Талисман для князя. Хо`шен императора

Меня представили Марии Алексеевне как княжну Наами Леви, учащуюся первого курса боевого факультета Московской академии магии. Наличие сильного дара и боевой специальности избавляло от обязанностей фрейлины, которыми обременялись высокородные дворянки, но подразумевало верную службу императору. Так что я удостоилась вздоха сожаления, что еще одна девушка выбрала стезю боевого мага.
  
Вторая часть церемонии – шанс заявить о себе, как о наследнице. Но Федор Алексеевич через секретаря дал понять, что для этого будет выбрано другое время. На самом деле, бумажки – это формальности, имеющие значение для крючкотворов. Заинтересованные дворяне давно рассмотрели печать исчезнувшего рода. Магия не допускала сомнений, подобное украшение вправе носить только истинные наследники. Я колебалась, не желая идти против воли государя. Однако долг перед памятью предков перевесил последствия. Последней каплей стал насмешливый взгляд князя Шумского, когда иссякла череда претендентов, а Яков Степанович перешел к раздаче царских милостей.
Я стояла чуть поодаль, оттесненная толпой. Но что такое пара метров расстояния в пределах видимости? Исчезнув в серебристом овале тропы, вышла перед императорской четой и упала на колени.
– Умоляю о справедливости! Кровь невинно-убиенных предков взывает к отмщению! Прошу покарать убийц, уничтоживших мой род!
Охрана отреагировала мгновенно, окружив первых лиц многослойными щитами и направив на меня десяток атакующих заклинаний. Толпа отшатнулась в едином порыве. Никому не хотелось попасть под удар имперских магов.
– О чем вы говорите, княжна? – ахнула Мария Алексеевна. – Разве было совершено преступление против ашкеназского народа?
– Нет, Ваше величество! Ашкеназский народ приютил сироту и спас от преследований врагов. Я говорю о семье, к которой принадлежу по праву рождения. Меня зовут Нина Константиновна Забелина, и я заявляю о преступлении! В ночь на четырнадцатое сентября одна тысяча девятьсот девятнадцатого года на имение Каменная падь напали неизвестные. Сломив ожесточенное сопротивление, они уничтожили всех, кто на тот момент находился в доме: женщин, детей, родственников, слуг. Отец отбросил меня, истощенную и раненую, в источник, уповая, что магия рода не причинит вреда. Он поступил так в отчаянии, потому что человек, виновный в этом преступлении, отдал приказ на уничтожение.
– И тебе известно имя этого человека? – уточнил император, жестом придерживая свору магов, готовых скрутить меня в любой момент.
– Да, Ваше величество. Он пришел за моим младшим братом. Мальчика отобрали у матери, а ее саму проткнули мечом. Она умоляла пощадить хотя бы детей, но этот зверь не внял ее мольбам и приказал расправиться с нами. К тому времени в живых оставались папа, воевода Захар Платонович, двоюродный брат Арсений, мама и я. Убийцу я видела прежде, а потому сразу узнала. Это князь Агнияр Шумский!
– Но он же… – императрица в изумлении посмотрела на князя, вокруг которого образовалась пустота.
– Да, это мой дед безжалостно расправился с родом, чтобы заполучить Данияра и выдать его за собственного наследника. Как видишь, – обернулась и посмотрела в глаза врагу, – «гнилое семя» не погибло, а проросло, окропленное кровью предков и жаждой отмщения.
– Вам есть что ответить на обвинение, князь? – обратился к Шумскому император.
– Сколько лет было этой девочке, когда она потеряла семью? Девять? Что ребенок мог знать о том, как все происходило на самом деле? Известно, что во время инициации Данияра Забелина стихия вышла из-под контроля и уничтожила всех, кто находился поблизости. Моя внучка чудом выжила и решила, что в ее бедах виноват именно я. Что тут поделаешь? – развел руками. – Дочь вышла замуж вопреки отцовской воле. По этой причине мы редко общались. Возможно, Забелины считали меня врагом и воспитывали дочь в ненависти. Конечно, проще обвинить в преступлении меня, чем поверить, что виной трагедии стала нелепая случайность.
– Я клянусь, что рассказала правду от первого и до последнего слова, – процедила со злостью. – А ты готов принести клятву, что непричастен к истреблению моего рода?
– Девочка, клянись, в чем угодно. Я не обязан играть по твоим правилам. Достаточно моего княжеского слова. Я не считаю себя виновным!
– Нина Константиновна, вы предъявили серьезное обвинение уважаемому человеку, но не привели убедительных доказательств. Остались свидетели или участники тех событий? – поинтересовался Федор Алексеевич.
– Дайте мне пять минут, пожалуйста, – попросила, ощущая горький привкус обиды во рту. – И простите, что снова воспользуюсь магией. Я не замышляю ничего плохого и никоим образом не покушаюсь на вашу безопасность.
Я настроилась на Данияра, которому ночью поставила метку на непредвиденный случай. Под восторженное «Ах!» открыла тропу и исчезла на глазах изумленных зрителей и самого императора. Подумаешь, дворец защищен от портальных перемещений. Тропа – это не то же самое, что портал, хотя схожесть имеется. Я попала в гостиную, где брат увлеченно изучал фамильное древо Шумских. Проблема состояла в том, что на этот раз наследник занимался в присутствии наставника. Мужчина от неожиданности опешил на секундочку, а после ощетинился атакующими заклинаниями в обеих руках. Я машинально укрылась щитом.
– Стойте! Я ее знаю! – остановил брат человека. – Это моя се… хорошая знакомая. Нина, что случилось?
– Данияр, прошу тебя пойти со мной и сказать императору правду о том, кто ты на самом деле!
– Я? – ахнул мальчишка. – Прямо сейчас? К какому императору? В смысле, к нашему? Настоящему?
– К нему! Я открыла людям правду, но моих слов недостаточно. Нужны доказательства. Я прошу о помощи и взамен готова поддержать тебя в будущем и защитить по первому требованию.
– Ты кто такая? – возмутился наставник. – Данияр никуда не пойдет! Охрана! – крикнул погромче. – Я немедленно доложу о происшествии князю.
– Меня зовут Нина Забелина, – назвалась, внимательно отслеживая реакцию мужчины. И по тому, как непроизвольно расширились его глаза, догадалась, что он в курсе давних событий. – Не беспокойтесь! Князь как раз на приеме у императора.
На зов о помощи в гостиную ввалились дружинники. Я активировала щит, укрывая себя и брата. Сейчас все зависело от того, какое решение примет Данияр.
– Я иду с тобой, – мальчишка посмотрел на меня серьезным взглядом. – Сегодня я спрашивал деда о матери и о том, почему так редко вижу отца. Князь ответил, что в том нет надобности. Он обеспечил меня всем необходимым, и я должен быть благодарен за это. Дай мне минуту, пожалуйста, возьму с собой кое-что.
– Хорошо, – выдохнула с облегчением.
Пусть Шумский прикрывается княжеским словом и врет, что угодно. Но наследнику обязан ответить правду, какой бы горькой она ни была.
Едва мальчик отодвинулся на безопасное расстояние, как столпившиеся на пороге комнаты воины напали. Я усмехнулась жалким попыткам пробить универсальный щит. Вредить людям, честно выполняющим свою работу, не собиралась. Тем более, я предупредила, что не причиню вреда ребенку.
– Я готов! – Данияр второпях застегивал парадный камзольчик и крепил на пояс укороченный меч в ножнах. На пальчике поблескивал родовой перстень Шумских, подтверждающий статус наследника.
– Какой ты уже стал взрослый, – порывисто обняла брата и пригладила его взъерошенные волосы. – Ты справишься! Я в тебя верю и всегда буду защищать.
Одарив прощальным взглядом наставника, пытающегося проломить защиту, я активировала тропу, возвращаясь во дворец. За время моего недолгого отсутствия расстановка сил изменилась. Императорскую чету ограждал двойной заслон охраны, а зрителей оттеснили к выходу и освободили часть помещения для противоборствующих сторон. Шумский стоял по правую сторону в окружении родственников и прихлебателей. Среди них затесался Ярослав Бельский с матерью и Агнияра со свитой. Слева в меньшинстве расположился Алим с Мусечкой, оба Стужевых, Морозовы и Орловы. Последним союзникам я удивилась, все-таки с князем Николаем Орловым не была знакома лично.