Развод с ректором. Попаданка в жену дракона (СИ)

— Здесь есть и невинные, — сказала я, сжимая кулаки. — Видимо, они собирались их заразить!
Но пока — нужно было выжить.
Когда последний из хаоситов рухнул, обездвиженный и очищенный, мы вышли на улицу.
На каменной площадке перед особняком уже выстроились два отряда: один — под командованием главы Тайной канцелярии, другой — под началом Аданата. Перед ними, в две ровные линии, стояли около пятнадцати Одержимых. Связанные, обезвреженные. И всё равно я чувствовала, как внутри них шевелится хаос. Трепещет. Шипит. Понимает, что остались считанные секунды.
  
— Он среди них, — сказал тихо Каэлис, подходя сзади. — Первый Всадник. И тот самый адепт, что помог покинуть круг.
Я взглянула на мужчин в цепях. Их глаза были пусты, черны, как бездна.
— Отойдите, — только и сказала я.
Аданат молча кивнул, давая знак своим. Тишина сгустилась.
Я подошла к первому. Затем ко второму. Коснулась. Изгнала.
Шла по ряду — один за другим.
Хаоситы вырывались с криком, изрыгая злобу, но цепи их держали. Дарклэй был рядом. Я чувствовала его дыхание, его защиту. Берлей скалился и рычал. Сейчас он не походил на того лощенного лорда, который хотела меня похитить. Берлей походил на загнанного в угол зверя. А когда я добралась до Первого Всадника.
Он усмехнулся. Даже склонил голову перед Дарклэем и Аданатом.
— Мы потерпели поражение… Но вы были достойными противниками.
Я не ответила. Просто подняла руку — и вложила в нее всё, что у меня осталось.
Всадник завыл. Хаос начал вытекать из его тела. Но я не отступила. Дарклэй шагнул за спину, как стена.
Когда последний из хаоситов рухнул на землю, повисла тишина.
Всё было кончено.
Я выдохнула. Тело дрожало от напряжения, от усталости, от магии, которую я отдала.
И тогда Дарклэй подошёл ко мне сзади, крепко обнял, прижал к себе. Он был ранен, на груди был порез, на щеке тоже.
— Всё, — прошептал он мне в волосы. — Всё, Рита. Мы сделали это.
Я прижалась к нему. Но нас окликнули.
— Лорды. Тут есть еще люди.
Мы насторожились.
Аданат кивнул нам, оставаясь настороже. Дарклэй и Каэлис переглянулись. Глава охраны нахмурился.
— Нужно проверить, — сказал Дарклэй.
Мы шли по тёмным коридорам особняка. Каменные стены были пропитанными сыростью. Воздух был спертым, и каждый шаг отдавался гулким эхом. Пахло кровью.
Нас вёл воин, один из доверенных людей главы Тайной канцелярии. Его лицо было жёстким, сдержанным, но напряженным.
— Осторожнее, — бросил он, свернув в узкий проход, скрытый за панелью в одной из дальних комнат.
Там уже ждал другой солдат, охранявший неприметную нишу. Он молча кивнул, посторонился, открывая проход в полускрытый ход. Стены задвигались, и в глубине открылся проход вниз — узкая каменная лестница, уходившая в подземелье.
Меня пробрала дрожь.
Страх липкой пленкой облепил кожу. Воздух казался тяжелее. Темный коридор, заканчивался светлым пятном от магических светильников. 
— Там, внизу, — сказал первый воин, на мгновение задержав нас, — есть ещё одна комната. Каменный мешок. Из него не выхода. В ловушку попали несколько леди. Они напуганы.
Дарклэй шел впереди. Потом Каэлис, позади воины главы Тайной канцелярии. Ступени вели нас вниз, в подземелье.
Не успела я рассмотреть тех самых леди, что укрылись здесь… или тех, кого здесь заперли, как громкий вскрик одной из них заставил меня дёрнуться.
Я узнала этот голос!
А дальше всё произошло слишком быстро!
— Дарклэй, сынок…
Леди Тарвийская. Откуда она здесь?! Это была первая мысль.
Вторая — всё не так просто. Что-то здесь не так. Слишком не так!
Она бросилась на шею опешившего мужчины.
А потом я увидела, как Дарклэй начал оседать.
А эта женщина… с безумным блеском в глазах… вытаскивала из его сердца кинжал.
Она убила Дарклэя.
— НЕТ!!! — закричала я.
  
Глава 48
 
Дарклэй упал.
Всё внутри меня оборвалось. Как будто воздух исчез. Как будто сердце сжалось в кулак, перестало биться.
Я закричала. Не помню, что именно — может, его имя, может, просто крик отчаяния вырвался из меня. Я мало, что соображала в этот момент.
Мир поплыл перед глазами.
Но я всё равно успела увидеть: красный огонь в глазах свекрови. Нечеловеческий, пугающе спокойный, почти торжествующий. Хаос. Это был Хаос.
— Взять ее! — закричала я, указывая пальцем на леди Тарвийскую. — Она Одержимая.
Но уже было поздно. Дарклэй лежал на холодном каменном полу. Кровь струилась из уголка рта, медленно пропитывая воротник. Я рухнула на колени рядом, не чувствуя ни пола под собой, ни боли в коленях.
— Нет, нет… — я хватала его за лицо, за руки. — Не смей! НЕ СМЕЙ!!!
Он не отвечал.
Одержимую… уже скручивали. Она сначала сопротивлялась, выкрикивала что-то бессвязное — проклятия, угрозы. Но вдруг резко затихла. Замолчала, увидев второго сына. Каэлис стоял в проёме, бледный, как полотно, и смотрел на неё так, как не смотрят даже на предателей.
— Лекаря!!! — заорала я, раздирая себе горло. — Лекаря!!!
Кто-то подбежал. Оттолкнул меня в сторону. Самого Дарклэя подхватили и отнесли на диван, уложили на единственную мебель, что тут была.
У него проверяли пульс, совершали магические манипуляции.
— Что я наделала… — слышалось позади. — Что я сделала…
Свекровь пришла в себя и теперь была шокирована происходящим.
Я встала с колен, опираясь на каменную стену. Меня шатало. В голове была пустота, ощущение потери не покидало. Видеть Дарклэя без сознания… Такого сильного, крепкого, несломленного — было невыносимо.
Просто невозможно.
Я посмотрела на свои ладони. Они были все в крови.
В его крови.
Я подняла взгляд на леди Тарвискую. Её уже спеленали воины главы Тайной канцелярии. Надели на неё цепи, и даже то, что она пришла в себя, не о чем не говорило — было видно, что в ней всё ещё таится хаосит, просто он отошел на задворки сознания.
Женщина плакала, глядя на старшего сына. Я отметила про себя, что хаосит видимо, заразил женщину совсем недавно, раз она сейчас стала собой. Елена рассказывала, что те могли перехватывать контроль над человеком — и тот даже не помнил, что делал. Да что там, об этом же говорил и начальник безопасности Дарклэя — Грей. Он обещал научить «хаосита» в моём теле, чтобы тот поскорее получил полный контроль, а не частичный. 
Снова посмотрела на леди Тарвискую, женщину, которая должна была быть опорой Дарклэя, хранительницей рода…
Подошла к ней. Она смотрела на сына круглыми глазами. Из них текли слезы. Она перевела на меня заплаканные глаза. В глубине их всё ещё сверкал красный, хищный огонёк.
— Что он вам пообещал? — спросила я.
— А?..
— Что он вам пообещал? — повторила я жёстко, смотря ей прямо в глаза, стирая свои слезы и размазывая кровь мужа по щеке.
Но та отупело смотрела на меня.
— Вы впустили в себя паразита. Я вижу его так же ясно, как и вы. Я могу освободить вас от него, а могу превратить в пыль одним касанием. Отвечайте, — процедила я.
— Я… я хотела встретить истинного… снова. Я хотела молодости…
— Но вы и так выглядите молодой… Зачем?
— Это иллюзия, — прошептала она. — После потери супруга, своего истинного, я… изменилась. Наша связь питала меня…
Я вдруг заметила на её шее медальон. Потянулась, сорвала. И иллюзия растворилась. Передо мной предстала не юная красавица, а зрелая, статная женщина. По земным меркам — лет шестьдесят, не тридцать, как казалось до этого.
— Какая же вы дура… Вы красивая женщина. Надо принимать возраст, жить…
— Потеряешь истинного — и поймёшь, — прошипела вдруг свекровь. — Когда превратишься в старуху…
  
Я покачала головой, усмехнулась с горечью:
— Я буду стареть, как положено. Я человек. И Дарклэю помогут.
— Ты ещё молодая. Ты ничего не понимаешь!
— Может быть. Но вас я в любом возрасте не пойму.  Продаться Хаосу ради красоты… ради молодости. Когда ваши сыновья сражались с ним. Когда имперцы гибли, чтобы не дать иномирной армии поработить всех.  Это… подло. Если бы вы спасали смертельно больного ребёнка — я бы поняла. Верю, что хаоситы могут надавить на больное, стать тем самым лучом света во тьме, подарить надежду на жизнь близкого и дорогого вам человека, да даже шантажируя вас жизнями родных, я бы поняла. А вот как у вас… — я скривилась, глядя на женщину. — Нет. Не пойму. Потому что вы искали только свою выгоду. Вам ведь даже новый истинный не интересен как личность, вы желаете получить вторую молодость, не так ли?