Кулачник 4 (СИ)

Он слышал разговор, по крайней мере ту его часть, в которой говорил я. Ну и понял, что ничего хорошего не произошло.
— Дела нарисовались! — я развёл руками. — Надо отлучиться.
— Надолго? — уточнил Игнат.
— Хотелось бы сказать, что одна нога здесь, другая там, но я не знаю, — признался я.
— Помощь?
— Если понадобится — дам знать, у меня через дорогу встреча.
Игнат, видимо, удовлетворившись, кивнул.
  
— Объясни остальным, что я убегаю, ладно? — я кивнул в сторону стола, где была накрыта поляна.
Там уже все собрались — все те, без кого открытие моего зала было бы практически невозможно.
Конечно, получалось нехорошо с моей стороны. Я во второй раз подряд, будучи главным виновником торжества, куда-то сваливал. Но надеялся, что даже если парни с девчатами и останутся в обиде, то по крайней мере поймут меня. Тем более, хотелось верить, что с младшим Козловым всё-таки не случилось ничего страшного. Ира, конечно, как любая женщина, склонна не то чтобы истерить, а преувеличивать масштаб бедствия.
Но прежде чем подняться на второй этаж, я решил ещё раз позвонить Сане Козлову. Три попытки дозвона закончились без результата — абонент не абонент…
Оптимизма от этого не прибавилось. Но, может, я слишком много хочу, чтобы и зал без происшествий открыть, и всё остальное было в порядке? Эх, жизнь моя жестянка… но в болото я отправляться не спешил.
Зашёл в ресторан, поднялся на второй этаж. Думал, что Иру придётся ждать, но нет — девчонка уже сидела за столиком. Людей в ресторане было немного, потому она заняла тот самый столик, за которым мы встречались в прошлые разы.
За соседним столом сидели двое в одинаковых тёмно-синих костюмах. Один из них поднял глаза, когда я проходил, и секунду изучал меня, прежде чем снова уткнуться в экран мобильника.
Я сел к Ире, но краем уха продолжал ловить обрывки их разговора. Там было слишком много знакомых мне слов: «прокуратура», «проверка», «срок». Они явно говорили достаточно громко, чтобы я мог услышать, но не так, чтобы привлечь внимание остальных.
Ира заметила, куда я поглядываю, и тихо сказала, не поднимая головы:
— Не обращай внимания. Они тут сидят с обеда.
— Знакомые? — уточнил я.
Она пожала плечами. Девчонка сидела, опустив взгляд, и была вся в своих мыслях. Чёрные очки скрывали её глаза, и мне сразу стало ясно, что она плакала.
Причину слёз оставалось ждать недолго. Я внимательно на неё посмотрел. Она поправила очки, пытаясь за затемнённым стеклом скрыть свою тревогу. Слегка улыбнулась, но её улыбка не была настоящей.
— Привет, Саш, — устало сказала она.
— Что случилось? — я не стал тянуть резину и сразу перешёл к делу.
Ира вздохнула и сняла свои очки. Я увидел её глаза — грустные, с какой-то внутренней болью и, конечно, заплаканные.
— Не хотела показывать тебе свои слёзы, — сказала она тихо, почти шёпотом.
— Да я уже как-то понял… Ира, что случилось? — повторил я.
Она замолчала на несколько секунд, будто готовилась сказать что-то важное. И, наконец, на выдохе произнесла:
— Сашу уволили… Ну а я осталась у разбитого корыта!
— Как уволили? — я нахмурился.
Ира опять сделала паузу.
— Его отстранили от дела, начали внутреннюю проверку. Потом попросили написать заявление… Так что теперь Саша больше не работает в органах…
Теперь уже паузу взял я, чтобы переварить услышанное. Я не ожидал такого поворота событий. Вспомнил, как он уверенно говорил мне, что всё под контролем… даже во время нашей последней встречи.
Неожиданный поворот… значит, он действительно не учёл что-то важное.
— Понятно, — заговорил я. — Он меня об этом не уведомлял, хотя я не мог ему дозвониться сегодня.
— Так поэтому и не мог, — прошептала она. — Всё произошло настолько стремительно, что он сам не ожидал этого. Телефон забрали… конфисковали… не знаю, как это называется!
Новости действительно были так себе. Саня, видимо, предчувствовал, что что-то не так, но думал, что справится. Не вышло, он явно переоценил себя, когда решил, что сможет остановить маховик, который раскачивали недовольные этим делом.
Что ж… с одной стороны — неожиданные новости, а с другой — чего-то подобного следовало ожидать. Но как бы то ни было, всё слишком резко поменялось.
Как быть и что делать?
Я задумался, не спеша делать выводы по ситуации. Прежде всего надо срочно увидеться с Саней и понять, какие у него теперь планы. Понять бы ещё, где его искать?
— А как ты узнала, что его уволили, Ир? Ты его видела?
Она медленно покачала головой, показывая, что не встречалась с младшим Козловым. Полезла в телефон, открыла почту и показала мне сообщение.
Я внимательно его прочитал. Козлов написал ровно то, что уже рассказала Ира. Но было и кое-что, что она не стала говорить. Саша предупреждал, чтобы его не пытались искать, и что он сам выйдет на связь. И, кстати, именно Козлов младший попросил Иру связаться со мной, что также было в его письме.
— Понятно, — я вернул ей мобильник.
Похоже, что Сане конкретно перекрыли кислород.
Я снова посмотрел на Иру. Девчонка была не просто расстроена, она была как будто сломлена. Я привык видеть её уверенной в себе женщиной, которая знала, что делать, и была готова к жизненным поворотам. Но сегодня по её лицу было видно, что она сомневается…
— Ты-то что теперь думаешь делать? — спросил я, надеясь сменить тему и хоть немного её отвлечь от дурных мыслей.
— Я не знаю, что делать теперь, — честно призналась она, глядя мне в глаза. — Мне некуда идти. Если ещё с утра я была уверена, что Саша возьмёт меня на работу, то теперь всё это рухнуло… с лиги меня уволили без компенсации. Просто выкинули, и всё. Я рассчитывала, что после этого пойду бухгалтером в контору…
Она замолчала, улыбнулась, но отнюдь не радостно.
— А теперь у меня нет денег, чтобы даже платить за квартиру. Всё, что я строила несколько лет, рушится прямо на моих глазах.
Я почувствовал, как тяжело ей даются эти слова. Помолчал, давая ей время высказаться до конца. Она, как будто, ждала этого, чтобы наконец выплеснуть все свои эмоции.
— Что мне делать теперь? — Ира коротко пожала плечами. — Я думала, что смогу работать здесь, в Москве. Но сейчас… мне даже не за что платить за квартиру. Всё просто развалилось.
Ира спрятала лицо в ладонях, и я заметил, как её плечи задрожали. Она искала выход, но не могла найти его. Но надо отдать ей должное — девчонка нашла в себе силы, чтобы не разрыдаться.
— Я подумываю, может, купить билеты и уехать, — шепнула она. — На хрен свою мечту жить в Москве… я просто уеду. Ладно, я сделала то, что просил меня Саша. Мне пора.
Я наблюдал, как она собирает свою сумочку, достаёт деньги, чтобы закрыть счёт за почти нетронутый кофе.
— Забавно так получилось, мы же хотели встретиться и кофе выпить… — усмехнулась она.
Ира достала кошелёк, оттуда — деньги за кофе. Я видел, что у неё осталось всего несколько тысячных купюр. Скользнув взглядом по её пустому кошельку, я решил, что ей действительно нужно помочь.
Я прекрасно понимал, что если ты занимаешь деньги, то будь готов, что их больше не увидишь никогда. Но в этой ситуации было ясно, что ей не обойтись без помощи. Пусть она о ней и не просила, видимо, привыкнув со всем справляться сама. А ещё я чувствовал, что если не помогу ей сейчас — потом будет поздно. И что это как-то не справедливо, что со мной лига рассчиталась, а Иру, которая, грубо говоря, прошла со мной один и тот же путь, вышвырнули несолоно хлебавши.
Я вытащил из кармана деньги, отсчитал и, не раздумывая, положил их на стол.
  
— Ира, возьми.
Она сразу опустила глаза, заметив деньги. В её взгляде мелькнула смесь гордости и стыда. Ира медленно покачала головой.
— Нет, не надо, Саша… Я не могу. Я никогда и ни у кого не брала деньги.
Я почувствовал её внутреннюю борьбу. Она хотела принять помощь, но не могла перебороть свою гордость.