Кулачник 4 (СИ)

— Ира, — продолжил я. — У меня сейчас есть возможность тебе одолжить деньги. А у тебя есть время, чтобы их отдать. Я тебя никуда не тороплю. Возьми, на месяц здесь хватит.
— Но…
— Я тебя не спрашиваю и не предлагаю, а ставлю перед фактом, — отрезал я. — Найдёшь другую работу, что-то получше. А если нет, то ты всегда сможешь уехать.
Ира не сразу согласилась, но, наконец, тихо вздохнула и забрала деньги, взглянув на меня с благодарностью. Однако в её глазах было видно, как тяжело ей было принимать это. Вот тебе и стереотип, что такие «куклы», как она, живут за счёт мужика или мужиков.
  
— Спасибо, — искренне поблагодарила она. — Ты не представляешь, как мне это нужно.
Я не ответил, просто кивнул. Поймал себя на мысли — насколько всё-таки важно осознавать человеку, что ты в этой жизни не один. Я знал, что это не решит всех проблем Иры, но хотя бы немного облегчит ситуацию.
Я сам закрыл счёт, и мы вышли на улицу.
— Всё будет хорошо, — подбодрил я девчонку.
Ира улыбнулась в ответ, но было видно, что ей всё ещё тяжело. Я не стал задерживать её, да и мне пора было возвращаться в зал, где вовсю, но без меня, праздновали открытие «Боевых перчаток». К тому же на мобильнике уже висело несколько пропущенных вызовов от друзей.
— Игнат, уже иду, — заверил я, принимая вызов, когда он позвонил снова.
— Это хорошо, но я не затем звоню, — ответил Игнат и ошарашил меня: — Ты в курсе, что твой знакомый чекист объявлен в розыск?
Я замер. Слова тренера буквально повисли в воздухе.
— В смысле? В каком, на хрен, розыске?
— Ну в коромысле, Сань. Он в разыскиваемых преступниках висит!
Младший Козлов в розыске? Как это возможно?
— Прикинь, — продолжил Игнат. — Я тебе сейчас фотку пришлю, сам посмотришь! И да, давай скорее, а то мы все тут без тебя сожрём!
Игнат отключился. А буквально через минуту я получил сообщение с фотографией младшего Козлова, висящей на стенде в отделении полиции. Внизу красными буквами было написано: «РАЗЫСКИВАЕТСЯ».
Под этим, мелким шрифтом, было указано, что он разыскивается по статье Уголовного кодекса Российской Федерации.
Я стоял, глядя на изображение, пытаясь переварить происходящее. Всё выглядело как финальный акт в каком-то чёртовом драматическом фильме.
— День другой, дерьмо всё то же, — выдохнул я, наконец, выключая телефон.
Ситуация изменилась на полностью противоположную, и мне в кратчайшие сроки следовало понять, что делать дальше. Мысли закрутились, и я начал прокручивать возможные шаги.
Одно было очевидно — Саня, похоже, знал, к чему всё идёт, а значит, должен был перестраховаться. По крайней мере мне хотелось в это верить. Успокаивало то, что если Саня находится в розыске, то его не смогли задержать. Но где он сейчас? Где он мог скрыться?
Я не знал. Он мог быть где угодно, и я не понимал, как его искать. Ждать, пока он сам выйдет на связь в ближайшее время? Начать искать?
Козлов заверил, что сам выйдет на связь, но когда?..
Мысли кружились, а потом пришла та, которая мигом перевернула всё с ног на голову — в моей голове уж точно.
Я на миг застыл посреди улицы, а потом пошёл к своему «кабану». Я был уверен, что знаю, где искать Сашу.
  
Глава 9
 
Ехать. Решение было простое и окончательное. Когда человека вышибает из колеи, он тянется к тем, кто примет без вопросов. Для Сани таким человеком была старушка Тамара, с которой бок о бок он прожил почти всю свою жизнь.
Этого хватало, чтобы не тянуть резину. Я завёл «кабана» и тотчас тронулся. Даже если ошибусь и младшего Козлова там не окажется, я хотя бы увижу, в порядке ли Тамара.
Через пятнадцать минут я уже был на месте. Медленно прокатил вдоль дома, выбрал место у подъезда и поставил «мерседес» носом на выезд, чтобы не разворачиваться, если придётся уходить быстро. А всё-таки по-разному может быть, и бережёного Бог бережёт.
Заглушил двигатель, выключил фары и перевёл телефон на бесшумный — посторонние звуки сейчас явно ни к чему. Выйдя из машины, осмотрелся, скользнув взглядом по окнам кухни, в которых горел свет.
Так, ну все дома… правда, не комильфо заходить в гости с пустыми руками. Я недолго думая направился в ближайший магазинчик, чтобы прикупить что-нибудь к чаю.
Открыл дверь, услышав, как звякнул колокольчик. А заодно увидел у прилавка с алкоголем знакомую рожу соседа Тамары снизу. У него как раз происходил занимательный диалог с продавщицей.
— Люба, ну ты меня знаешь, отдам, ещё и сверху положу, займи на бутылку, а?
Люба, продавщица, была занята тем, что разгадывала сканворд, лежащий на прилавке, и слушала алкаша «фоном». Но заслышав звякнувший колокольчик, подняла глаза, посмотрела на меня.
— Так, иди гуляй, горе ты луковое, — бросила продавщица алкашу. — У меня покупатели!
Тот обернулся, поначалу даже хотел что-то сказать, но, увидев меня, сразу поник — «потёк» к выходу.
Я проводил его взглядом, пока на входной двери не звякнул колокольчик и он не вышел из магазина.
— Вы прямо на него гипнотический эффект производите! — поделилась продавщица.
— Торты или пирожные у вас есть? — спросил я, оглядев прилавок.
— Тортов нет, пирожные позавчерашние, я бы вам не рекомендовала… Вам к чаю?
— Ну да, чтобы не с пустыми руками в гости идти.
— Так-так, — продавщица коснулась подбородка пальцами. — Возьмите тогда рулет с клубничным джемом, его лучше всех покупают.
Я последовал совету и купил рулет, на вид выглядевший действительно симпатично. Рассчитавшись с продавщицей, вышел из магазинчика. Алкаша приметил на углу — он, видимо, дожидался, пока я уберусь восвояси, чтобы продолжить обрабатывать продавщицу на микрозайм.
Я огляделся, удостоверился, что нас никто не видит, и подошёл к нему.
— Ну здорова, — сказал я.
Он попытался проскользнуть, будто и теперь меня не заметил. Но я взял его за шкирку и прижал к стенке магазина.
— Я её не трогаю! — выпалил мужик сразу, смотря в пол, лишь бы не встречаться с моим взглядом. — Вообще не трогаю!
— Смотри мне, — ответил я. — Вопрос простой, ответишь быстро и честно — дам на закусь или что тебе там нужно.
Алкаш кивнул, сглотнул и дыхнул на меня перегаром:
— Спрашивай…
— У бабы Томы здесь женщина жила с пацаном… видел его? — я решил спросить в лоб.
— Сашку, что ли? — переспросил алкаш. — Так он тут жил, да… когда-то. Давно не видел его, а баба умерла…
Я не отпустил шкирку.
— А если подумать? — улыбнулся я. — Хорошо подумать. Не «когда-то», а сегодня, вчера. Видел — не видел.
— Зуб даю, — выдавил алкаш. — Не видел я его!
Я посмотрел ему в глаза ещё секунду и опустил руку. Даже если знает, то не будет говорить. Ну либо я промахнулся с догадками, во что верить не хотелось.
— Ладно, зуб себе оставь, — бросил я.
— Ну а на закусь-то дашь… — промямлил алкаш, облизывая высохшие губы. — Помоги, а!
Я посмотрел на него так, что он запнулся и замолчал.
— Пойдём, дверь в подъезд мне откроешь, — велел ему я.
Кстати, обновления здесь были видны невооружённым взглядом — вот, например, дверь подъездную поставили. Железную, с домофоном.
Мы подошли, и алкаш трясущимися руками достал ключ и открыл мне дверь. Я зашёл в подъезд. Внутри тоже изменения были налицо — внутреннее убранство здесь привели в порядок: отштукатурили, покрасили, почтовые ящики заменили на новые. Внутри больше не было запаха кошачьей мочи. Всё-таки могут… когда хотят наши коммунальщики. Жаль только, что хотят они редко и без хорошего тумака работать не будут.
Дверь в квартиру старушки тоже заменили. Теперь вместо трухлявой и ободранной деревянной двери стояла железная. Монтажная пена ещё сохла, а значит, рабочие продолжали работу. Внутри снова возник вопрос — почему обо всём этом не позаботился сам Сашка… надо будет спросить у него при возможности.
  
Я встал возле двери и трижды постучал. Изнутри послышались тихие шаги старухи, шаркающие по линолеуму.