Иголки да булавки (СИ)

Платон обошел свое кресло сзади, поставил на рабочий стол руки и навис над системным администратором.
— У меня там есть одна шпионская программка, — произнес менеджер по оптимизации едва ли не шепотом. — И она отслеживает все, что происходит в компьютере. Скачивание некоторых файлов, например, — голос звучал, с одной стороны, вкрадчиво и проникновенно, а с другой — таил в себе напряжение и угрозу.
  
— Надо же, — искренне удивился Денис. — И зачем же тебе такая сложная заморочка?
— Наверное, потому что есть, за чем присматривать.
— За девушками из конструкторского, например? — усмехнулся Денис.
— Взаимопомощь — это хорошо, — теперь уже своим обычным голосом произнес Платон и выпрямился, — но надо знать меру.
— Буду знать, — пообещал Денис.
***
Марина скептически наблюдала за тем, как Денис сгружает с мотоцикла то, что захватил с собой.
— Ты уверен, что нам все это нужно? — наконец, произнесла она с сомнением.
— Еще бы. Ты же сказала, что мы будем здесь ночевать. Честно говоря, я бы с радостью тебя отговаривал. Весьма странная затея спать в парке. Если хочется побыть на природе, стоит делать это в дневное время или за городом, но на базе отдыха, или в кемпинге, или хотя бы в машине.
— Дело совсем не в желании побыть на природе. Мы будем проводить испытания, — серьезно заявила Марина.
— Испытание чего? Меня на прочность?
— В твоей прочности я не сомневаюсь, — сказала Марина и похлопала соучастника по плечу.
— Я сомневаюсь, — пробормотал тот, а потом попытался перенастроить свои мысли, — я взял два спальных мешка, фонарь, палатку…
— Палатка лишняя, — заявила Марина и достала из единственного пакета, который захватила с собой, спецкуртку.
Марина расстегнула молнию по нижнему краю своего чудо-изделия, вынула из недр объемную прокладку и принялась растягивать между деревьями. Так как место ночевки выбиралось заранее, тканевое укрытие было на чем закрепить. Денис наблюдал за процессом трансформации с интересом, а потом кинулся помогать. Набор авторских технических решений позволил скрытую подложку куртки превратить во временное убежище в виде шалаша.
— Одно плохо, — пожаловалась конструктор трансформера, — в чистом поле подобие палатки не соорудишь, опоры не найти.
— Все равно здорово, — сказал Денис, с любопытством заглядывая внутрь. — Целые хоромы. Два спальника поместятся. Тут и застежка на входе имеется. Шикарно. Когда рассматриваешь составные детали, кажется, что все очень просто устроено: тут сшито, там стянуто веревкой, получается угол, здесь на молнии, там на липучке. Кнопки есть?
— Я пробовала разные варианты. Теперь проверим, что лучше, а что стоит заменить или доработать.
— Скажу сразу: большой минус, что нет пола, такая конструкция будет терять очень много тепла. Ночевать в полевых условиях уже довольно холодно. Давай, чтобы не рисковать, ты поспишь в платке, а я в твоем убежище.
— Нет, хочу прочувствовать сама каждый минус и плюс моего изделия. Ночевать будем вместе.
С наступлением темноты молодые люди забрались в убежище, сняли верхнюю одежду, чинно улеглись каждый в свой мешок и якобы приготовились спать.
— У нашего убежища стенки из двойной ткани, — успокаивающе вещала Марина. — Материал сам по себе качественный, плотный, должен удержать достаточно тепла, — и она еще долго рассуждала об особенностях своего изделия.
Денис не перебивал, а когда она, казалось бы, закончила, произнес:
— Жаль, темно и ничего не видно. Окошечко было бы очень кстати.
— Считаешь, надо? — всполошилась Марина. — Но нельзя же оставить просто дыру. Вставить сеточку? Тогда тоже холодно будет. Прозрачную пленку?
— Не переживай, окно — это уже изыски и придирки. У тебя, я так понимаю, аварийное убежище. Но пол не помешал бы. Если бы не спальники, мы бы уже замерзли, и эксперимент пришлось бы сворачивать.
— А если в качестве пола туристическую пенку использовать?
— Тоже хорошо, но ее придется дополнительно брать с собой. Лучше предусмотреть пол сразу.
— Это серьезный дополнительный расход материала, — задумчиво проговорила Марина. — Увеличение веса и стоимости.
Молодые люди замолчали, прислушиваясь к окружающим звукам, в ночной темноте только это им и оставалось.
Через некоторое время Денис услышал шорох и шум молнии, которую расстегнули. Денис тут же взялся за телефон и включил подсветку экрана. Марина выбиралась из теплых объятий спального мешка.
— Что ты делаешь? — непонимающе спросил Денис.
— Хочу получить достоверные результаты, — объяснила Марина и растянулась поверх утепленного ложа. — Мне нужно понять, насколько здесь возможно выдержать в холод.
— Спать ты же так не собираешься? — озабоченно спросил Денис, и телефон потух.
— В том-то и дело, что собираюсь. На мне спортивный костюм, переохладиться не должна.
Снова воцарилось молчание в темноте.
Городские звуки в глубину парка давно не доносились, птицы тоже затихли, а животные сюда не забредали. Тишина стояла глубокая настолько, что казалась способной поглощать шум. Однако Марине чудилось, что она отчетливо слышит один звук — встревоженный стук сердца. Только чьего сердца? Ее собственного или?..
Раздался звук еще одной расстегнувшейся молнии. Рука Дениса осторожно нащупала в темноте пальцы Марины. Затем послышался какой-то шорох, а через несколько секунд Марина поняла, что ее чем-то укрывают.
— Не надо, — почему-то шепотом запротестовала Марина. — Мне не холодно.
— Холодно, — настаивал Денис. — У тебя руки холодные.
— Они всегда такие, — Марина отодвинула от себя то, чем ее накрывали, — мне не холодно.
— Не упрямься, — строго сказал Денис. — Если ты простудишься и заболеешь, лучше от этого никому не станет. — И снова накрыл строптивицу своей курткой.
— Не надо, — не сдавалась Марина, спихивая ненужный покров. — Эксперимент должен пройти максимально приближенным к реальности.
— Уже слишком холодно, чтобы спать на улице без спальника, — не отступал заботливый Денис. — Такие испытания надо проводить летом, когда нет опасности переохладиться.
— Нет у меня возможности ждать до лета. Я сейчас должна доказать, что мое изделие достойно пойти в производство.
Так они и терзали несчастную одежду, то накрывая, то спихивая, пока Денис не рассердился и не навалился на Марину вместе с курткой.
— Продолжишь сопротивляться, стисну так и не отпущу, — заявил он, крепко обхватывая Марину руками, — буду согревать тебя теплом своего тела.
— Какая страшная угроза, — с насмешкой отозвалась та.
— Конечно, страшная. А вдруг я не выдержу? Я все-таки живой человек.
Прозвучало это совершенно серьезно. Марина замерла и почувствовала, как по телу прошла приятная теплая волна. Это дало расслабиться и принять настойчивые объятья. Дыхание участилось, выдавая нахлынувшее возбуждение. В ответ Денис содрогнулся всем телом, Марина это отчетливо почувствовала, крепче стиснул ее, прижался с каким-то отчаяньем, а потом резко отстранился и откинул полог убежища.
— Ты куда? — тут же села на своем ложе Марина.
— Надо подышать свежим воздухом, — не своим голосом ответил Денис.
— Да, надо, — Марина стала спешно шарить руками в поисках своей куртки, — я с тобой.
— Нет! — неожиданно резко бросил Денис. — Мне надо одному. Побыть, — и вскочив на ноги, он ринулся прямо в заросли.
Пара мгновений, и темнота вместе с густым кустарником скрыли беглеца из вида.
Марина поежилась и прикрыла вход в убежище. Без Дениса сразу стало зябко и неуютно. Она забралась в спальный мешок и отвернулась к матерчатой стенке. Что-то пошло не так, Марина это понимала, ругала себя за то, что не может сказать Денису решительное «нет», и в результате только мучает его. Конечно, ей приятно его внимание, ухаживания, готовность все бросить и прийти на помощь. В его объятьях ей хорошо, а поцелуи будят в теле страсть, но все это в данный момент совершенно не к чему. Ее одолевают тревоги за судьбу своих сотрудниц и конструкторского отдела, отнимает силы соперничество с менеджером по оптимизации и сводят с ума производственные проблемы, которые сыплются как из рога изобилия. В такой круговерти нет места романтическим отношениям.