Молот Пограничья

Судари явно жаждали крови – хотя бы в символическом количестве.
– Ты драться-то хоть умеешь? – поинтересовался рыжий. Без особой злобы, скорее с любопытством. – На мечах против меня – выйдешь?
Дядя снова нахмурился, но влезать не стал. Видимо, уже сообразил, что я не собираюсь прятаться за его спиной – как не спешу и заявлять о своем родстве с хозяевами.
– Выйду. – Я пожал плечами. – Хоть на мечах, хоть на чем. Могу против тебя, могу и против обоих.
  
Дружинники на лавках снова радостно загалдели, и даже старик под навесом проснулся и теперь с интересом наблюдал за представлением.
– Ничего себе, – прокаркал он. – А парень-то не промах!
– Рамиль, ну ты посмотри… Против обоих! – Рыжий снова заулыбался и повернулся к товарищу. – Ну что – проверим парня? А то больно много болтает.
– Проверим, – отозвался здоровяк и шагнул к стойке с оружием у верстака. – Я тогда чего потяжелее поищу, а ты начинай пока.
– А давайте-ка тогда и я с вами. – Дядя вдруг улыбнулся и принялся стаскивать рубашку через голову. – Чтобы честно – двое против двоих. А то совсем уже заржавел с этими разъездами.
Через несколько мгновений на свет явились узоры фамильных татуировок, и дружинники тут же притихли. Видимо, дядя нечасто появлялся на тренировочной площадке, но если уж брался за оружие…
– Я с топором – с ним мне привычнее, – сообщил он, подхватывая со стойки деревяшку на длинной ручке. И сразу за ней – крохотный круглый щит. – И вот это еще не помешает. А то вы ребята крепкие – еще покалечите старика, не дай Праматерь.
– Секиру возьму. – Рамиль с недобрым гулом крутанул в воздухе что-то подозрительно напоминающее кусок жерди. – А то эти зубочистки ваши…
– Ну, я как всегда. – Рыжий выдернул из земли оба меча и повернулся ко мне. – Вооружайся, не стой столбом.
Я молча направился к стойке и тоже взял меч. Один, зато чуть длиннее и потяжелее деревянных клинков противника. Несколько раз перебросил из руки в руки, привыкая к весу, и встал рядом с дядей.
– Держись за мной, – едва слышно проворчал он. – И особо не рожон не лезь. Убить не убьют, но без глаз остаться – это запросто.
Старый дружинник наконец выбрался из-под своего навеса, явно собираясь распоряжаться парным состязанием, но не успел – схватка уже началась. Рамиль шагнул вперед, и секира в его ручищах описала огромную дугу, заставив нас с дядей расступиться. Его в одну сторону, меня – в другую, к краю площадки.
Где уже поджидал рыжий. Стоял нарочито небрежно, будто провоцировал поскорее напасть и подставиться под удар. Как и раньше, он улыбался, подставляя конопатое лицо солнцу, но меня эта клоунада, конечно же, не обманула.
Несмотря на возраст – всего на пару-тройку лет старше моего нынешнего тела – бойцом рыжий был неплохим. Может, и не слишком опытным, зато проворным и техничным, несмотря на не самое изящное сложение. Обычно парное оружие выбирают или закованные в броню тяжеловесы, которым не нужен щит, или любители покрутить бесполезные в бою финты.
Или по-настоящему серьезные фехтовальщики – и рыжий, похоже, был как раз из таких. Не успел я ударить, как он буквально перетек в сторону и тут же атаковал в ответ, выбрасывая оба клинка разом, один за другим. От первого выпада мне удалось увернуться, но второй пришлось встретить в глухую, гардой, одновременно отступая.
– Плохо вы смотрели, Олег Михайлович, – рассмеялся рыжий, прокрутив в руках мечи. – Дружинник-то ваш, никак, хромой!
После беготни днем нога действительно давала о себе знать. Боли я не чувствовал, однако подвижность страдала, и мне все время приходилось уходить вправо, загоняя самого себя в угол.
– Ты давай дело делай! – сердито пропыхтел дядя. – А шутки потом шутить будешь!
Ему, похоже, тоже приходилось несладко. Дрался Рамиль так себе, зато силу имел неимоверную: боевая секира в его руках запросто разрубила бы щит пополам, но и деревянная опускалась с таким грохотом, что слышно было даже в Отрадном.
Задумавшись, я едва не прозевал очередной выпад. Один меч изящно увел мой клинок в сторону, а второй скользнул вдоль волос, зацепив кромкой висок.
– Первая кровь! – хищно оскалился рыжий.
И снова замахнулся. Но на этот раз я его раскусил – отбил первый удар, а от второго увернулся, сокращая дистанцию, и с размаха ткнул кулаком в упитанный бок. Хук вышел не слишком-то точным, зато увесистым – и теперь уже рыжему пришлось отступить.
– А ты крепкий, зараза… – прошипел он, потирая ушибленные ребра. – Лупишь, как кувалдой.
Я только усмехнулся. Парень и не подозревал, насколько оказался близок к истине: привычка никуда не делась, и, даже сменив тело, я все еще дрался так, будто в моих руках была не хрупкая деревяшка, а тяжеленный двуручный молот. И пусть умения мне пока не хватало, первородное пламя не только подлатало мышцы, но и наполнило их силой, которую вряд ли хоть кто-то мог ожидать от юнца восемнадцати лет от роду.
Не обращая внимания на обманные выпады, я примерился и точным ударом выбил меч из левой руки рыжего. А потом, крутанувшись на пятках, разнес в щепки и второй. Деревяшка в моих руках тоже хрустнула, и поединок я на всякий случай заканчивал уже совсем по простому: поймал противника за ворот рубахи и почти без усилия швырнул на землю.
– Все, все, хватит! – рассмеялся рыжий, когда я уперся закругленным наконечником ему в шею между ключиц. – Сдаюсь!
Я коротко кивнул и помчался было к дяде, но и там помощь, похоже, уже не требовалась. Он то ли нарочно тянул подольше, то ли так воодушевился моей победой, что и сам завершил бой даже быстрее, чем я успел вмешаться: подцепил древко секиры топором, чуть оттянул вниз и ударил краем щита прямо в бороду. Рамиль щелкнул зубами, выругался и с размаху уселся на траву, выронив оружие.
Желания продолжать схватку у него, похоже, уже не осталось.
– Ну что, проверили? – усмехнулся старый дружинник. – Я смотрю, у новенького-то проверялка подлиннее оказалась.
 
Глава 5
 
– Приехали… Ну наконец-то!
Невысокая светловолосая девушка появилась на лестнице буквально из ниоткуда. Порхнула наискосок через зал, чмокнула дядю в щеку и, застыв на мгновение, все-таки повисла у меня на шее. Я даже успел заметить виноватую улыбку. Видимо, Полина почему-то сердилась на себя, что не смогла поехать в Новгород.
Из всей новоиспеченной родни старшая сестра была единственной, кто чуть ли не самой первой встречи безо всякого стеснения демонстрировал если не симпатию к незаконнорожденному брату, то хотя бы теплоту и внимание.
Впрочем, неудивительно: в свои неполные двадцать пять Полина не утратила почти детской способности искренне и безо всяких компромиссов любить весь мир – и делать исключение для бастарда явно не собиралась.
Она называла меня братом, хоть и навещала куда реже Кати.
– Привет, – тихо произнес я, зарываясь щекой в мягкие волосы. И уже в полный голос добавил: – Доброго дня, ваше сиятельство.
– Да прекрати ты, – рассмеялась Полина. И вдруг отстранилась, озабоченно хмурясь. – Ой… А что это у тебя тут?
– Где?
– Вот здесь, кровь идет. – Прохладные пальцы коснулись моего виска. – Рассечение!
Как раз там меня и зацепил своей палкой рыжий вояка. В пылу схватки я даже не почувствовал боли, а потом и вовсе забыл. Если уж мое тело смогло за каких-то полторы недели вылечить несовместимые с жизнью травмы, стоило ли вообще задумываться о какой-то ссадине?
Но у Полины на этот счет, конечно же, было свое мнение.
– Так… Стой и не дергайся! – скомандовала она. – Сейчас поправлю.
  
Я ощутил мягкую пульсацию ее Дара, и через несколько мгновений кожа на виске начала невыносимо чесаться. Чужая магия разгоняла и без того ускоренную регенерацию до немыслимых пределов, и я, хоть и не мог увидеть результат Полининой работы, почему-то не сомневался, что не останется даже крохотного шрама.
Дипломированный целитель третьего ранга – это вам не шутки. Полина, как и остальные Костровы, родилась со склонностью к аспекту Льда, но чуть ли не с самого детства активно развивала Жизнь. Видимо, благоразумно решив, что боевых магов в Гром-камне и так достаточно, и кому-то неплохо бы позаботиться и дружине, и о людях в Отрадном. Если мне не изменяла память, Полина чуть ли не целые дни проводила в местной больнице.