Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 10 (СИ)

— Давайте дружно скажем, проехали? Дамы? — метис требовательно посмотрел сперва на айтишницу, затем на финансистку. — Пожалуйста? Ради нашего гостя.
— Извини. — Уэки потупилась.
— Проехали. — Ровно кивнула Хаяси. — На чём мы остановились?
* * *
Присоединившаяся к импровизированному совещанию в бассейне Хонока Хаяси Вана удивила дальше больше, чем весьма яркая айтишница по имени Ута:
  
— Как ты только попал в этот цветник, — улучив момент, китайский учёный бросил другу по-русски.
Вчерашнему заключённому стоило немалых сил ровно реагировать на периодические эскапады, то и дело возникающие внутри специфического коллектива. Взять хоть и непринуждённость, с которой Уэки походя обнажила грудь.
Или стати хозяйки бассейна, которые в таком вот бикини — тоже отдельная тема.
Впрочем, у японцев по этому поводу своя философия и в плане кое-каких манифестаций для Страны Восходящего Солнца норма то, что в других местах приличным может не являться.
— Знаете, какое у них прозвище? — развеселился в ответ Такидзиро. — Общее?
— На всех? Как возможно? — удивился Ван.
— Агентство моделей.
— Как ты среди них оказался? Насколько я понял, вы с совсем разных социальных уровней. — Китаец немного подумал, затем решил с близким человеком слов не подбирать. — Плюс ты далеко не мальчик — ещё и по возрасту разрыв с каждой из девушек против тебя.
— Ну-у-у-у, дядь Вань, если углубляться в прикладное, то вы сейчас здешнее, — Решетников задумчиво хлопнул по подлокотнику, — меряете на свои реалии. Умным языком: не учитываете особенностей страноведческой компоненты.
— Я же не гуманитарий, — соглашаясь, вздохнул вчерашний заключённый, затем тоже оживился. — Но я очень хорошо умею считать и уверенно понимаю в цифрах! Ты здорово старше этого собрания, — Бай Инь незаметно мазнул взглядом по женщинам, как указкой. — Ты намного взрослее. Я вижу, что с каждой из присутствующих, а также с той видной адвокатом, твои отношения изрядно сексуализированы. Как это возможно?..
— Оно само так получилось. Встречался с коллегой, собирался на ней жениться. Она ушла к начальнику. — Товарищ зевнул. — Глава корпоративных денег абсолютно случайно была свидетелем разговора: сидела в машине, мы её внутри не видели, когда выясняли отношения рядом. К ней на встречу как раз подходила эта понравившаяся вам компьютерная мастер, так и сошлись.
Ван сообразил, что Решетников специально употребляет русские слова, которые не имеют прямого фонетического соответствия-кальки в английском либо японском. Имена, «финансистка», «IT» — даже в русском произношении очень яркие маркеры.
Можно понять, о чём речь, и не зная этого языка.
— Хорошо, что вы так хорошо знаете русский, дядь Вань, — искренне поулыбался товарищ, словно мысли видел.
— А пловчиха? Девушка, которой принадлежит этот бассейн? — об адвокате китаец спрашивает не стал, уважая непубличность самого рода занятий якудзы.
Последнюю, насколько он успел понять, стоило здорово благодарить за сам факт своего пропуска в Японию. Вопреки позиции Двора Микадо, на секунду.
— С ней вообще банально. Плавал по своей дорожке вот прямо в этом бассейне, никого не трогал. Оказалось, плыву быстрее, чем она рассчитывала. Так и познакомились, — дальше друг рассказал, что абонемент сюда по стоимости может поспорить с иной зарплатой и получил он его тоже достаточно случайно.
* * *
— Я не думаю, что по крайней мере на первой стадии у нас есть потребность во внешнем финансировании. — Скромно заявил Ван на каком-то, комментируя финансистку.
Отстранённая и немного задумчивая Хаяси как раз закончила объяснять, каким образом они будут привлекать финансы в трёх различных сценариях для компенсации отставания Вана от тайваньского партнера.
— Нужно просто вытащить деньги оттуда, где они сейчас. — Наслаждаясь произведенным впечатлением, китаец невозмутимо назвал сумму.
— Откуда⁈… — первой среагировала новая знакомая по имени Хонока. Затем спохватилась. — Прошу простить мой вопрос, — топ-менеджер приподнялась, качнулась вперед-назад по здешнему обычаю, — но происхождение финансов для нашего стартапа не менее важно, чем количество. Репутация не отстирывается, прошу меня ещё раз извинить.
— Вам не за что извиняться, — отрезал учёный. — Я бы на вашем месте у сегодняшнего беженца без кола и двора тоже бы поинтересовался. Именно по этой причине.
— Дядь Вань, а реально, откуда такие деньжищи? — сбоку впечатлился даже обычно сдержанный во всех скользких вопросах Такидзиро. — Вы никогда не рассказывали, что являетесь магнатом.
* * *
Там же, через некоторое время.
Ван подумал — и решил честно рассказать, какие капиталы в реальности скрываются за его невзрачной (на первый взгляд), престарелой тётей.
— Гонконг формально — часть КНР, но у него есть собственная экономическая и визовая система, поэтому с Тайванем у Гонконга отношения намного более открытые, чем у материкового Китая.
— Но ведь материковый Китай официально считает Тайвань своей территорией, не признаёт его как отдельное государство и ограничивает любые официальные связи? — айтишница вынырнула из меланхолии и на правах старой знакомой возглавила импровизированный допрос нового компаньона.
— Да, Гонконг тоже следует принципу «одного Китая», — рассудительно пояснил хань. — Но при этом действует в рамках своей экономической автономии: «Одна страна, две системы». Это позволяет Гонконгу поддерживать прямые транспортные, туристические и бизнес-контакты с Тайванем. Начнём с того, что есть прямое авиасообщение.
— Да ну⁈ — умница Уэки как наименее стеснительная выразила общее недоумение японцев.
— Между Гонконгом и Тайбэем, Гаосюном, Тайчжуном летают регулярные прямые рейсы. Cathay Pacific, China Airlines, EVA Air, можете проверить в интернете прямо сейчас, — твёрдо продолжил профессор. — Морское сообщение: пассажирские паромы хоть и почти исчезли (долгие и менее выгодные), но грузовое-то судоходство активно работает. Теперь наложите услышанное на материковый Китай: вот у него действительно ничего подобного нет.
— Хм.
— Теперь я прошу меня извинить, вы все здесь просто не ориентируетесь в реалиях Поднебесной. Даже ты, — учёный взглянул на Решетникова.
— Да я и не претендую, — отмахнулся товарищ. — Я только в Гонконге ориентируюсь, и то. — «В очень специфических моментах» вслух не прозвучало. — Когда оно было. Всё давно устарело.
— Вам не за что извиняться, пожалуйста, продолжайте, — хозяйка бассейна мягко коснулась плеча гостя.
— Бизнес-связи. Тайвань и Гонконг имеют плотные торговые контакты: Тайвань продаёт в Гонконг электронику, полупроводники, продукты питания, вино.
— Электроника и полупроводники — там мало не стратегический уровень, — заметила Уэки походя. — Факт. Я чё-то этот момент упустила, могла б сообразить, — хлопнула себя по лбу.
— Гонконг — транзитный хаб для товаров, идущих из/в материк, а также место, где тайваньские компании ведут переговоры с китайскими партнёрами. — Вставил Такидзиро.
— В Гонконге действуют офисы тайваньских банков, авиакомпаний, торговых представительств. Есть даже Тайваньский культурный центр в Гонконге, — продолжил профессор. — Да, возможно повторюсь, Гонконг не имеет официальных дипломатических отношений с Тайванем, всё идёт через «экономические и культурные представительства». Материк внимательно следит за этими контактами, особенно за политической деятельностью тайваньцев в Гонконге. Но формального «бойкота» в стиле «никакой торговли» — нет, наоборот, деловые связи довольно активны.
  
— Извините мою прямоту, — финансистка нравилась профессору всё больше и больше, сходу даже не скажешь, чем. — Вы не против сыграть в оппонента? Мы используем такой приём на рабочих группах.
Аристократичная, красивая, очень сдержанная, подумал учёный, в ответ же согласно кивнул.