Развод с ректором. Попаданка в жену дракона (СИ)

— Нет… не так… не ТАК… — прошептала я, слёзы текли по лицу, а руки дрожали.
Дарклэй разъярённо откинул голову брата назад, вжал пальцы в виски, закрыл глаза — и я увидела, как его магия вливается в Каэлиса. Как он цепляется за его сознание. Как он не отпускает. Сражается за жизнь родного брата.
— Хватит… ты не один… я здесь… — сквозь стиснутые зубы, с низким рычанием, будто сам сдерживал собственную ярость и страх. — Нет больше хаоса! Нет!
  
А потом Дарклэй, прорычав нечто нечленораздельное, резко выпрямился — и одним мощным, точным ударом ребром ладони по основанию шеи вырубил его.
— Прости, брат, — выдохнул он, глядя, как Каэлис обмякает, оседая обратно на стул. — Но ты не оставил мне выбора.
Тишина накрыла комнату.
Я стояла, тяжело дыша, с трясущимися руками. Я волновалась за жизнь Каэлиса.
Глава Тайной канцелярии выделил нам свой кабинет, пока сам отрабатывал операцию по облаве на хаоситов. Дарклэй молча шагал по комнате, а я сидела в кресле, наблюдая за мужчинами.
Каэлис лежал на диване. Но вскоре он открыл глаза, тут же поморщился от боли в голове и попытался сесть.
Мужчина явно был крепким, хотя и выглядел измождённым. Настоящий воин.
— Где я… — прохрипел он. — Что…
Он увидел меня, глаза сузились от напряжения, затем взгляд метнулся в сторону. Их взгляды встретились.
Дарклэй стоял в полумраке, руки сложил на груди.
— Отпусти меня, — глухо сказал он. — Дарклэй, отпусти. Я не хочу... Я не должен… жить.
— Никогда не отпущу. — Голос Дарклэя был ледяным, но в нём звенела сталь. —  И ты уже не заражён, брат.
Каэлис замер.
— Что?.. — Он прислушался к себе. Мы не мешали ему просканировать себя. А потом его лицо из обреченного стало растерянным. — Это… невозможно.
— Ты выжил, — сказал Дарклэй. — Благодаря ей.
Муж кивнул в мою сторону. Я устало улыбнулась.
— Боги… но как?
А дальше между нами состоялся долгий, тяжёлый разговор. Дарклэй рассказал, кто я и откуда. О моём даре, о том, что война с Хаосом окончена, но угроза не исчезла. Он говорил ровно, без прикрас, давая брату возможность самому осмыслить всё.
Каэлис в ответ рассказал, что сам узнал. Как, несмотря на заражение, решил напоследок выяснить всё о планах хаоситов. Как посетил Элизабет, и услышал от неё признание: она никогда не была беременна. Всё — ложь. Более того — он узнал, что их мать была замешана в этих махинациях.
Он говорил сухо и отстранённо, как будто нарочно отгораживался от чувств. Но было видно, как больно ему это всё осознавать. Получить предательство не только от жены, но и от матери... это ломает куда сильнее любой раны.
— Ты жив. И это главное, — тихо сказал Дарклэй. — Нет ничего, чего бы мы не смогли преодолеть.
Он сжал руку брата и коротко, по-мужски, обнял его.
И тут дверь внезапно распахнулась, и на пороге появился высокий, статный дракон, с седыми висками.
— Мы проработали план, — сообщил он спокойно. — Присоединитесь?
— Мы примем участие в поимке последних хаоситов, — кивнул Дарклэй.
Я поднялась. Мой мужчина шагнул ближе, его ладонь легла мне на талию, притянув ближе к себе.
— Введите нас в курс дела, — сказал Каэлис уверенно. Он тоже был готов охотиться на остатки иномирной армии.
Глава Тайной канцелярии перевёл взгляд на меня.
— А ваша леди тоже будет участвовать?
— Она может спасти тех, кого Хаос поработил обманом, — спокойно ответил Дарклэй.
— В таком случае… прошу в переговорную, — отозвался глава, сдержанно кивнув.
Он указал на дверь, и мы вышли в коридор.
  
Глава 47
 
В переговорной царила сосредоточенная тишина. Глава Тайной канцелярии стоял у магической карты особняка — большого дома на окраине столицы, с подземными ходами и зачарованными комнатами. Именно там, как сообщил Каэлис, скрываются последние Хаоситы.
— Их немного, — сказал Каэлис хрипло, всматриваясь в планировку особняка. — Но они сильны.
— Мы не дадим им шанса, — твёрдо сказал Дарклэй. Он стоял рядом, опираясь ладонями на стол. — Главное — не дать им среагировать. Как только они поймут, что мы рядом, они либо попытаются сбежать, либо будут сражаться до последнего.
— Мы возьмём особняк одновременно с нескольких сторон, — начал глава. — Разделим силы. Мои люди возьму задний вход и западное крыло… 
Дальше он кратко изложил суть плана.
Но прежде, чем начинать штурм, было принято решение — подождать. Понаблюдать за особняком.
Нападение на Императорский дворец требовало много ресурсов. А значит сейчас все хаоситы начнут собираться в одном месте.
Наблюдение за особняком не заняло много времени — Хаоситы решили действовать быстро. И, как это часто бывает, именно в тот момент, когда Империя праздновала победу и даже не подозревала, что Хаос ещё не повержен.
Мы не ошиблись.
Особенно когда уже к концу следующего дня разведчики доложили: в тот самый особняк прибыли новые лица — предположительно, тоже хаоситы.
С них были сделаны зарисовки и в одном из них мы узнали Берлея. Тем самым подтверждая свои мысли, что именно этот лорд был еще одним и последним Всадником.
Сомнений не осталось. Это была ловушка. Они собирали силы. Готовили почву. Знали, что их найдут — и хотели нанести удар первыми и сразу по Императору.
Мы не могли терять ни минуты, но и бросаться в гущу врага было безумием.
— Нужно подкрепление, — сказал Дарклэй. — И страховка.
Так и было принято решение: подключить меня и Аданата к операции. Я — как единственная, кто может изгнать хаос. Аданат — как опытный генерал, прошедший всю войну.
На последнем собрании, буквально за сутки до нашей операций, была замечена слишком большая активность хаоситов. Они уже начала действовать.
Аданат был с нами. Собран и вооружен.
Дарклэй посмотрел на меня. Темнота скрывала наш отряд. Муж обнял меня и оставил поцелуй на виске.
Штурм начался. Все заняли выбранные позиции. Мы с частью отряда вошли в особняк.  Муж был моим щитом.
Первый Хаосит вылетел из тени, чёрная магия рванулась к нам, но Дарклэй поставил огненный щит, Каэлис поймал хаосита в захват и опустил того на колени.
— Рита! — крикнул Дарклэй.
Я уже была рядом. Моя магия вырвалась наружу. Я положила руки на грудь заражённого — и в тот же миг из его тела хлынула черная гадость. Тот рухнул и потерял сознание.
— Один очищен! — крикнула я, переходя к следующему, которого уже поймали на выходе из особняка и который пытался сбежать.
А потом всё завертелось так, что не было времени даже перевести дыхание.
Мужчины страховали меня слаженно.
Но все равно было страшно!
Особняк стал мясорубкой.
Хаоситы были повсюду. И многие из них не стали прятаться — они встретили нас лицом к лицу с клинками, а кто-то потерял свой человеческий облик и оскалился, как зверь, загнанный в угол.
С каждой минутой бой становился всё ожесточённее.
Мужчины сражались плечом к плечу. Аданат, Дарклэй и Каэлис — все были здесь. Они обездвиживали хаоситов, мне хватало лишь пары касаний, чтобы очистить их тела. Одержимые быстро поняли, что я была угрозой.
Я видела, как Каэлис получил удар в бок — короткий вскрик, кровь, но он не отступил. Дарклэй подхватил его, отвёл удар, и в следующую секунду вырубил его эфесом клинка.  И снова нападение хаоситов.  Пальцы Дарклэя были окровавлены, лицо в порезах, но он даже не отшатнулся — лишь стал яростнее, злее.
— Назад! — рявкнул он, вставая между мной и новым нападавшим.
Хаоситы хотели убить меня. Я для них была как маячок. Они стали яростнее нападать. Поняли, что мы пришли очистить их, а не убивать. А вот Одержимые не щадили никого, раня наших воинов.
  
— Они поняли, что ты можешь их остановить, — прорычал Каэлис, тяжело дыша. — В тебя не просто так целятся. Они боятся.
С каждой секундой становилось всё яснее — в особняке оказалось куда больше народу, чем ожидалось. И не все из них были хаоситы. Кто-то кричал, звал о помощи. Кто-то бросал оружие. Кто-то пытался вырваться, ища выхода.