Скверна. Шаг первый
Или же меня заказала третья сторона, о которой я вообще не имею понятия. А корпорация «Локк» и клан Белецких не имеют к этому отношения, но втянуты в другую непонятную мне игру.
Так или иначе, из источников информации у меня один только доктор Ибрагим, который наплетет что угодно, лишь бы спасти свою задницу, да пешка-медсестра, которую уж точно никто в детали убийства не посвящал. Надеюсь, Фридрих сможет нарыть побольше.
В конце коридора показалась белая дверь, которая вела к центральному холлу.
Если вернуться к вопросу Скверны, то есть еще несколько интересных моментов. Я знаю, как работают «Регенерация» и «Пренебрежение болью» – они теперь оказывают противоположный эффект. Но что насчет «Сдвига» и «Рвения»? Я буду быстрее уставать и слабее бить? Звучит не больно-то полезно.
– Джонни, – он резко поднял взгляд на меня. – Ты не знаешь, где тут крыша?
– Знаю, конечно, – он довольно ухмыльнулся. – Я же не раздолбай какой, чтобы не знать план здания, где находится объект под моей же защитой. Но зачем она вам?
– Хочу, чтоб ты помог мне кое-что проверить.
Услышав это, Джонни нервно сглотнул ком в горле.
Мы прошли через белую дверь в большой, но практически такой же безлюдный, как и стационарное отделение, холл. О наличии хоть какой-нибудь жизни намекали лишь голоса дежурных медсестер, которые обсуждали что-то в одном из многочисленных кабинетов. Мы дошли до большого служебного лифта, и Джонни нехотя нажал на кнопку, та загорелась красным. Спустя минуту мы оказались на последнем, шестом этаже. Судя по нагромождению коробок и скромному, в отличие от остальной клиники, убранству, он был чисто служебным. Еще немного погодя, мы нашли заветную дверь с лестницей, ведущей на крышу. Наверху нас ждал навесной замок.
– Закрыто, – охранник повеселел, надеясь, что это остановит меня.
– Можешь выбить?
– Эм… – Джонни замялся. – Уверены?
– У меня есть веская причина забить на беспокойство о сохранности местного имущества, – равнодушно ответил я ему.
Тот пожал плечами, оглянулся и, достав из-за пазухи пистолет, сбил его рукоятью ржавый навесной замок. Цепь, которой были обвязаны дверные ручки, с громким звоном упала на пол.
После нехитрого взлома охранник первым прошел на крышу, посмотрел по сторонам, а затем уже махнул мне рукой, мол, чисто.
Я переступил порог и вышел на улицу. В лицо ударил свежий воздух. Тонкая накидка совсем не защищала от осеннего ветра; особенно поддувало снизу. Крыша же представляла собой открытую площадку метров 30 на 20, с перилами по краю и нагромождением воздуховодов по бокам.
Вдохнув полной грудью, я огляделся по сторонам. Во многих офисных окнах до сих пор горел свет, желтые освещенные улицы перетекали в мосты через широкую реку. Пейзаж был завораживающим. Я впервые был в столице, и, скажу вам, она другая. По сравнению с моим городом, все здесь казалось куда более масштабным и внушающим трепет. Место, где я вырос, часто называли «второй столицей», но первая разительно от него отличалась.
Впрочем, что-то мне подсказывало, что на местные виды я еще успею насмотреться. Поэтому я вышел в центр крыши и приступил к тестам.
Сколько бы я ни пытался, у меня не выходило войти в то состояние, что позволило бы активировать черное проклятие. Рваные узоры с прошлого применения все еще покрывали предплечья и даже доходили до плеч, но с каждой секундой словно все больше уходили вниз и немного тускнели. Несмотря на все старания, у меня не получалось почувствовать того прилива мощи, который был в момент активации навыка. Но я все еще чувствовал его остатки. Значит, эффект этого неизвестного проклятия спадает со временем. Хорошо.
Осталось дело за аурами.
Для начала «Рвение». Раннее навык увеличивал импульс удара, слегка ускоряя применившего; эффект сходил на нет после первого серьезного попадания. Посмотрим. Руки загорелись желтым; я тут же ощутил сопротивление при каждой попытке движения. Подобное чувствуешь, когда погружаешься в воду. Если двигаться плавно, то никаких проблем, но сделать резкое движение не выходит. Бежать, скорее всего, тоже будет сложно и слишком утомительно.
– Джонни.
– Д-да? – он с опаской глянул на меня, гадая, что еще мне взбрело в голову.
– Брось в меня камень.
– Что? Ну нет, я и так нарушил приказ Фридриха, когда…
– Бросай камень, говорю.
Он громко выдохнул.
– Я этого не делал.
Джонни присел на колено, и покопавшись в гравии, которым частично была покрыта крыша, нашел более-менее большой камень. Может, вслух он этого и не произносил, однако по глазам парня было отчетливо видно, что внутри он кроет меня бранью за всю эту вылазку. Это ему, однако, не помешало замахнуться и бросить камень мне прямо в грудь.
Сначала мне показалось, что он промазал. Однако спустя мгновение камень скатился с моей груди и одиноко стукнулся о пол. Теперь вместо того, чтобы придавать импульс, «Рвение» гасит инерцию? Я смогу легче переносить удары? Двигаться в таком состоянии сложно, да и вряд ли инерция остановит какой-нибудь колющий удар ножом. Спорно, но уж точно лучше, чем ничего.
Хорошо.
Немного подумав, я все-таки решил попробовать активировать «Сдвиг». Надеюсь, в худшем случае я просто почувствую слабость.
Алый узор лег поверх черного, эффект оказался довольно странным. Я мгновенно успокоился. От раздражения и злобы, которая хоть и поутихла, но все это время сидела во мне, не осталось ни следа. Сложно это объяснить, но мысли тоже стали как будто в разы чище. С моим мозгом произошло примерно то же самое, что происходит с телом, когда с жаркой улицы летом заходишь в помещение, где на всю работает кондиционер. Вот эта первая секунда блаженства пронеслась в моей голове, когда из нее пропали все лишние и путающие меня мысли, вызванные эмоциями. Значит теперь «Сдвиг» вместо того, чтобы разгонять меня, успокаивает? Судя по ощущениям, еще и пульс замедляет. Честно говоря, не сказать, что я был впечатлен.
Впрочем, еще одним важным моментом, который я подметил во время всех этих тестов, было отсутствие предела в процессе активации ауры. Не было того ощущения, дающего ясно понять – это все, больше ты не можешь из себя ничего выжать, у тебя не хватит маны. Нет, на этот раз чувство было такое, будто внутри меня бездна энергии, которая только и ждет того момента, когда ею воспользуются. Логично. Во мне сидит энергия всего мертвого города.
Каков теперь мой новый предел? Две активные ауры? Три? Или больше?
Я снова активировал «Сдвиг». Чувства как будто ушли, а сердце замедлило свой бег. Это первая аура. Затем «Рвение». Я будто оказался на глубине океана. Это вторая аура. Странное чувство, когда активны оба этих эффекта, словно время замедлилось.
Накладывать «Регенерацию» и «Пренебрежение» я не хотел, но предыдущего теста было уже достаточно, чтобы окончательно убедиться: мой запас маны все-таки изменился. И я совсем не чувствую, что две ауры – это все, на что я способен.
Я так и стоял, обдуваемый ветром. Затем встряхнул головой и повернулся к Джонни. Тот все это время с любопытством наблюдал за мной.
– Тебя можно попросить о небольшом спарринге? – под активированным «Сдвигом» и «Рвением» слова давались как-то слишком тяжело.
– Босс, нет, это уже чересчур. Я не хочу покалечить человека, которого должен защищать. Это против всех правил, и вообще…
– Джонни, просто бей вполсилы одиночными. И не заставляй меня это произносить.
– Н-но…
– Это приказ.
Парня уже начинало трясти, но это даже сыграло мне на руку. Представляю нервозность, с которой он боролся, выполняя мои последние поручения. Долго спорить он со мной не стал, а просто снял пиджак и бросил его на землю – видимо, охранник все же был не прочь выпустить пар.
Он встал напротив меня и принял стойку. Я же свесил руки по бокам и слегка наклонился вперед. Нет, это не ради пафосного вида, просто ветер то и дело пытался задрать больничный халат. Слава богу, что зрительного зала позади меня не наблюдалось, а потому я склонил голову вбок и посмотрел на Джонни.