Обидный проигрыш (ЛП)

Сегодня в баре довольно людно. Неплохо для среды в разгар рождественских праздников.
— Готов к великому дню? — спрашивает Уайатт у Дориана, сидящего напротив нас. — Он наступит быстрее, чем ты успеешь моргнуть.
— И не говори, — отвечает тот, проводя рукой по волосам. — Дел выше крыши… Если мне придется пересматривать этот чертов план рассадки гостей еще хоть раз, я точно сойду с ума.
  
— Может, у тебя скоро наклюнется какое-нибудь крупное дело, — предполагает Уайатт. — Что-то, из-за чего тебе придется задерживаться в офисе дольше обычного.
Дориан откусывает кусок от своего бургера с курицей по-каджунски и качает головой, отметая идею нашего друга.
— Холли вся в работе в детской больнице, и я не могу свалить всё на «крупное дело», чтобы слиться. Не хочу выглядеть эгоистом.
Вот он, мой лучший друг — настоящий бойскаут.
Я же, наоборот, обязательно нашел бы «срочное и высокопоставленное дело», которое удачно наложилось бы на лихорадочную подготовку к какой-нибудь гипотетической свадьбе.
— Тебе стоило нанять свадебного распорядителя, — заявляю я, пожимая плечами и забирая с общего блюда последний кусок жареной курицы с солью и перцем. — Делегирование мелких задач — залог оптимальной продуктивности.
Позади него толпа взрывается аплодисментами. Я поднимаю взгляд и вижу на экране повтор: Логан Уилсон заносит очередной шикарный тачдаун.
Ногти впиваются в ладонь.
Я должен быть там, на поле, проживая американскую мечту.
Мечту, которую у меня отобрали слишком рано.
— Я предлагал нанять распорядителя, но Холли старается экономить, — парирует Дориан. — У нас ипотека за новый дом плюс ипотека за мою квартиру. А её долги за обучение — это практически третья ипотека.
— О, я думал, Лейла просто снимает твою квартиру, — замечаю я.
— Ну, да. Но она платит далеко не рыночную цену, если ты понимаешь, о чем я.
Я прекрасно понимаю, о чем он.
— Ясно. Мог бы и сам догадаться.
Пока я тянусь за начос с гуакамоле, Дориан бросает на меня испепеляющий взгляд.
— Ты ведь помнишь, что на моей свадьбе нужно вести себя прилично? У меня сегодня уже был подобный разговор с ней.
— Я буду само совершенство.
— Могло быть и хуже, — вставляет Дэш, хватая пачку лимонных влажных салфеток и кидая по одной каждому из нас. — Мы все знаем, чем это может закончиться…
Дориан прыскает со смеху.
— Не думаю, что есть риск. К тому же, есть большая разница между тем, чтобы лаяться, и тем, чтобы оказаться в одной постели, — заявляет он. — Я просто хочу быть уверенным, что никто из вас не покинет свадьбу в наручниках.
Если подумать, было бы забавно надеть на Лейлу наручники. Но я не могу позволить себе развивать эту мысль ни на секунду.
— Не могу отвечать за неё, но я сделаю всё, что в моих силах, — отвечаю я.
— Отлично. Думаю, вы могли бы стать друзьями, если бы дали друг другу шанс, — говорит Дориан. — Вы просто начали не с той ноги.
Это его мнение, и я его уважаю. Но он не знает правды.
Настоящая проблема в том, что я хочу переспать с его сестренкой, а поскольку этого никогда не случится, мне приходится держать между нами огромную дистанцию, выстроенную из враждебности, обид и едких подколов.
— Так что, всё в силе на завтра? — спрашиваю я, пытаясь перевести разговор на менее опасную тему.
Покер по четвергам — незыблемая традиция нашей компании, и на этой неделе очередь принимать гостей дошла до меня.
Собственно, на данный момент я единственный, кто в состоянии это сделать.
У Дэша нет мебели из-за недавнего бурного расставания. Дориан без пяти минут женат, а у Уайатта серьезные отношения с девушкой, которая, кажется, вовсю метит в невесты.
Стабильные отношения — это смертный приговор для покерных вечеров. Почему-то женам и подругам не нравится, что мы пьем пиво, курим сигары и оккупируем дом до глубокой ночи.
Женщины бывают крайне иррациональны.
— Я буду, — подтверждает Дэш. — Кто еще участвует?
— Я и пара парней с работы. Я их предупредил насчет Картера, но они вроде не из пугливых, — говорит Дориан, указывая на меня куском курицы.
Это не сюрприз. Он работает в известной юридической фирме, и у большинства его коллег хватает и смелости, и денег.
Идеальный случай, чтобы оставить их с пустыми карманами.
— Ладно, — отвечаю я. — Если речь о твоих старших партнерах, возможно, придется поднять ставки.
— Нет. — Дориан смеется и качает головой. — Если ты их разозлишь, мне, возможно, будет некуда возвращаться на работу в пятницу утром.
— Мы все взрослые люди. Знаем, на что идем. Как там в праве говорят? «Информированное согласие»? — я допиваю остатки пива и откидываюсь на спинку стула.
— Кстати… сколько ты поднял на турнире в прошлое воскресенье? — спрашивает Дориан, рассеянно глядя на матч по телеку.
— Без комментариев.
Он поворачивается ко мне с любопытством. — Всё настолько плохо?
В его глазах читается надежда.
Я постоянно обыгрываю и его, и наших друзей в покер, так что они были бы счастливы, если бы я хоть иногда проигрывал. Но не в этот раз.
Не то чтобы я наживаюсь на них. В наших играх скромный бай-ин. Двадцать долларов — сумма ни о чем. Это скорее вопрос гордости.
— Я бы так не сказал, — отвечаю я с напускным безразличием. — Взял третье место.
И привез домой сорок три тысячи долларов.
Совсем неплохо.
Я не нуждаюсь в деньгах, но я люблю азарт.
— Третий из пятидесяти? И призовой фонд… Значит, ты выиграл… — Дориан хмурится, производя расчеты в уме. — Серьезно?! — добавляет он потом, не веря своим ушам.
Дэш заливается смехом.
— Ты просто бесишься, потому что Картер уделал тебя на прошлой неделе.
В прошлый раз мы с Дорианом остались вдвоем разыгрывать банк в сто сорок долларов.
Он почти побил меня. Моя пара была слабой, и я уверен, что у него был стрит или флеш. Но в последний момент мне удалось его сбить, и он решил сбросить карты. Если бы он ответил, он бы победил.
Покер, в конце концов, это не только карты, но и умение читать людей.
— Он хищник, — говорит Дориан в свою защиту.
Я допиваю последний глоток пива и жму плечами.
— Если плаваешь с хищником, будь готов, что тебя сожрут.
— Ты невероятно заносчив! — восклицает Уайатт, глядя на меня со смесью восхищения и досады.
— Нет, я просто знаю, что делаю. Он слишком много думает, — заявляю я, кивая на Дориана. Возможно, поэтому он отличный адвокат, но в покере он недостаточно аналитичен. — Ты же, напротив, становишься чересчур уверенным в себе.
— А я, о мудрый оракул, что я делаю не так? — спрашивает Дэш.
— А ты вечно впадаешь в тильт.
Тильт случается, когда эмоции начинают негативно влиять на принятие решений. Чувства просачиваются внутрь, затуманивают рассудок и мешают видеть перспективу.
Начинаешь разыгрывать руки, которые не стоит трогать, слишком много блефуешь и пытаешься отыграться любой ценой.
Именно это произошло бы, позволь я Лейле подобраться слишком близко: я потерял бы контроль, позволил бы эмоциям захлестнуть себя.
Я не могу себе этого позволить.
Отношения меняют людей, и именно поэтому я предпочитаю держать дистанцию.
Дело не в страхе или цинизме, а в эмоциональном выживании. Любая связь — это палка о двух концах: она может вознести тебя, а может и уничтожить, и я видел слишком много людей, сломавшихся под тяжестью чувств.
Лучше оставаться в стороне, в безопасности.
— Тебе легко говорить, — Дэш закатывает глаза.
— У меня просто накопилось много опыта, — парирую я.
— Нет. Ты просто… ну, знаешь… — он указывает на меня горлышком пивной бутылки. — Запрограммирован иначе. Менее эмоционален.
  
Он говорит это с осуждением, но, по крайней мере, я никогда не окажусь в центре такого скандального развода, как у него. А если бы я и был настолько наивен, чтобы жениться, мой брачный контракт был бы пуленепробиваемым.