Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ)

- Что это? – сармат указал на «образцы». Заверещали все разом, но расслышал Гедимин только что-то про кимей и оставление следов. Он быстро огляделся – ни кимей, ни их следов рядом не было. Стая уже мчалась дальше, прощаясь на бегу. В траву шмыгнули и жёлто-бурые. Дерево поедало «подкормку». Гедимин покосился на серые стволы и широкие тёмные кроны, тут и там поднимающиеся над травой. «Жёлтые нхельви проводят зачистку – и изучают флору. Может, выроют тут свои норы? Всё лучше, чем крысы.»
  
В воде уже что-то цвело. Мелководье разлившегося озерца всё было в розовых пятнах мелких лепестков – и шло рябью: кто-то рылся в накопившемся иле. Гедимин посмотрел на сканер и мигнул – на экране проступили округлые пятна с подвижными хвостами. Дрожь земли спугнула их. Сармат остановился и вскоре увидел в илистой мути синеватое свечение. Трёхсантиметровый трилобит копался в осадке – и «фонил» так, что сияла вода. 
«А ведь я их видел!» - Гедимин покосился на бесполезный передатчик. Данные, принесённые с Равнины, были стёрты начисто – но радиоактивных плавучих «зверьков» сармат помнил. «Ещё одни переселенцы,» - он пересчитал светящиеся пятна под водой. «Первое поколение – или уже размножились?» 
- «Пустошь», приём! – раздался в наушниках знакомый голос. – «Рута» тебя видит! Что ты там изучаешь?
- «Рута», приём! – Гедимин радостно ухмыльнулся. «Кронион! Вылез из медотсека… Главное, чтобы там без него обошлись. Я-то без болтовни выживу, а вот раненый сармат без помощи…»
- Изучаю флору и фауну. Ты уже видел равнинных трилобитов?
- Радиофаги-фильтраторы? – переспросил Кронион после секундной заминки. – Не хищные? Что ещё нового в фауне? Рыбы пока не видно? Мне есть что тебе отдать – но думаю, не поздно ли?
…В этот раз из скафандра вылезать не пришлось, только полчаса мыться изнутри и снаружи. В санпропускник Кронион вышел сам – в усиленной биозащите. 
- Ну-ка, сцепи руки за спиной в замок, - велел он, пристально глядя на сармата. – Повернись боком… Теперь пожми плечами. Подними руки, упрись в потолок. Теперь достань до пола… Ага. По крайней мере, хуже не стало. Так, говоришь, новые соседи скучают по рыбе в реках?
В непрозрачном пакете лежало два десятка таких же тёмных.
- Аккуратно! – предупредил Кронион, когда Гедимин попытался их прощупать. Внутри было что-то округлое, упругое, в разных пакетах – разного диаметра. На упаковке ярко зеленели буквы и цифры.
- Можешь не спешить – лет десять у тебя есть, - сказал биолог, раскладывая пакетики на короткопалой ладони; Гедимину невольно вспомнились кимеи – пропорции фаланг у мохнатых фелиноидов и кота-сармата были одинаковые. – Это – для замерзающих водоёмов, это – для незамерзающих. Прикапываешь в ил на мелководье. Если ила нет, ищешь другое место. Для вылупления и адаптации им нужен будет покой и пища. Начинаешь с этих. Если через год в водоёме нет ничего похожего на рыбу – повторяешь с этим или этим. Другие виды, может, у них выйдет лучше. Если сразу видно пополнение – закапываешь в ил капсулы с меткой «два». Капсулы «три» - для берегов, где много насекомых или моллюсков. 
- И… дальше мне с ними что делать? – Гедимин осторожно обмотал пакеты ветошью и разложил по нишам скафандра – подальше от прочих «образцов» и «сырья». – Как-то кормить? Охранять?
Кронион фыркнул в вибриссы.
- Не вздумай! Я ведь не лезу рулить реактором? Вот и ты – дай процессам идти своими путями. Живое разберётся, как ему жить.
- А если вымрет? – Гедимин недоверчиво взвесил на ладони последний набор пакетов. «Что из этого вылупится? И – как оно «поладит» с ксенофауной?»
Кронион пожал плечами.
- Скинешь данные, мы их на досуге обдумаем. Внесём изменения, дадим тебе новые образцы. Рано или поздно приживётся.
Гедимин хмыкнул.
- А если капсулу сожрут сразу? Чему там будет приживаться?
- Сразу не сожрут, - пообещал Кронион. – По твоим данным – пока некому. Вот тут, наверху, сразу и попробуй. Можешь выбирать озерца без… «трилобитов». Прекрасная, кстати, приспособляемость у равнинной фауны.
- Да ей-то после Равнины… - Гедимину вспомнилось серое небо с багровыми трещинами и стекающие ручейки синего металла, и он невольно вздрогнул. – Странно, что ещё не кишит по всему Орину! Нхельви, вон, уже на крыс охотятся и хищные деревья прикармливают…
Кронион зубасто ухмыльнулся.
- Думаю, такую подкормку уже опробовали другие растениеводы, на двух ногах. Не спрашивал, почему нанны хищные деревья посадили к себе в сад, а псевдоклёны – не стали?
Гедимин качнул головой.
- Как-то не до садоводства мне было. Спрошу. А… - он быстро огляделся по сторонам и понизил голос. – А что вообще мы знаем об этих… разумных? Ты же, наверное, получил биоматериалы…
- Все биологи получили, - отозвался Кронион. – Что я скажу… Нхельви – действительно нхельви, причём не родственники. Все твои образцы – от представителей разных семейных групп. Организатор переселения подошёл к делу с умом – разнообразие максимальное… А вот фелиноиды – да, родственники. Две семьи. У наннов вариантов больше. Эльфы… мало материала – но, вполне вероятно, семнадцать кланов в очень далёком родстве. Проблема с сиригнами – у них нет ДНК.
Гедимин мигнул.
- Это как?
Кронион пожал плечами.
- Там вообще клетки… очень специфические. Чем-то близки к материалам с Равнины. Таких существ вы с Вепуатом, как я помню, называли мицелиалами…
Гедимин ошалело встряхнул головой. Да, он хорошо помнил, ведь сам сканировал, - сверхпрочная сеть-«мицелий», покрытая то водой, то ледяными кристаллами, то плазмой, и при этом плотная на вид и на ощупь и вдобавок разумная…
- Мицелиалы?! Здесь, на Зем… в Орине?! Ладно – на Равнине, но тут… Они ведь из Мианы! Я помню мианийцев – они были нормальными… разумными рукокрылыми, - последнее Гедимин пробормотал в респиратор. Кронион усмехнулся.
- Так или иначе – у нас два вида мицелиалов. Как понимаешь, изучать их сложно, особенно без живых образцов. И я бы хорошо проверил эльфов – у них часть генома записана лучевым кодом… и, кстати, у всех новопоселенцев ирренций встроен в обмен веществ. Так прочно, что без него они, пожалуй, вымрут.
Гедимин мигнул.
- Как у людей-«ренси»? Но ведь им было плохо от ирренция…
- Первый этап адаптации, - Кронион пожал плечами. – Эволюция – вообще процесс небыстрый и с затратами не считается. Тысячи видов уходили в отсев безо всякого ирренция… Правда, мне кажется – ни один из наших трёх разумных видов не повторял долгий путь приматов. Они больше похожи на нас – кто-то взял один или несколько геномов и слепил то, что нужно. Гуманоидов с излучением, влияющим на мозг. Великанов, питающихся ультрафиолетом… ты знаешь, что нанн без контакта с солнцем быстро умрёт? Или вот фелиноидов… самый молодой вид, но уже с приспособлением к всеядности. При том, что основой был крупный хищник… да как и у меня, впрочем. Интересно было бы поговорить с генетиками, всё это сотворившими.
- Мать моя колба… - перегретый мозг Гедимина ощутимо искрил, и хотелось уткнуться лбом во что-нибудь прохладное. Он провёл ладонью по шлему.
- Значит, и эльфы, и нанны, и кимеи – это такие… мианийские сарматы? Искусственные расы? Кто их сделал? Мианийцы? Куэнны?
- Кто бы мне сказал… - отозвался Кронион, по-кошачьи поведя ухом под спецшлемом. – Возможно, эксперимент давно вышел из-под контроля. Но… Нанны сильны, выносливы и летают без глайдеров. У эльфов биотехнологии и воздействие на психику. Кимеи – неуязвимый наблюдатель… ты, помнится, не ладил с дронами-разведчиками? 
Гедимина передёрнуло.
- Думаешь, их прислали для завоевания?
  
- Чего? Фонящей пустыни? – Кронион пренебрежительно дёрнул ухом. – Пришли они сами. И сами расселяются. Может, оно и к лучшему, - их подход к окружающей среде мне нравится. Не забудь прикопать несколько капсул у берегов Арцаккара и Фирана…
- Мне тоже кажется – они мирные, - Гедимин посмотрел на забытый, так и сжатый в кулаке свёрток и быстро спрятал его в карман. – Кто бы их там ни создал. А жизнь я расселю от ледника до Фиранканы. Давно пора.