Разведена и брак не предлагать!
— Как вы думаете, что теперь будет с женой Грачева? — спрашиваю я.
— Милые бранятся только тешатся, — улыбается Любимов. — Что он сделает беременной жене? Ну поругает немного и забудет.
Я качаю головой, и, как дальше время показало, Любимов ошибался. Скандал в семье Грачевых набирал просто немыслимые обороты.
Глава 10
— Кики, мы тут решили, как и где будем отмечать твое двадцатипятилетие, ик… — голос подруги по громкой связи в машине немного пьяненький и возмутительно веселый.
— Ничего себе, а я думала, что мне решать, где справлять свое день рождения, — притворно возмущаюсь я, выруливая от парковки у клиники. — Вы там пьете, что ли? И без меня?!
— Так ты работаешь, ик, — вторит другая моя подруга Галя.
— А что за повод?
— Марина вернулась с Кубы и привезла нам всем ром, тебе звонили, но ты недоступна, — тут же хором оправдываются подруги.
— И почему я об этом узнаю самой последней?!
— Потому что мы старые заразы, — поют и смеются девчонки. Ну как девчонки, диапазон от 45 до 53 лет. — Короче, поляна накрыта, приезжай. Только тебя не хватает. И мууужчинн…
— Н-да, ладно, минут через двадцать буду. Вы у Марины?
— Ага, приезжай, захвати нам тортик и пару литров персикового сока, у нас кончился.
Усмехаюсь и сворачиваю на ближайшем повороте к большому супермаркету, где набираю все вышеперечисленное и добавляю бутылку шампанского как стратегический запас. Насколько я знаю своих девочек, ром в любом случае допьют, начнут думать про добавку, а тут шампанское в самый раз.
Подъезжаю к особняку Боровкович, где охрана открывает мне ворота, уже зная мою машину. Марина у нас жена олигарха, что-то типа Грачева. Но женаты они давно и прочно. Дети выросли, у них свое жилье, а Маринка осталась в огромном особняке почти одна. Правда, отжала себе у старшего сына внучку, так как тот уехал с женой работать в Китай. У внучки ужасная аллергия практически на все, и врачи категорически запретили везти ребенка в чужой климат. Так и осталась девочка с бабушкой и дедушкой, которые с нее пылинки сдувают. Все бы хорошо, если бы внучка была маленькой, а так дитятко уже пятнадцатилетнего возраста, и проблем с ней хватает.
Подъезжаю к крыльцу и выхожу из машины. Оглядываю просто огромный особняк, по дизайну напоминающий средневековый замок: стрельчатые окна, камень, башенки по краям, львы по бокам крыльца. Внутри интерьер соответствует: дерево, камень, хрусталь, мрамор, люстры на цепях, камины. В принципе мне нравится, сама атмосфера не давит, в замке не темно, нет скрипучих и крутых лестниц. Комнаты большие, уютные, коридоры широкие, и не страшно.
Вначале, когда они еще строили этот замок, я отговаривала Боровковичей от темы средневековья.
— Вы еще забор из копий сделайте и виселицу поставьте в саду, — фыркала я, когда муж Марины, да и она сама, захлебываясь от восторга, рассказывали про свои идеи.
— А что, и поставим, да, Маринка? — поворачивался к супруге олигарх.
— Почему бы и нет? — соглашалась та, а я только обреченно вздыхала.
И ведь сделали, только не забор, а беседку с копьями, а за ней виселицу, которая больше напоминала турник, где подтягивался сам хозяин. Позади замка пруд с лебедями и рыбками, зеленый газон, березовая роща. Я не помню, сколько тут земли, но много. Причем Боровковичи держат еще и лошадей, к чему я тоже быстро привыкла, приезжая к ним иногда на несколько дней и почти не вылезая из седла.
Встречали меня с песнями, девочки уже были порядком на бровях, и мне оставалось только смеяться, наблюдая трезвым взглядом за ними.
— Стервушечка ты наша, — обнимает меня Зоя, протягивая бокал с непонятной мутью внутри. — Пей, Маринка новый рецепт коктейля привезла.
— И что тут? — сомнительно нюхаю жидкость, сморщив нос.
— Темный ром, персиковый сок и лед, — охотно рассказывает хозяйка замка. — Коктейль закачаешься, пей давай, мы целый ящик привезли.
— Кошмар какой, — возмущаюсь я. — Купить здесь не судьба была? Тащить оттуда с вашими-то возможностями.
— Привычка, Кики, — хихикает Маринка. — Мы же не всегда богатыми были, чего только не было в нашей жизни.
И правда, в лихие девяностые Боровковичи выживали как могли. Трое детей, муж инженер на подыхающем НИИ, Маринка вечно в декрете и на больничном. Началось всё с торговли вещами, которые Боровковичи возили на автобусах из Польши огромными баулами. Раньше было и такое. Покупали там хорошие вещи на тот момент: джинсы, куртки, джемпера, что уходили на ура в СССР. Люди не привыкли к такому обилию импортных шмоток и хватали практически всё, что было произведено из-за границы, в том числе кастрюли, бокалы, невиданные для всех электрические мясорубки.
Были и тяжелые моменты, пару раз Боровковичей обворовывали, причем тащили всё чуть ли не до нитки, рэкет наезжал так, что у Маринки до сих пор на боку шрам от ножевого ранения, который она и не собирается удалять.
— Ты что, я специально оставила, да его и не видно совсем. Зато я всегда буду помнить, как мой Олежка тогда меня спас из лап бандитов. Это память о нашей с ним любви, которая прошла огонь и воду.
Слушаю очередную историю из «челночной жизни» друзей, пью довольно вкусный напиток. Разговор идет о мужьях, детях, внуках. Рассказываю про своего экс-мужа, как он страдает без молодой жены и ребенка, обвиняя во всем меня.
— Избаловала ты его в свое время, Кики, а я тебе говорила, — перебивает меня Галя. — Хорошо, что вы вовремя развелись, а он нашел себе другую мученицу. Если честно, Лику мне жалко, терпит теперь побольше тебя.
— И мне ее жалко, — вздыхаю я. — Слушайте, что у меня на работе сегодня было!
Рассказываю им про ситуацию в клинике, как нас в кабинете с Любимовым захватил Грачев.
— Испугалась? — охают подруги.
— Не совсем, скорее злая была на него, что покусать хотелось, — смеюсь я, захватывая с тарелочки кусочек манго и закидывая в рот. — Но мужик противный, если честно. И как такие только живут!
— Великолепно живут, я вам скажу, — заявляет Марина. — Ярика знаю уже лет пятнадцать. Они с Олежкой сталкивались по бизнесу. Раньше мы дружили семьями. Ты знаешь, что у него первая жена была?
— Откуда? — удивляюсь я. — Но думаю, что не лучше нынешней, эта Юля явно акула.
— Ну да, вторая жена Грачеву не удалась. Вот первая, Алена, была чудо-женщина. Мы с ней хорошо сошлись, и я очень переживала, когда ее не стало.
— А что случилось? — спрашиваем мы все Марину.
— Разбилась на машине. Ярик только подарил ей новый БМВ, а она каким-то образом на бешеной скорости въехала в фуру. Мы понять не могли, как такое случилось. Ярик долго добивался правды, кто виноват, но все признали, что это Алена. Именно она выехала на встречную полосу.
— Ужас!
— Ага, Ярослав долго ходил сам не свой, любил он ее сильно. Хорошая пара была.
— Жаль, конечно, — качаю сочувственно головой. — И детей не осталось…
— Почему не осталось? — удивляется Маринка. — У Ярослава сын есть, хороший парень. Насколько я знаю, они с отцом не общаются после смерти матери. На тот момент ему уже было двадцать лет, и он сразу ушел из дома отца, когда в дом вошла Юля. Не простил предательства по отношению к памяти матери.
— А что, он привел новую жену сразу после смерти первой?
— Да что ты, Кики. Ярик пять лет один жил.
— Ого, — вздыхаем мы удивленно.
— Ни за что бы не подумала, но, может, твой Ярик и был нормальным, теперь это ужасный человек.
Марина пожимает плечами, разливая всем очередную порцию рома, а я почему-то вспоминаю взгляд Грачева. Такой упертый, гневный и наглый. Странно, что человек так мог измениться за пять лет.
Глава 11
— Итак, дорогая в прямом смысле Кристина Ильинична, давайте сделаем вид, что вы меня отчего-то лечите, а я пока отдохну у вас тут часок, — заявляет Грачев, устраиваясь удобно в моем кресле полулежа и натягивая на себя плед. — Свет приглушите, пожалуйста.