Кулачник 4 (СИ)

— Тётя Тома, это я, Саша, — сказал я, чтобы не пугать старуху.
Замок в двери подвернулся, и дверь приоткрылась. В щель выглянула бабушка Тамара.
— А это ты, Сашка… я думала, строители пришли! — буркнула она. — Рада тебя видеть!
Слова были сказаны искренне, но одновременно я почувовал в голосе старухи какое-то напряжение. А ещё она не торопилась запускать меня в квартиру, что определённо настораживало.
  
— Решил вас проведать, — заверил я, показывая, что не прочь зайти в квартиру. — Посмотреть — сделала ли управляющая компания всё, что обещала. Может, чайком угостите.
Я показал клубничный рулет.
Старушка расплылась в улыбке и открыла дверь шире.
— Ну заходи!
Я зашёл в квартиру, сразу приметив, что ремонт здесь идёт полным ходом. В коридоре были свалены мешки со строительными смесями. Стены были подготовлены под оклейку обоями, старый линолеум полностью сорван.
— Ты не обращай внимания, у меня тут стройка века, — прокомментировала Тамара. — Твои товарищи-близнецы мне тут команду целую наняли с прорабом! Правда, сегодня-завтра у них выходные…
Мы зашли на кухню. Тамара щёлкнула чайник — теперь чайник у неё был электрический. И пока она резала рулет и готовила чай, старуха поведала мне изменения. Я, признаться, был о них не в курсе, потому что всю последнюю неделю ушёл с головой в турнир. Но Паша и Лёша, которые действовали не в одиночку, а целой командой, приставили к Тамаре человека. Он занимался ремонтом и всем остальным, чтобы нормализовать жизнь старухи и вытащить её из того ада, в котором она жила последние годы.
Честно? Уверенность в том, что Саша может быть здесь, несколько поколебалась. Всё-таки не самая лучшая затея — залегать на дно там, где идёт ремонт и работают рабочие. Но с выводами я всё-таки не спешил.
— Мне, конечно, ребята предложили на время переселиться в другое место, — продолжила Тамара. — Вот только я хочу всё своими глазами видеть, как ребята работают!
Она наконец закончила приготовления и поставила на стол чашки с чаем и тарелку с кусками нарезанного рулета.
— В общем, такие у меня дела, внучок, — заключила она, присаживаясь за стол. — Ты чай пей, а то остынет и будет невкусным.
Я отпил чай, которому ещё было далеко до того, чтобы остыть. Попробовал рулет — он действительно оказался вкусным. Хорошо, что дела у старухи налаживаются.
— Скажите, а сын Светки за последние пару дней здесь не появлялся? — наконец спросил я.
Я заметил, как у старухи чуть дрогнула рука, когда я задал этот вопрос. Как это расценивать? С одной стороны — старики впечатлительные, особенно в делах воспоминаний о былом… с другой — не быть бабе Томе Штирлицем. Ответ, до того как она его озвучила, уже застыл на её лице.
Ответила она не сразу. После того как у неё дрогнула рука, она пролила чай на скатерть, сходила за тряпкой, чтобы всё протереть. А закончив, села передо мной, сложив руки на столешнице, как примерная ученица начальных классов.
— А ты почему спрашиваешь?
Я на миг задумался, осмысливая, как ответить.
— Потому что довелось с ним познакомиться, — честно ответил я.
— А нужен он тебе зачем?
Теперь из примерной ученицы начальных классов старуха вмиг превратилась в дознавателя. Того, который пусть клещами, но вытянет из тебя ответ.
— Дела общие у нас имеются. Так вы его видели или нет? А то телефон у Саши не отвечает.
— Все вы такие деловые, — как-то уж совсем грустно вздохнула старуха. — Вот только вам ещё пока не в намёк, что жизнь коротка и вы её тратите на то, что неважно и ненужно. Но потом поймёте… Нет, Саша, с тех пор, как его в армию призвали, мы не виделись больше.
Я промолчал.
Положа руку на сердце, я уже давно заметил всё, что необходимо. Сейчас старуха не говорила мне правду. Сашка Козлов был здесь — я понял это по лежащим на подоконнике наручным часам. Их, кстати, Тамара задернула занавеской, когда я пришёл. Что тут сказать — я не ошибся, когда предположил, что младший Козлов заляжет на дно именно здесь. И бабушка Тома тоже молодец — своих не сдаёт, скорее всего она в курсе, что у Сашки проблемы.
— Может, покажете, как ремонт идёт? — я намекнул, что не прочь пройтись по квартире.
— Да не сейчас, внучок, сейчас у меня голова болит. Хотела таблетку выпить, да подремать.
Я доел кусок рулета, допил чай. Задал старухе ещё несколько вопросов на общие темы, а потом поднялся из-за стола.
— Рад, что у вас всё хорошо, — улыбнулся я. — Если вдруг, совершенно случайно, увидите Александра, передайте, что я в гости заглядывал.
— Да где ж я его встречу… — забубнила старуха, поддерживая свою легенду.
Я ничего не сказал в ответ, повернулся — и на миг вздрогнул от неожиданности. Хотя неожиданности, безусловно, приятной.
— Привет, — сказал стоявший в коридоре Козлов младший.
— Сашка, я тебя не сдавала, рот на замке держала, — с удвоенной силой забубнила баба Тома, глядя то на меня, то на него.
— Всё нормально, — сказал Козлов младший, не отводя от меня глаз. — Это свои.
Что ж, мне теперь стало понятно, почему у строителей посреди рабочей недели появился перерыв в несколько дней. Саше нужно было где-то перекантоваться, так чтобы без посторонних глаз.
Я обратил внимание, что на поясе у младшего Козлова висит кобура с пистолетом. Оружие было явно табельным… значит, объявление в розыск не застало его врасплох.
— Тёть Тома, поставьте чайник, пожалуйста, — попросил он. — Мы с Александром поговорим.
Я понимал, что Сашка хочет успокоить старуху и как-то отвлечь.
— Я ж… как лучше хотела… не говорила никому, — она виновато развела руками.
— Правильно сделали, — сказал я. — Так и надо.
Мы прошли в одну из комнат, где, как и по всей квартире, шёл ремонт. Здесь, где когда-то располагалась комната Светки, теперь стояла раскладушка и рядом с ней стул, видимо выполнявший роль стола. На нём были разложены все скромные пожитки Александра — документы, кошелёк.
Я прикрыл за собой дверь, проходя к подоконнику, а Саша тяжело сел на раскладушку. Вид у него, конечно, был так себе — весь потрёпанный, невыспавшийся. Но куда важнее — что целый и не за решёткой.
— Откуда ты знаешь мою мать? — прямо спросил он.
Я был готов к этому вопросу.
— У твоей матери в молодые годы был хороший знакомый, наш тёзка. Они тогда держались вместе. Я давно ищу о нём любые следы. Выяснил, что с твоей матерью они были не разлей вода. Хотел у неё что-то уточнить, — озвучил я свою легенду.
Младший Козлов помолчал, переваривая услышанное.
— А ты кем ему приходишься? — спросил он наконец.
— Дальний родственник.
— Почему мне сразу не сказал?
— Потому что не знал, как ты выглядишь, — ответил я. — И не знал, где тебя искать.
— Александр, говоришь… — прошептал он.
— Да, — подтвердил я.
Он положил ладони на стул, ноготь большого пальца постучал по деревяшке.
— Насколько дальний родственник? — спросил младший Козлов.
— Троюродный брат, — озвучил я давно подготовленную легенду.
Саша впервые чуть улыбнулся, покачал головой.
— Вот это да… Пути Господни неисповедимы, — хмыкнул он. — Выходит, ты мой троюродный дядя.
Я с трудом сдержался, чтобы не выдать своего удивления. Троюродный… кто?
— Дядя?.. — переспросил я. — Неплохо завернула судьба.
— Прикинь, блин… и это в Москве, где миллионы человек живут. Мало того, что мы встретились, так ещё и вместе работаем…
Я был удивлён не меньше. Ситуация разворачивалась самым неожиданным образом. Как, чёрт возьми, я мог быть его дядей⁈ Да, понятно, что моё родство с самим собой было лишь частью легенды и никакого отношения к реальности не имело. Но тут вопрос в другом: младший Козлов, похоже, считал, что я — ну, в смысле я образца 1996 года — его родственник. И вот это уже никак не укладывалось в моей голове. Мы хоть были и близки со Светкой, но родственниками-то не были, а младший Козлов, по сути, утверждал обратное. Вот точно, что пути Господни неисповедимы. Хотелось бы услышать, как мой собеседник разовьёт эту мысль и когда я успел стать его дядей.