Блеф демона (ЛП)

— Тебе… жаль? — опешив, она, пятясь отошла, пока круг не перестал издавать этот назойливый писк. — Кинжал Галли слушается тебя? Ты убила его?
Я покачала головой. Боже. Неужели я и правда взяла её в круг?
— Нет. Но, по моим ощущениям, я уже готова посадить в круг его самого и отправить по домам. Так что давай быстрее. У тебя есть дела. Например, запереть его за выдающуюся тупость, чтобы он от меня отвязался.
  
Тритон выставила бедро, её андрогинные черты сдвинулись к женственным.
— Всё загадки, — пробормотала она, потом медленно вдавила кулак в барьер и отдёрнула, когда от костяшек пошёл дымок. — Свободный проход, говоришь? Это то, о чём мы договорились?
У меня дёрнулся уголок губ.
— Для Элис и для меня. Без возмездий.
Тритон насмешливо приподняла одну бровь.
— Не предпочла бы ты зеркало?
— Мне нужна Элис! — крикнула я; голос жёстко отскочил от скал и крошки грунта. — И свободный проход. И её душа — если ты её выманила!
— Это уже три пункта, — Тритон колебнулась, задумалась. — Элис Эмберс не обсуждается. Значит, ты не получишь ничего. И дальше: если не приручишься — будешь убита.
Дыхание участилось: демоница снова вдавила кулак в круг. Копоть закрутилась с поверхности к точке её касания, истончая круг повсюду — кроме самой точки. О Боже, он не выдержит. Я отступила, глядя на лезвие в своей руке: оно начало теплеть, потом жариться… и жечь.
Я выронила кинжал, взвизгнув: пальцы вспыхнули болью.
И тут же вскинула голову. Я допустила ошибку.
Тритон восторженно взвыла, когда круг осел.
— Нет! — выкрикнула я, метнувшись к лей-линии — как раз в тот миг, когда обезумевшая демоница навалилась на меня всем телом.
— Воровка! — закричала Тритон, когда мы рухнули, она сверху. — Это моё проклятие! — выплюнула она, а я вцепилась в камень транспозиции, пока она пыталась выдрать его у меня из рук. — Как ты его привязала к себе? Отпусти. Это моё!
В меня хлынула сырая сила, пока она раздирала мне пальцы, и я стиснула зубы, крепче сжав камень: я направляла её неочищенный поток обжигающей энергии в землю.
— Нет… — прохрипела я. Я не успевала скручивать её достаточно быстро. И тогда я взвизгнула, выгнув спину: Тритон удвоила напор. Боль оцарапала разум и стала всем миром.
— Это моё! — снова заорала Тритон, чёрные глаза полыхали, когда она подтягивала к себе мой сжатый кулак. — Как ты это добыла?!
— Ал! — выкрикнула я, лишь бы унять боль, и голос эхом отозвался во тьме. — Ал дал мне его. Он помог мне п-привязаться!
— Как ты выбралась из моей тюремной ямы? — взвилась обезумевшая демоница. — Это был Ададжио? Говори, или я сожгу тебя так, что уже не собрать!
Пульс бухал, пока я боролась с ответом.
— Прочь! — выдохнула я, чувствуя, как воля трескается под нарастающей пыткой. — Ta na shay, sisto activitatem!
Тритон взвыла, её руки сами сорвались с моего горла, когда магия Богини прошла через неё дугой. Я сбросила её, прижала ладонь к своему горлу, развернулась в присед и поднялась, дрожа. Исчерпанные чары висели меж нами, искрились и осыпались в землю.
— Элис, — просипела я, поражённая собственным сорванным голосом. — Отдай её. Или всё начнётся снова.
— Ты во второй раз не выживешь, — чёрные глаза Тритон сузились на мне.
— Стой! — донёсся слабый голос, и мы обе вздрогнули. Это была Элис: молодая женщина бежала к нам, мантия, в которую её облачила Тритон, чёрной трепещущей полосой металась в лунном свете. На локте у неё висела моя наплечная сумка, и я напряглась. За её спиной плёлся Ададжио, прижав крылья от тоски, дожидаясь кары за то, что накинулся на неё здесь.
— Тритон, она выиграла! Она выиграла! — выпалила Элис, пылая румянцем, и встала между нами, так резко, что моя сумка соскользнула с её руки. — Мы заключили пари.
Пари? — подумала я и тут же пригнулась, дёрнув за лей-линию, когда энергия Тритон прожужжала у меня над головой.
— Которое ты проиграла, — взгляд Тритон бегал от одной к другой, будто решая, кого пришпилить первой. — Ададжио, ты будешь голодать за это.
— Ты заключила пари с главой ковена, — прохрипел гойл, смутившись. — Оно в силе. Отпусти клинок разрушителя миров. Элис Эмберс переиграла тебя.
Элис? — я оглядела испуганную женщину: дрожащая уверенность, и всё же она отступила в защитную тень гойла, прижимая мою сумку к груди. Что ты ей дала, Элис? — кольнула мысль: вдруг она совершила то, о чём будет жалеть всю жизнь.
— Мы заключили пари, — повторила Элис, и Тритон передёрнуло. — Теперь держи слово. Рейчел вырвалась из твоих силков — она свободна. Она пришла за мной — я свободна. Дело сделано.
Я подняла Куаре, мне было не по себе. Между мной — лей-линия и Элис. Потянешься к одной — рискуешь потерять другую.
— Вы заключили пари? — спросила я, и Тритон опустила голову и стала выбивать пыль с мантии; настроение у неё явно портилось.
Кивнув, Элис осторожно придвинулась ко мне.
— Да. — Её взгляд дёрнулся. — С ней ты можешь и не сдержать слово, но я член ковена, и со мной ты его сдержишь! — крикнула она Тритон.
Безумная демоница кипела; подол мантии дрожал, босые ступни покраснели от красной пыли — от того, что осталось от райского Безвременья.
— Протестую. Ты использовала эльфийское заклинание, — прошипела она, хотя я знала доподлинно: среди демонов только она одна до сих пор балуется эльфийской магией. — Ты сломала мою тюремную яму! — добавила она, но шаги её замедлились, когда Ададжио предупредительно проворчал, как слон. — Всё, что сможет выторговать этот тщедушный член ковена, этим стирается.
— Rhombus! — крикнула я, но Тритон откинула мой неначертанный круг, словно его и не было, схватила меня за полы мантии и дёрнула вперёд — Элис вскрикнула в протест.
— Как ты выбралась?! — неистовствовала Тритон; я вырывалась, ладонь легла поверх руки Элис — мы обе отдирали её пальцы от меня.
— Куаре! — сказала я, пальцы зазудели, пока я царапала её руку. — Я использовала Куаре. Отпусти, иначе я тебя им ткну!
— Хватит! — крикнула Элис, раздражение окрасило её гневную стойку. — Обе! У нас пари, Тритон. Она вырвалась и пришла за мной. А теперь убирайся! Немедленно!
Я ахнула — хватка Тритон исчезла. Демоница дрожала, уставившись на нас: ярость и злость искрились по её коже мелкими ручейками энергии. За её спиной Ададжио показывал на лей-линию, будто предлагая нам рвануть. Кому-то из нас могло повезти. Рядом со мной Элис стояла, ликуя: возможно, она действительно выторговала нам свободу. И настороже. И вся в синяках. И избитая. В сущности, выглядела так же, как я себя чувствовала. Тритон дала ей хотя бы тапочки?
— Она взяла тебя в круг, хотя могла сбежать, — сказала Элис и даже шагнула передо мной, словно прикрывая, хотя это у меня в руке пыхтел искрами магический кинжал. — Она взяла тебя в круг, чтобы заставить тебя отпустить меня. Мы заключили пари, а пари под полной луной не нарушают.
Лицо Тритон перекосилось.
— Сейчас не полнолуние.
— Там, откуда я, — полнолуние, — ответила Элис, подсовывая взвинченной демонице новую заковыку. — Она получает свободу, если найдёт выход из твоей тюремной ямы, а я — если она придёт за мной. — Элис уставилась на демоницу. — Она меня не бросила, Тритон. Она взяла тебя в круг. Потребовала отпустить меня. Ты проиграла.
Мне хотелось забрать сумку, но я не посмела потянуться.
— Круг не удержался. Я не заставила тебя её отпустить, — сказала я, и Элис усмехнулась.
— Ага. Я и предположила, что ты можешь её не одолеть, так что в пари было «попытаться», а не «победить».
  
Я сжалась, когда Тритон перевела на меня свои чёрные глаза — они блеснули в лунном свете.
— А если бы я не смогла? — спросила я.
Элис повела плечом.
— Тогда ты умерла бы в тюремной яме, а она получила бы мою душу, — сказала она, а потом громче: — Но этого не случилось, так что убирайся! Я обыграла тебя в твою же игру, демон.