Меня зовут Гудвин (СИ)

— Обхохочешься просто! — буркнул я и заглянул в учебник.
С ментов станется кого-нибудь из оперативников в штатском или добровольных помощников поручить за мной приглядеть. Легенду надо выдерживать от и до, хоть и не терпится поскорее от оставленного стилягой свёртка избавиться.
Вот только стоит ли с этим спешить? Как бы потом за него не спросили.
Ладно! Сначала посмотрю, что внутри, а после решу. Только бы на выходе из парка не прихватили.
  
Надо бы научиться пси-энергию в огонь переводить. Тогда — пуф! — и нет улик!
Красота, да и только!
Партию я самым постыдным образом проиграл, но настаивать на реванше не стал, сунул учебник в пакет, кивнул на прощание безмерно довольному собой пенсионеру и потопал на остановку, напряжённо размышляя о том, как же меня угораздило едва не загреметь на ровном месте за решётку.
Я же умный! Умный и опытный!
Так что случилось? Почему не насторожился?
Не ожидал подвоха от травоядного Тони? Расслабился? Не выспался?
Или незаметно для себя самого отупел? Или чтение, устный счёт и шахматы лишь замедляют деградацию мыслительных процессов, делают её не столь очевидной?
Гудвин, верни мне старые мозги!
Передёрнуло, начал пуще прежнего проталкиваться через толпу, но сразу опомнился и лезть на рожон перестал.
Не выспался! Я просто не выспался! Да и выкрутился же! Не сплоховал!
Но каков жук Тони!
Накатила злость, и я заставил себя успокоиться. Не имело смысла зацикливаться на случившемся, следовало сосредоточиться на ближайшем будущем. На повестке дня стояло два вопроса «что делать» и «какую выгоду я смогу из случившегося извлечь».
Как поступить с газетным свёртком? Что стребовать за его возвращение?
Кое-какие мысли у меня на сей счёт имелись, но для начала требовалось во всём разобраться, а с этим возникли определённого рода сложности. В то, что за мной установили наблюдение, я не верил, пусть и не преминул встать на задней площадке, дабы отслеживать катившие за трамваем автомобили, но и возиться со свёртком в вагоне нисколько не хотелось. Мало ли кто через плечо заглянет? Да и отпечатки пальцев оставлять не следовало. Лишнее это.
И как быть? Закинуть в шкафчик на работе?
Но только подумал об этом и сразу покачал головой. Тони может расколоться в любой момент, а тогда точно проведут обыски по месту жительства и работы. Влипну!
С другой стороны, пока не вернусь в общежитие, ментам меня не отыскать — от этого и следовало плясать. Будет ещё до вечера время со всем разобраться!
Витя Бабаев уже ждал меня у больничных гаражей.
— Поехали! — махнул черноволосый коротышка, выкинул окурок в урну и забрался в кабину стоявшего тут же грузовика.
Я присоединился к нему, захлопнул дверцу и спросил:
— Куда?
— Тут рядом! — неопределённо ответил гном. — Да не бойся, успеем с дровами управиться! Ты сам-то к ним каким боком? Заготовитель, что ли?
— Тополь на территории срубили — от него так и так избавляться надо.
— Тополь? Тю-ю! Разве ж то дрова?
— На халяву уксус сладкий.
— Это всё понятно, — согласился со мной Витя. — Но твой интерес в чём?
Я неприязненно поморщился, но посылать шофёра куда подальше не стал, пояснил:
— Дрова ж наколоть надо. Вот и пятёрка!
— Молодец! — похвалил меня Витя. — Это по-нашему!
Ехали мы и в самом деле не слишком долго, минут через десять Бабаев повернул с дороги к обветшалым двухэтажным домам, возле одного из которых уже стояла строительная техника.
— Расселяют! — пояснил гном.
Во дворе нас дожидалось гномье семейство. У подъезда горой высились какие-то тюки и чемоданы, стояли диван со снятыми боковинами, телевизор и холодильник. Суетились женщины, бегали дети. Всех взрослых мужчин — пожилой крепыш с окладистой бородой устаревшего фасона.
— И даже не опоздал! — пробасил он одобрительно.
— Ещё и грузчика привёз! — указал на меня Витя.
— Идём в дом, зелёный!
Обращение нисколько не понравилось, но в бутылку я не полез, сунул свой пакет под сиденье, прошёл в квартиру вслед за главой гномьего семейства и особо даже не удивился, обнаружив в комнате пианино. В прошлой жизни точно бы ругнулся с досады, ну а тут только плечами пожал.
Нормально! Вытащим! Не рояль же! Ещё и первый этаж!
Вынести музыкальный инструмент во двор и в самом деле не составило особого труда, а там Виктор откинул задний борт и положил доски, по которым мы пианино в кузов и закатили. Пришлось напрячься — не без этого, но справились втроём. Дальше погрузили холодильник, телевизор и диван, а остальные пожитки оказались существенно легче — с ними справились в два счёта.
— Вы езжайте тогда! — пробасил пожилой гном. — Мы своим ходом доберёмся!
Я выразительно постучал пальцами по запястью.
— Витя, время!
Пожилой крепыш понимающе улыбнулся.
— Не беспокойся, зелёный! Там уже ждут.
— Ждут, ага! — подтвердил Виктор. — Поехали!
Забравшись в кабину, я будто невзначай проверил сунутый под сиденье пакет, но доставать его не стал. Разместился кое-как, устроил поудобней ноги и задремал. Так всю дорогу и проспал, уже только в самом конце пути меня пихнул в бок Виктор.
— Ну ты здоров храпака давить!
Я продрал глаза, глянул в лобовое стекло и обнаружил, что приехали мы в новый район с типовыми панельными девятиэтажками, одинаковыми и безликими. Какие-то дома красовались пустыми окнами, возле других ещё высились подъёмные краны и стояли строительные вагончики, тянулись сколоченные из горбыля заборы. Некоторые высотки уже сдали, а вот о благоустройстве территории пока даже речи не шло. Всюду торчали из земли ржавые трубы, проглядывали бетонные коробки канализационных коллекторов, тянулись замощённые кирпичом и досками пешеходные дорожки. Дорога была разбита тяжёлой техникой, после недавнего дождя на ней хватало луж и чернела грязь.
Прямо перед нами, покачиваясь на колдобинах, полз ещё один грузовик с пожитками новосёлов, следом пристроилась какая-то легковушка. Засядет — только выдёргивать, своими силами вытолкать уже не получится.
Заселялась одна из девятиэтажек на отшибе у берёзовой рощицы, её двор уже заасфальтировали, у подъездов стояли два грузовика, автобус и три легковушки, а только мы приткнулись на свободное место, и тотчас подбежали два черноволосых крепыша.
— Всё привезли? — спросил один у Бабаева.
— Всё, — подтвердил тот.
— Витюша, ты тогда присмотри за пожитками, а то сопрут.
— Так уж и сопрут!
— Да хватает шустрил!
Второй гном ухмыльнулся.
— И хлипковат ты пианину на четвёртый этаж поднимать!
Виктор кивнул.
— Это да. Корячьтесь сами!
Он выбрался из кабины и откинул задний борт, а мы втроём начали выгружать пожитки и таскать их по лестнице на четвёртый этаж. Лифт ещё не запустили, и на лестницах приходилось с черепашьей скоростью тащиться за грузчиками с габаритной мебелью или жаться к стенам на обратном пути, ну а потом мы и сами поволокли холодильник, тут встречные уступали дорогу уже нам. И вишенкой на торте — пианино. Пока поднимали его, собрали немало матерков.
— Вот же повезло соседям! — заржал какой-то эльф. — Гномы с пианино? Верните меня обратно в коммуналку!
— После коммуналки никакое пианино не страшно! — буркнул один из помогавших мне крепышей. — Фантазёр, ля!
— Шевелись, борода! — прозвучало в ответ. — Нам ещё сервант поднимать!
На узких лестницах и площадках между пролётами было особо не развернуться, но дотащили как-то, внесли в квартиру, пристроили в детской с уже поклеенными обоями.
Оставив гномов наводить порядок, я спустился во двор и спросил Витю:
  
— Едем?
Тот кивнул.
— Погнали!
Но только забрались в кабину, и по дверце со стороны водительского места хлопнул ладонью мордастый мужик в очочках, коричневом костюме и сдвинутой на затылок шляпе.
— Шеф, до города не подкинешь?