Эгоист

Мой единственный якорь в море похотливых кошек – это тот факт, что он хам, эгоист и грубиян. Только это удерживает меня на месте в шаге от необдуманных действий, за которые потом будет стыдно.
Но мужчина молчит. Только смотрит на меня поверх стакана с виски. Хм… Алкоголь в полдень? Для пилота это странно. Может, никакой он не пилот вовсе?
– Вы сказали, что улетаете сегодня.
  
– Рейс отложили на неопределенный срок, – пожал он плечами. – А вы здесь надолго?
Чистый британский акцент, помноженный на низкий хриплый голос, планомерно разъедает мой якорь здравомыслия. Боже, дай мне сил.
– Не знаю, – честно ответила я. – Можно сказать, что я в отпуске, но кое-какие дела еще осталась.
– Занимаетесь детьми? – он кивнул на папку с логотипом «Юнисеф».
– Не имею привычки обсуждать дела своей организации с незнакомцами.
Он мельком улыбнулся и поболтал напиток в стакане так, что кубики льда, тихо звякнув, всколыхнули янтарную жидкость. При виде льда сразу пришли на ум собственные фантазии о том, как он ведет холодным кубиком по моей коже.
Соски тут же встали по стойке смирно. Гнусное предательство.
Он сделал глоток виски и поставил стакан на стол.
– Джек Картер, а вы?
А я уставилась на его длинные загорелые пальцы, протянутые поперек стола, и сглотнула. Коснуться. Мне нужно его коснуться.
– Наши страны не находятся в режиме холодной войны, – улыбнулся он уголками губ. – А еще я вас не съем.
Снова это порочное сравнение с едой. А еще такая обманчивая вежливость. С чего это тигр спрятал когти, а?
Ладно. Была – не была.
Моя маленькая ладонь в его ручище совсем потерялась. Его пальцы были холодными, когда Джек крепко обхватил мою ладонь и едва уловимо провел большим пальцем по моей коже.
Табун мурашек тут же проскакал от запястья до самого плеча, растекаясь жидким пламенем по венам. Черт. Дело плохо, если я так реагирую на простое рукопожатие.
– Вы так и не представились, мисс Россия, – напомнил он, не выпуская моей руки.
– Елена Романова.
– Могу я звать вас Элен?
Черт, я думала, никогда не услышу что-то еще более сексуальное, чем французское «Хэлен». Боже, храни Британию.
Я кивнула, быстро вызволив руку из плена.
– Можно вас чем-нибудь угостить, Элен? – хрипло продолжил он так, что волоски встали дыбом.
Своим членом. 
Пришлось откашляться, прочищая горло.
– Нет, спасибо. Мне нужно… – я взглянула на часы. – Да, мне уже пора идти.
Мне однозначно пора бежать. Стоило мне подняться, как он тут же подскочил следом.
Ну надо же, а где твои манеры были вчера, Джек Картер?
– Тогда вечером?
– Что вечером? – не поняла я, яростно запихивая папку обратно в рюкзак.
– Просто ужин. Должен же я как-то загладить свою вину перед вами. Это ведь по моей вине произошло? – взгляд скользнул ниже, по бедрам и коротким шортам, и остановился на ссадине на коленке.
– Мне ничего от вас не нужно.
Я серьезно.
– Элен, наше знакомство началось неудачно, и я пытаюсь это хоть как-то исправить.
Я нервно хмыкнула.
– Неужели? Что ж, например, вы могли бы извиниться за ту грубость о том, что мои ноги будут охрененно смотреться на ваших плечах.
Его враз потемневшие глаза обдали жаром, когда он ответил:
– Извиняться мне не за что. Это будет действительно охрененно.
Самое отстойное было то, что я тоже так думала. И подхватив рюкзак, просто позорно бежала с поля боя.
 
Глава 4
 
– Есть тут один вариант, Джек, – нехотя прогундосил Алан в трубку. – Но, может, завтра поговорим? Ты, судя по голосу…
– Я – окей.
На самом деле, я – в говно, но Алану об это знать необязательно.
– Это все гребанная жара, Алан, продолжай.
– Ага, чувак, как же. Слушай… Не заливайся. Простоя не будет, как в прошлый раз. Обещаю.
В тот прошлый раз я месяц ждал вылет. Целый месяц в каирской дыре в разгар лета. Африка приносит мне одни неприятности.
– М-м-м… – с сомнением в голосе протянул я.
Алану хватило и моего мычания.
– Честно, чувак! – затараторил он. – Все будет быстро на этот раз. Сейчас все на мази, если выгорит, я добуду тебе не только новый заказ, но и другой отель. Идет?
– Идет, – сказал я и отключился.
Отшвырнув телефон, поднялся. Шатаясь, направился в душ. В третий раз за сегодняшний день. Мне даже не пришлось раздеваться. Я натянул только боксеры, чтобы не сидеть голой задницей на протертых чужими задницами простынях.
Кондиционер в номере починили, так мне сказали на рецепции. На деле, как офисный планктон в пятницу вечером, он только делал вид, что работает. В номере было по-прежнему жарко.
Войдя в ванную, я привычно поздоровался с Кортни.
Нет, Кортни не была тунисской шлюхой. Она была черным тараканом, и настолько со мной свыклась, что даже перестала сбегать под душевую кабину, когда я врубал свет. Мы жили душа в душу. В душе. Эхе-хе. Нет-нет, это не виски. Это жара превращает меня в идиота.
Жара и сбой в циркуляции крови.
В душе я уперся лбом о холодный кафель, позволяя ледяному душу делать свое дело. Нужно отрезветь, а еще справиться вот с этим…
От возбуждения холодная вода помогала плохо, потому что кровь сейчас наполовину состояла из виски, а алкоголь, наоборот, только подогревал желание.
С момента, как я вернулся из бара в номер, я только и делал, что пытался избавиться от стояка. Но он возвращался, как долбанное Кентервильское привидение.
Вместо кулака, чтобы сбросить напряжение, мне нужна была женщина. Одна определенная женщина, если быть честным, но, в принципе, можно попробовать поискать замену. Проблема только в том, что я слишком ненавижу жару, чтобы тащиться сейчас в какой-нибудь тунисский бордель.
Можно вызвать в номер, но я слишком брезглив, чтобы спускать в какую-то арабскую шлюху, хотя их полным-полно в портовом городе.
Невероятно, да? Но факт. Я часто менял одежду, мыл руки и предпочитал не совать член в подозрительных женщин. К тому же обычно мне везло, и в услугах шлюх не было необходимости. Серьезно, нужно быть полным дерьмом и выглядеть, как дерьмо, чтобы еще и платить за секс.
Итак, мне нужна женщина, однако найти ее, будучи запертым в четырех стенах, уже проблема. Но в этих четырех стенах есть интернет, ноутбук и видеочат.
Кое-как выбравшись из душа, я бросил мокрое полотенце на кровать и сел на него голым. Сейчас обойдусь без боксеров. Придвинул кресло с ноутбуком ближе к кровати, включил допотопную машину и дождался, пока загрузился телеграмм. Я сдался от попытки вычислить, который сейчас час в Токио, так что просто напечатал:
JackSparrow: «Крошки, есть минутка?»
«Для тебя всегда, капитан Джек Воробей!» – почти сразу отозвалось окошко чата.
Нажал на видеозвонок и стал ждать.
Ольга появилась на экране первой, на заднем фоне гремела музыка, а ее полные губы блестели, умащенные розовой помадой. Девчонки не спали.
– Привет-привет! – с жестким русским акцентом заговорила она.
Этот акцент тут же ударил по переполненным яйцам. Раньше я как-то не осознал весь трагизм этого совпадения. Да, я соврал Мисс Благотворительности, русские у меня были, но только ее произношение вкупе с щиколотками творили со мной что-то невообразимое.
Ольга и Наталья работали моделями в Токио.
Обычно они плавятся в моих руках, как льдинки в коктейлях. Они отдаются сексу целиком и совсем неважно где. Иногда это начинается прямо в клубе, иногда в закрытой комнате в караоке. Иногда я успеваю несколько раз кончить, прежде чем мы доберемся до постели.
Они обе мечтают стать певицами, моделями, актрисами и фэшн-блогерами и поэтому танцуют, пьют, фоткают свою еду и делают сотню снимков за один поход в туалет. Рейсы в Токио это как снова стать подростком, только теперь у меня есть деньги на все эти удовольствия.
Минет в лимузине? Запросто, капитан!