Изгой рода Орловых: Барон (СИ)
— Интересно, — он схватился за подбородок тремя пальцами. Да как я раньше-то не замечал! Опять характерный жест мамы, который я помню с детства. Захотелось тряхнуть головой, но я сдержался. — Вообще способов довольно много. Проще всего сковать ваш гармониум специальной печатью и вывести ее управляющие нити на вас. Плюс в том, что управление там весьма простое. Минус — хороший Познавший мир сможет перехватить над этой печатью контроль.
— Нет, это совсем не вариант! — отверг я это предложение с негодованием.
— Ну… можно попробовать использовать уже имеющуюся в вашем гармониуме, Алексей, печать. Мы с вами все равно ее уже значительно переписали. Внешний контур сохранился, почему бы его не использовать? Хм, мне надо посчитать… Я так сразу вам ответ не выдам, но проблему я понял, обещаю подумать. Какое-нибудь решение обязательно найдется, Алексей.
— Спасибо, маэстро. А что наши занятия по ритуалистике? Состоятся?
— Да, конечно, — ответил он, уже весь уйдя в свои мысли. — Конечно.
Прямо перед ним в воздухе вспыхнули и с немыслимой быстротой замелькали варианты ритуальных схем, какие-то формулы и знаки. Внезапно он вздрогнул, взглянул на меня, развел руками:
— Подловили, Алексей. Люблю интересные задачи. Обязательно займусь вашим вопросом. Только мне нужно будет тщательно изучить ваш гармониум, он ведь сильно изменился теперь. А сейчас мне надо идти, у меня правда еще есть дела.
Некоторое время я смотрел на захлопнувшуюся за Геллером дверь. Не было забот, ешки-матрешки. Общаюсь, оказывается, с опасным бунтовщиком и магом, подлежащим обязательному уничтожению любым добрым подданным князя Воронцова. Род Синицыных до сих пор в Воронеже вне закона, и приговор о полном уничтожении магической линии рода не отменен. Умею же я находить проблемы на ровном месте. С другой стороны, какое мое дело, действительно, кто такой маэстро Геллер. Для меня он просто наемный ритуалист. Пусть так и остается.
«Тебе видеозвонок из Мурома, мастер», — вывесил у меня перед глазами сообщение Кай. — «Номер привилегированный, в общих базах данных не значится. Принять?»
«Да, сгенерируй мое изображение в этом кабинете», — сказал я, безуспешно поискав глазами камеру. «Прими звонок».
Интересно, кому это я потребовался? В Муроме у меня знакомых нет. Я хмуро посмотрел на восьмизначный номер, возле которого Кай вывесил знак вопроса и крутящееся колесико прогресса. Ничего хорошего от звонков с привилегированного номера я не ждал.
В воздухе передо мной возникла картина. Кай, скотина, обрамил изображение собеседника золоченой рамкой, по которой вились виноградные лозы. Создавалось впечатление, что я разговариваю со старинным портретом.
С «портрета» на меня хмуро и оценивающе смотрел пожилой мужчина в придворном мундире гофмейстера, если не ошибаюсь, конечно. Судя по цвету перекинутой через плечо ленты — Фиолетовый Двор. А это у нас Великая Княгиня Ариана Анатольевна. Гофмейстер рассматривал меня, вернее мое изображение, сгенерированное Каем, как энтомолог — диковинного жука, попавшего в его сачок. Наконец, видимо, смирившись с моим внешним видом, сухо произнес:
— Я говорю с Алексеем Орловым, дворянином? Сыном Григория Орлова из воронежского рода Орловых?
— Да, вы говорите… то есть Алексей Григорьевич Орлов из рода воронежских Орловых — это я. Хотя формально уже не из рода.
— Это излишние подробности, — поведал мне суровый придворный. — Я имею честь служить гофмейстером при дворе Ее Высочества Арианы Анатольевны Годуновой-Голицыной. Мое имя — Афанасий Иванович Зурабов.
— Чем могу служить Ее Высочеству? — задал я протокольный вопрос.
— Ее Высочество пожелала видеть вас в своей резиденции, — заявил он тоном, который подразумевал, что Великая Княгиня, возможно, поспешила или ошиблась. — Вам назначено на четвертое января, на десять утра. Прошу вас не опаздывать. Регалии должны соответствовать вашему положению. Накануне свяжитесь со мной по тому номеру, который высветился на вашем устройстве. Я определю вас на постой и помогу подобрать пристойный для вашего положения и визита к Ее Высочеству гардероб. Честь имею кланяться, ваше благородие.
И это чудо придворного этикета растворилось в воздухе, оставив после себя пустую портретную рамку.
Едва прервался один звонок, сразу же пришло оповещение о другом вызове. На этот раз со мной рвался пообщаться Володин. Я собирался связаться с ним завтра, но вот он сам звонит. Хорошо. Или нет? Надеюсь, у него просто кончилась бумага в принтере. Ну или что-то в этом роде.
Глава 5
Шантаж, дело семейное
С бумагой всё оказалось хорошо, а вот Володин имел вид несколько помятый.
— Добрый вечер, Алексей, — проговорил он скороговоркой. — Вы сможете найти время, чтобы встретиться?
— Что, не эфирный разговор, Павел Маркович? — спросил я. Вид мой партнёр имел взъерошенный.
— Вы всё верно понимаете. Я могу подъехать, куда скажете. Было бы неплохо встретиться поскорее.
— Мне понравился ваш клуб. Собираюсь после получения титула подать заявку на вступление. Как думаете, одобрят?
— Титул? Вы получаете титул? Неудивительно, конечно, но я думал, вы собираетесь прекратить размолвки с родом. — Ну да, до него слухи ещё не добрались, не того он полёта птица. Да и прошло полтора дня всего с момента отречения.
— Давайте всё обсудим у вас в клубе, Павел Маркович, — с нажимом проговорил я.
— Ах да! — Он, совсем по-простонародному, хлопнул себя ладонью по лбу. — Конечно. На какое время резервировать приглашение?
— Да вот как долечу, — со вздохом, вставая из-за стола, ответил я. — Минут двадцать, полчаса. Успеете?
— Конечно. Встретимся в «Диогене», Алексей.
И он отключился так же стремительно, как начал разговор. Видимо, серьёзно прижало Володина. Ладно, зачем гадать. Скоро всё узнаю.
В очередной раз за день вызвал аэротакси.
Пока летел, проверил варианты по машинам, накиданные мне Каем. Больше всего мне понравилась «Чайка» — Волжского автозавода, спортивная, зализанная, но выполненная в ретро-стиле летающая машина-купе. Так что, недолго думая, я ткнул в «купить» и заставил Кая заняться оформлением документов. Заодно выбрал и аэрофургон. Остановился на «Каме» — отличное сочетание надёжности и хорошего дизайна от уральских Демидовых. Орловские аэрофургоны были больше, чем мне нужно, и относились к классу грузовых. Демидовская одиннадцатиместная машина мне подойдёт почти идеально. Листая эфир и отдавая распоряжения Каю, я и не заметил, как долетел до места. Очнулся лишь, когда такси пошло на посадку на общественную парковку перед «Диогеном».
* * *
Всё те же безразличный швейцар и приветливый, как кусок сухаря, дворецкий повторили церемонию приветствия. Только дворецкий сразу обратился ко мне по имени — узнал. Эге, становлюсь завсегдатаем. Он молча, шаркая войлочными туфлями, проводил меня по лестнице наверх, правда, в другой кабинет, не в тот, что в прошлый раз.
Володин в ожидании меня разве что ногти себе не сгрыз. Он выглядел непривычно взволнованным, вскочил, приветствуя меня с явным облегчением.
— Ещё раз доброго вечера, Алексей, как добрались? — он старался соблюдать политес, несмотря на волнение. Не буду его разочаровывать.
— Вполне пристойно, знаете ли. В дороге немного трясло в воздушных ямах. И когда власти полиса озаботятся их заделать? — с максимально возможным светским видом ответил я.
— Действительно… — он запнулся, затем рассмеялся. — Чуть не начал рассуждать о заделке воздушных ям. Позвольте полюбопытствовать о получении вами титула, если не секрет, конечно? То, что вы успели вычеркнуть себя из рода Орловых насовсем, я уже узнал.
— Один барон недавно умер и усыновил меня. С передачей титула, состояния и собственной внучки. Я подал согласие в геральдическую палату и не вижу причин, по которым прошение барона могут не удовлетворить. Это если вкратце.