Иголки да булавки (СИ)

— Нашего системного администратора не видели? — Платону пришлось повысить голос в шумном цехе.
— Нет, к нам сегодня не заходил.
— Никак не могу его найти, в кабинете нет, телефон там же оставил, — поделился менеджер по оптимизации.
— Может, в швейном? Его туда часто зовут.
— Там я был, но его там нет, — задумчиво проговорил менеджер по оптимизации и уже собрался уходить, но тут его взгляд упал на раскройный стол. Лицо у Платона вытянулось. — Что это? — ткнул он пальцем в настеленную ткань.
  
— Детали подкладки режем из ткани, которую доставили на обмен, — удивилась его реакции Журавская.
— Кто разрешил? — сдерживая недовольство, процедил сквозь зубы Платон. — Кто это выбрал? Кто согласовал?
— Марина Всеволодовна, — совсем растерялась мастер цеха. — Но это же хороший материал. Лучший из того, что было на выбор. Качество очень хорошее.
— А рисунок?
— Подошвы? Или следы. И что? — продолжала не понимать Журавская.
— Почему со мной не согласовали?
На этот возмущенный вопрос мастер цеха ответить ничего не смогла.
— Остановите раскрой немедленно, — приказал менеджер по оптимизации. — Это какой рулон?
— Первый.
— Снимайте ткань, ее вы использовать не будете.
Платон схватился за телефон:
— Марина Всеволодовна, вы у себя? Мне нужно с вами срочно поговорить. Лучше у меня. Или если хотите, в кабинете директора. Да, сейчас.
Недоумевая, что могло вдруг произойти, Марина заглянула к менеджеру по оптимизации.
— Вы видели рисунок на новой ткани? — сразу бросил ей Платон, мгновенно оторвавшись от компьютера. — И действительно его согласовали?
— Да, рисунок нейтральный, унисекс, не яркий. Конечно, раньше мы не использовали ткани с рисунками, но это вынужденное решение, — спокойно объяснила Марина, не понимая, что так не нравится соруководителю.
— Видимо, вы невнимательно читали ту документацию, что вам вручили вместе с доверенностью. Я понимаю, почему остальные не в курсе, там гриф «только для служебного пользования», но вы-то должны были изучить.
— Что же я пропустила? — с нотками вызова в голосе спросила Марина.
— Напоминаю в очередной раз, у нас совместное предприятие, наши партнеры мусульмане, у них есть определенные традиции, которые мы должны уважать и соблюдать. В том пакете документов, который передали вам как соруководителю, кроме прочего есть перечень рисунков, которые мы не должны использовать в своих изделиях по этическим соображениям. Изображения подошвы входят в число запрещенных, потому что у мусульман подошва считается грязной и нечестивой, то есть изображать ее некультурно, неуважительно. Вы же не хотели проявить неуважение к нашим партнерам и нашим возможным покупателям?
— Нет, не хотела, — держала маску спокойного профессионализма Марина.
— И надеюсь, это не было некой местью Кара и его соплеменникам за то, что он докучал вам на приеме.
— Конечно, нет! — вспыхнула Марина, и Платон удовлетворенно кивнул, словно именно этой реакции и добивался.
— Я внимательнее прочту, — холодно произнесла Марина, быстро взяв себя в руки.
Разумеется, она понимала, что допустила серьезную оплошность, но слишком явно показывать признание вины невыносимому оппоненту она не собиралась.
— Раскрой я остановил, но рулон уже начат, значит, ни вернуть, ни обменять не удастся, придется списывать. И придется договариваться об обмене остального. Перешлите мне образцы. Я сам все просмотрю.
— Это моя зона ответственности, — напомнила Марина.
— И вы не справились, а мне теперь принимать срочные меры. Перешлите мне образцы, — повторил Платон и отвернулся к монитору.
— Но я все равно должна увидеть то, что вы выберете, и согласовать, — настаивала Марина, которой совсем не нравилось, как бесцеремонно вмешиваются в производственный процесс, которым она руководит.
— Хорошо. Присылайте образцы, не затягивайте.
Эта комичная история быстро разлетелась по всей организации, кто-то поддерживал Марину, оправдывая их общее незнание мусульманской культуры, а кто-то был на стороне менеджера по оптимизации, потому что к работе надо относиться серьезно.
Подкладочную ткань выбрали голубую с надписями, не забыв их перевести, чтобы опять не попасть впросак.
— Все к лучшему, — философски произнесла Марина и забрала ткань, списанную в отходы.
***
— Первый готов, — торжественно сообщила Марине заместитель и указала на надетую на манекен куртку.
На первый взгляд, та не отличалась от стандартной продукции их подразделения, но только на первый взгляд. Сердце у Марины радостно забилось: ее детище, наконец, обрело осязаемую форму.
— Посмотрим, — протянула она, сняла изделие с манекена, разложила на столе и принялась тщательно разглядывать, ощупывать и проверять работу всех частей.
Марина не собиралась искать недочеты, в качестве пошива она не сомневалась, ей хотелось рассмотреть, как куртка выглядит целиком, вживую, а не только в воображении или на мониторе компьютера. Результатом Марина осталась довольна.
— Молодцы, девочки! — похвалила она свой коллектив.
— И я тоже девочка? — удивилась закройщик.
— Извините, Антонина Ивановна, — спохватилась Марина. — Молодцы девочки и вы.
— Да я не была против. Когда еще меня к девочкам приравняют. Приятно даже.
Сотрудницы конструкторского отдела рассмеялись, но чем радостнее выглядели они, гордясь похвалой и своей работой, тем горше было Марине знать, что двоих из них настигнет увольнение.
«Я должна сохранить всех!» — в очередной раз напомнила себе Марина и позвонила системному администратору:
— Ты у себя?
— Нет, в швейном цехе, оверлок забарахлил, пытаюсь разобраться.
— Ты там надолго? Мне нужно с тобой поговорить, и без свидетелей.
— Ух, как звучит! — восхитился Денис. — Меня потом еще завхоз просила кран в туалете на первом этаже посмотреть. Подтекает и гудит.
— Ты прямо нарасхват.
— Вам хороший хозяйственник нужен, чтобы с любой поломкой мог справиться. Я, к сожалению, не все умею.
— Пока ты будешь откликаться на все вызовы, никто не появится. Конечно, я обсужу проблему с нашим столичным менеджером. Но вернемся к моему делу. Заскочи к себе минут на пять, я тоже подойду, кое-что обговорим.
— Сейчас буду, — пообещал Денис.
Появившись в своем кабинете, где его уже ждала Марина, Денис светился от счастья, словно предчувствовал нечто замечательное.
— Что же от меня понадобилось леди-боссу? — шутливо поинтересовался он.
— Ты когда-нибудь ночевал на природе? — неожиданно спросила Марина.
— Да, приходилось.
— Прекрасно. Мне понадобится твой опыт. Расскажешь, что с собой взять и где лучше встать.
Денис, пребывая в недоумении, попытался расспросить подробнее, но тут зазвонил внутренний телефон, а на закономерный вопрос «Алле?», из трубки донеслось:
— Наконец, застал! Подойди ко мне.
— Платон Андреевич, — тихо объяснил Денис Марине, — тоже требует к себе.
— Иди, — кивнула Марина, — но только на эту ночь ничего не планируй. Ты мне понадобишься, — строго сказала она, чем повергла Дениса в еще большую растерянность.
И вот по вине Марины молодой человек явился к руководству, будучи озабоченным совсем не работой. От менеджера по оптимизации не ускользнула отвлеченность мыслей системного администратора.
— У меня тут проблема, и прошу отнестись к ней серьезно, — строго заявил Платон.
— Какая проблема? — с улыбкой поинтересовался Денис, всем своим видом показывая, что у него-то проблем нет.
— Кто-то копался в моих файлах, — менеджер по оптимизации кивнул на монитор.
— Ого. Защита взломана? Ты уверен?
  
— Защита не взломана, в том-то и дело, — проговорил Платон и уступил место за компьютером системному администратору.
— Тогда с чего ты взял, что кто-то копался? — Денис занял освобожденное кресло и больше для вида сделал несколько стандартных манипуляций с мышкой и клавиатурой.