Слабейший Аристократ с Системой Биолога (СИ)
Острое лезвие звякнуло об пол и отлетело в темный угол. Я остался стоять на столе, сжимая в руках бесполезный кусок арматуры с обрывками проволоки на конце.
— Блеск! — саркастически похлопал лапами Кот. — Крафт уровня «Гоблин-самоучка». Прочность изделия проверяется в бою, и ты проверку провалил. Что дальше, гений? Будешь кидаться в него тапками?
Танк, почувствовав мою слабость, торжествующе застрекотал. Этот звук подхватили остальные. Рой хлынул на стол сплошной волной. Я отбивался древком, пинал их ногами, но их было слишком много.
— Крыса! Помогай! — заорал я в отчаянии, чувствуя, как чьи-то жвалы вцепились в штанину моей новой «брони».
— Боюсь! — верещала Крыса, дрожа всем телом. — Он большой! Он злой! Он пахнет безумием!
Я уже приготовился использовать Аква Пульс, чтобы просто смыть их со стола, рискуя истощить последнее ядро, как вдруг…
Р-Р-Р-ГАВ!
Звук был тонким, ломающимся, но полным такой ярости, что даже Танк на секунду замер.
Из кучи тряпья в углу, где я устроил лежанку, вылетел маленький, облезлый комок шерсти. Цербер.
Щенок, который еще час назад едва мог поднять голову, сейчас двигался с грацией маленького убийцы. Лечение биомассой и сырое мутагенное мясо сделали свое дело. Он прыгнул на стол, используя ящик как трамплин, и вцепился своими, пока еще молочными, но острыми зубами прямо в заднюю лапу одного из нападающих тараканов.
Хруст. Визг.
Это вмешательство сбило ритм атаки Роя. Внимание «Танка» переключилось на новую угрозу. Он развернулся к щенку, щелкая жвалами. Цербер был для него врагом понятным — собака, запах которой был вшит в его гены как «опасность».
— Молодец, кадет! — одобрил Кот. — Отвлек агро на танка… то есть на щенка. А теперь действуй!
Пока Танк разворачивался, подставляя мне свой незащищенный бок, я отбросил бесполезную арматуру. Я спрыгнул со стола, приземляясь прямо за спиной главаря.
Магия воды забурлила в моих каналах. Я не стал формировать хлыст или шар. Я вспомнил слова Кота: «Биомантия — это скальпель».
— Гидро-Пресс! — выдохнул я.
Я положил обе руки на пульсирующий, широкий панцирь Танка. Я не бил его снаружи. Я потянулся сознанием внутрь.
Его тело было наполнено гемолимфой — аналогом крови. Жидкостью. А жидкость подчиняется мне.
Я почувствовал бешеный ритм его примитивного сердца, почувствовал бурлящий коктейль гормонов, который я сам же в него и загрузил. И я резко, со всей доступной мне концентрацией, сжал эту жидкость. Я повысил внутреннее давление в его теле в три раза.
Танк замер, словно парализованный громом. Его лапы разъехались. Жвалы раскрылись в немом крике. Он не мог двигаться — его собственная «кровь» стала для него клеткой, давящей изнутри на нервные узлы.
— Лежать! — мысленный приказ, усиленный магией, ударил по его сознанию как молот.
Я вложил в это слово всё: свою злость за сломанное копье, свой страх за Цербера, свою усталость и, главное, свою непреклонную волю аристократа, который не позволит каким-то жукам диктовать условия.
— Я здесь Альфа! — транслировал я, глядя в его фасеточные глаза. — Я дал тебе силу! Я могу забрать твою жизнь! ПОДЧИНИСЬ!
Танк зашипел, сопротивляясь. Его воля, искаженная ПТСР и мутагеном, была сильна. Он пытался сбросить мое ментальное лассо, пытался укусить. Но я держал давление, чувствуя, как пустеет мое ядро. Голова раскалывалась.
Секунда. Две. Вечность.
И вдруг нить сопротивления лопнула. Танк обмяк. Его усики поникли и прижались к голове. Он распластался по полу, признавая поражение.
В ту же секунду замерли и остальные тараканы. Сигнал от главаря сменился с «Атака» на «Подчинение». Агрессия испарилась из воздуха, сменившись покорным ожиданием.
Перед глазами поплыли зеленые строки, такие желанные сейчас:
[Иерархия восстановлена]
[Статус «Альфа» подтвержден]
[Получен пассивный навык: [SOC-02] Доминирование (Ур. 1)]
[Внимание: Связь с объектом «Танк» установлена на уровне рефлексов]
Я убрал руки с хитина мутанта и, пошатнувшись, осел на пол. Из носа потекла струйка крови — перенапряжение.
— Фух… — выдохнул я, вытирая лицо рукавом. — Вроде… всё.
Цербер, видя, что драка закончилась, тут же подбежал ко мне и принялся вылизывать кровь с моего лица, попутно тыкаясь мокрым носом в щеку.
— Неплохо, — голос Кота раздался совсем рядом. Он спрыгнул на пол и подошел ко мне, деликатно переступая через тушку раздавленного в бою таракана. — Немного грязно, слишком много суеты и драмы, но результат засчитан. Ты подавил бунт машин… простите, насекомых, не уничтожив ценный актив. Для сервитора первого уровня — приемлемо.
Я посмотрел на поле боя. Два таракана были убиты в свалке. «Танк» лежал смирно, мелко подрагивая. Крыса наконец слезла с моей головы и теперь деловито обнюхивала «побежденных», проверяя, можно ли что-то стащить.
— Почему это вообще произошло? — спросил я, глядя на Кота. — Я же просто хотел сделать их сильнее.
— Ты дал им слишком много, — Кот сел напротив, обвив себя хвостом. Его зеленые глаза серьезно смотрели на меня. — Ты думаешь, гены — это просто кирпичики? Набор характеристик? «+10 к силе», «+5 к защите»? Нет, Виктор. Гены — это память. Это история. Ты взял гены собак, которых гонял и унижал Тигр. Ты взял их страх, их стайную истерию, их панику перед сильным врагом. И загрузил всё это в примитивный мозг насекомого, который не рассчитан на такие эмоции.
Он ткнул лапой в сторону «Танка».
— Этот парень не хотел тебя убивать ради власти. Он хотел тебя убить, потому что был в ужасе. Он пытался защитить стаю единственным способом, который знает загнанная собака — агрессией. Биомантия — это искусство баланса, а не конструктор «Лего». Ты должен не просто лепить куски плоти, ты должен понимать душу материала.
Я молчал, переваривая его слова. Душа материала.
— Значит, мне нужно быть осторожнее, — заключил я.
— Тебе нужно быть умнее, — поправил Кот. — И тебе нужно нормальное снаряжение. Твоя палка сломалась. Твоя «броня» из халата прокусана в трех местах. Если бы не этот мелкий блохастый герой, — он кивнул на Цербера, — мы бы сейчас вели стрим из желудка таракана.
Я поднял голову. Мой взгляд упал на гору хлама, которую я так и не разобрал, и на кучу собачьих шкур в углу.
— Ты прав, — я с трудом поднялся на ноги. — Мне нужно укрепить всё. И копье. И себя. И власть. Больше никаких бунтов.
Крыса, заметив, что я встал, подбежала и положила к моим ногам маленький, блестящий болтик.
— Подарок! — пискнула она. — Ты победил! Ты Большой Альфа!
Я слабо улыбнулся.
— Спасибо. Это явно пригодится.
* * *Когда адреналин окончательно выветрился, на смену ему пришла тупая, ноющая боль в мышцах и осознание масштаба разрушений. Мой «трон» — лабораторный стул — был исцарапан, пол залит жижей, а моя «гвардия» выглядела потрепанной.
Первым делом я подошел к Танку. Бывший главарь бунта лежал смирно, но его лапы мелко подергивались — последствие моего грубого ментального удара «Гидро-Прессом».
— Ты перестарался, — заметил Кот, разглядывая мутанта. — У него нервная система сейчас как пережатый шланг. Если не откачаешь, он станет овощем. А овощ-берсерк нам не нужен.
[Желаете потратить 0.2 кг биомассы на восстановление нейронных связей?]
Я поморщился. Биомасса таяла на глазах. Но Танк был моим самым сильным юнитом. Потерять его сейчас было бы расточительством.
— Лечись, уродец, — буркнул я, прикладывая руку к его горячему панцирю.
Тепло потекло по каналам. Танк дернулся, издал низкое стрекотание, и его движения стали плавными. Он поднялся, потер усиками мою ладонь — на этот раз без агрессии, с абсолютной покорностью солдата.
— Молодец, — я похлопал его по хитину. — Теперь ты.
Я повернулся к Крысе. Она сидела в стороне и жалобно лизала хвост — в суматохе боя кто-то из тараканов успел цапнуть её.
— Бо-бо… — прошептала она, глядя на меня бусинками глаз. — Тык! И кровь!