— А что у тебя с рубашкой?
— Да так, — пожимает плечами. — Всего лишь маленькое человеческое ДТП. — Бросает насмешливый взгляд на меня и снова смотрит на мать. — Ты хотела мне что-то сказать?
— Да. Как здорово, что вы пришли вместе! — поднимается, а я внутренне сжимаюсь. Мне не нравится все это. — Вы же помните, у Ярослава скоро день рождения, и я хотела, чтобы вы мне помогли.
— Чем? — вжимаю голову в плечи.
— Я купила ему велосипед, но сама забрать его не могу, это привлечет внимание Ярослава. Так что, Катюш, я хотела попросить тебя забрать велик и подержать какое-то время у себя. Тимур, а ты не мог бы помочь Кате? Сам понимаешь, вещь не легкая, доставки у них нет, а на складе предупредили, что они просто выдают товар, нести до машины и укладывать в багажник придется самостоятельно.