Меня зовут Гудвин (СИ)

— Разомни меня!
— Чего это? — фыркнул я. — Ты ж сегодня ничего себе не потянула!
— Не капризничай! — пристыдила меня эльфийка, стягивая с плеч лямки спортивного купальника. — И спину тоже помни. Будешь потом рассказывать, что чемпионку мира массажировал!
— Рассказывать? — хмыкнул я, про себя подумав, что так и до объяснений с папенькой белобрысой дурынды недалеко. — Ну-ну…
  
Но размял как-то, а там и туман понемногу рассеялся, пришли волейболистки, начали рассекать гладь озера байдарочники и прочие гребцы, забелели редкие треугольники яхтенных парусов.
Я огляделся и решил, что жить хорошо и жизнь хороша — особенно, если ты товарищ отдыхающий. Лежи себе на успевшем прогреться песочке да загорай в своё удовольствие, с боку на бок переворачиваясь. Жарко стало — окунулся, пить захотелось — до палатки пляжной или буфета спорткомплекса дошёл. Хочешь — тебе мороженое, хочешь — пирожное.
Да, замечательно тунеядцем с нетрудовыми доходами быть. Жаль, есть все шансы в морозы на лесоповал заехать. В прошлой жизни свезло от поездок на принудительное перевоспитание отвертеться, но там я плоть от плоти того мира был и все ходы и выходы знал, а тут осмотреться для начала надо, обжиться. Потом, глядишь, в контролёры общественного транспорта устроюсь. Красота же! На работу можно вовсе не выходить, если побочные доходы позволяют штрафы из собственных средств в кассу вносить.
Почему о тунеядцах с нетрудовыми доходами вспомнил?
Да просто давешняя компашка эльфов на пляж заявилась: манерные девочки, модные мальчики. Фирменные шмотки, заграничные сигареты, импортная бандура магнитофона, шампанское с утра. Точно не отпускники. Но и не блатные. И едва ли детки из золотой молодёжи, скорее — как и предположил Эд, начинающие фарцовщики. Может, даже из числа студентов.
Но что начинающие — это точно. Не тот пляж выбрали.
Да и кто вообще девок на пляже выгуливает? В баню их везти надо, в баню!
Когда в сторону от покрывала весёлой компании откатилась пустая бутылка, я подошёл и попросил:
— Пляж обустроен урнами. Будьте так любезны складывать мусор в них.
В ответ крепенький брюнет поморско-эльфийской национальной принадлежности барским жестом протянул зелёную трёшку.
— Вот и приберись тут быстренько!
Я как-то от такой незамутнённости немного растерялся даже, потом только вспомнил о том, что изо рта клыки больше не торчат. И хоть лишняя трёшка лишней для меня сейчас отнюдь не была, захотелось взять и сломать эльфу руку. Едва сдержался.
— Граждане отдыхающие! — произнёс официальным тоном. — Прошу соблюдать чистоту и порядок в местах общего пользования…
На ногах тут же оказался жилистый молодчик, до того обдиравший золотинку с горлышка очередной бутылки шампанского.
— А то что⁈
— А то пятнадцать суток, — спокойно произнёс я.
— За что это?
— За нарушение общественного порядка.
— А кто нарушает, а? — нагло ухмыльнулся эльф.
— Нарушает тот, кто распивает спиртные напитки. Мне дружинников позвать?
Одна из девиц не выдержала и подхватила пустые бутылки.
— Да перестаньте вы! — возмутилась она и поспешила к урнам, столь эффектно виляя бёдрами, что захотелось взять у неё телефончик.
Вроде бы — тощая и плоская, как и большинство лесных эльфиек, а подать себя умеет. То ли манекенщица, то ли просто танцами занималась.
— Благодарю за понимание, — сказал я и двинулся к вышке. Вдогонку мне под смех эльфиек кинули скомканную трёшку, но не попали — возвращаться и ломать руку не возникло нужды.
Только-только объявившийся на пляже Эд кивком указал мне за спину.
— Чего там? — Но тут же округлил глаза. — Клыки вырвал⁈
Я растянул губы в широкой улыбке и пояснил, хоть никакой нужды в этом уже и не было.
— Укоротил.
— На глаза теперь начальству не попадайся, — предупредил напарник, принимая свисток. — У нас такое не любят.
— У меня медицинские показания были.
— Без разницы. Один чёрт, на собрание актива потащат.
Солнце поднялось к зениту и начало совсем по-летнему припекать, пляж заполнился отдыхающими. Крики, визги, музыка. Торчащие над водой головы людей и нелюдей. Толчея под зонтиками пляжного кафе, очереди к палаткам с мороженым и кабинкам для переодевания. Ветерок то горячий, то прохладный. Суета.
По очереди мы сходили в столовую, потом Эд отыскал у воды потерявшегося ребёнка и повёл его в администрацию, дабы сделать объявление по системе громкоговорителей. Вернулся и указал куда-то за буйки.
— Ну ты куда смотрел?
Привлекла его внимание лодка, в которую набился с десяток подростков, и я покачал головой.
— Они не с нашего пляжа.
— А утонут на нашем! Давай!
Пришлось отпирать замок, тащить к озеру лодку спасателей и грести к нарушителям правил безопасного поведения на воде. Шуганул их, а на обратном пути перехватил сдутый с пляжа надувной мяч. И такая дребедень — до самого конца рабочего дня.
— С ремонтом-то надо помогать? — спросил я у Эда, когда мы потопали к раздевалке.
— Не, Боря какие-то материалы ждёт.
— Тогда я в зал.
— Чао!
На входе в тренажёрный зал неожиданно повстречался Лев. Лейтенант был в спортивной одежде и тяжело отдувался, я не удержался и напомнил:
— Ты ж в наш центр повышения квалификации заниматься ходил!
— Так там для повышения квалификации! — пояснил эльф. — А тут просто форму поддерживаю. — И он предложил: — В теннис?
Я покачал головой.
— Не, мне тоже надо форму поддерживать. Пойду грести.
В итоге час упражнялся на гребном тренажёре — семь потов за это время сошло, благо заявился в зал в одних только шортах и стирать одежду не возникло нужды. В буфете намеревался ограничиться молочным коктейлем, но в итоге не удержался и плотно поужинал.
— Так я точно не похудею, — проворчал, встав перед зеркалом в раздевалке. — А подсушиться не помешает…
Но только покинул спорткомплекс и о своих проблемах с лишним весом тотчас позабыл, поскольку сразу за выездом с территории меня перехватил чёрный служебный автомобиль.
— Забирайся на заднее сиденье! — заявил выглянувший в боковое окошко капитан Кузнецов.
— Чего это? — не сдвинулся я с места. — Мне в восемь на дежурство выходить!
— Не переживай, подбросим.
Упираться я не стал, кое-как влез в салон легковушки, где витал терпкий аромат мужского одеколона, и захлопнул весело клацнувшую дверцу. А вот мне весело не было. Ни на сколечко.
— Клыки вырвал? — уточнил упырь, как только машина тронулась с места.
— Укоротил, — поправил я его, ожидая неминуемого осуждения, но не тут-то было.
— Нормально. В легенду укладывается, — прозвучало в ответ.
Я хрустнул костяшками пальцев.
— В какую ещё легенду? Я вам не сексот!
— Не сексот, — кивнул сотрудник госбезопасности, — а добровольный помощник. Ты же дружинник, Гудвин!
— Какая тогда ещё легенда?
— Очень простая. Ты уважающий великую эльфийскую культуру оболтус, который в силу ограниченности ещё не готов окончательно отринуть условности орочьего общества. Как говорится: шаг вперёд и два назад! Тянешься к прекрасному, но ходишь в спортивном костюме. Сменил имя на иностранное, но созвучное своему родовому. Нуждаешься в деньгах, но не занялся фарцой, а устроился на вторую работу. Хочешь походить на эльфа, но боишься полностью отказаться от клыков. Можешь вспылить и полезть в драку, но психологически податлив и не способен отказать начальству.
— Чего это не могу? Ещё как могу!
— Хочешь сказать, по доброй воле в дружину записался?
Я поморщился и уточнил:
— Так понимаю, ждёте, что меня на фоне хронического безденежья завербовать попытаются?
  
— Почему нет? — пожал плечами упырь. — Похищенный в больнице пси-концентрат до сих пор так и не найден, и мы почти уверены, что его не сумели вывезти на Большую землю. Он где-то спрятан, и его ищут, а ты — единственная ниточка.
— Да прям!