Блеф демона (ЛП)

— Спасибо, — ответила я. Мне подали сок в фужере для шампанского, чтобы он смахивал на мимозу. Тритон прочистила горло и подняла свой сок, будто собираясь произнести тост.
— За эльфов, угрей и клубнику, — сказала она, и мы с Элис уставились на неё, не решаясь чокнуться. На лбу демоницы промелькнула складка.
— Если вы не понимаете, почему, я не собираюсь объяснять. Можешь оставить себе либо Элис, либо зеркало — но не обеих.
  
— Я не товар, — резко сказала Элис. И с соседнего столика донёсся сдержанный смешок. Мужчина, следивший за ней, отвёл взгляд, и с этого момента нас как будто приняли… и перестали замечать. Вампирские порядки были отстой, но теперь я поняла, почему Тритон выбрала именно это место.
Я сделала глоток, наслаждаясь кислинкой.
— Элис — не залог. Она здесь, чтобы учиться, а не быть разменной монетой. Она сама по себе.
— Учиться? Быть фамильяром? — усмехнулась Тритон. — О, не строй из себя дурочку, — добавила она, обращаясь уже к Элис, и та жадно отпила свою Кровавую Мэри. — Мне нравится, как они кричат — и как многослойно звучит этот крик.
— Что за… — Элис отодвинула стакан, возмущённая. — Мне подали безалкогольную!
Я чокнулась с её бокалом апельсинового сока.
— Ты выглядишь как школьница.
— Я не школьница!
— А тело — школьное, — сказала я, улыбнувшись Тритон. И пусть будет чуть больше замешательства…
Элис откинулась на спинку скамьи, уткнувшись в свой «девичий» коктейль — и явно была в тупике.
— Должно же быть что-то, что я могу тебе предложить, — сказала я. — Кроме Элис и книги, которая до сих пор у меня.
— Тогда покажи это, — ответила Тритон. — Я не понимаю, чего ты медлишь. Всё равно ведь отдашь. Зеркало тебе нужно больше, чем она. — Она закрыла глаза и глубоко вдохнула. — У неё на кончиках пальцев больше чар, чем у тебя. Она таскает твои припасы. Именно поэтому ты подпалила ей синапсы, прежде чем привести её ко мне? Чтобы она была беспомощной? Так ведь гораздо проще протащить к линии.
Элис придвинула бокал ближе.
— Только тронь — и узнаешь, насколько я беспомощна.
Тритон подалась вперёд, глядя на неё поверх меня.
— Я так и собираюсь.
Я подумала о том, как стремительно тают мои деньги, и махнула официантке — ещё один апельсиновый.
— Прекрати. Обе вы. Тритон, я же сказала: она не мой фамильяр. Она здесь, чтобы учиться.
— И получить амулет стазиса, — буркнула Элис.
Демоница изогнула тонкие брови.
— Мне нравятся те, кто глуп настолько, что считает меня равной себе. Я скажу тебе, что ты хочешь знать, а потом заберу Элис, раз ты не хочешь её отдать.
— Попробуй… — прошипела Элис.
— Это для её же блага, — продолжила Тритон. — Ей нужен перезапуск. Несколько сотен лет — и она переосмыслит своё место в мире. Назовём это займом. Я верну её, когда она что-то поймёт. А ты… ты не сможешь выжить, пока бежишь от правды, не взглянув в зеркало. Чтобы понять, кто ты есть, кем была, кем станешь.
— В третий раз повторяю: Элис — не вариант. У меня есть книга…
— Которая уже моя, — усмехнулась Тритон, оглядывая меня поверх очков, как я сотни раз видела это у Ала. — А как насчёт сделки? Я дам тебе подсказку. Если догадаешься — зеркало твоё.
У меня подпрыгнуло сердце. Я не могла проиграть — и потому кивнула.
— Хорошо, — улыбнулась Тритон, и от этой улыбки меня бросило в дрожь. — Но всё равно придётся заплатить.
— Ах, Рейчел… — прошептала Элис, в то время как Тритон наклонилась над столом и выдохнула на него. Холодный, зловещий иней окутал дешёвую столешницу и скатился на пол, где растаял. Демон провела пальцем по поверхности, оставляя визжащий след в форме круга.
— Говорят, атланты существовали лишь миг — ещё до появления эльфов, — произнесла она, начав вырисовывать внутри круга аккуратный пентаграмм. — Неудачная попытка славы, мудрости. — В вершинах звезды один за другим вспыхивали глифы памяти. — Возможно, они были демонами. Или предшественниками демонов. Мы не знаем. Это было задолго до моего времени. Неважно. Они больше не важны. Всё, что они знали, было утрачено — хотя это и существовало. Всё, чем они были, исчезло, хотя когда-то это было так же очевидно, как надписи на этом столе.
Она замолкла, наблюдая, как её работа тает в жаре помещения.
— Мимолётные, — тихо добавила Тритон, касаясь подбородка тыльной стороной пальца. — Ясность, что исчезает, словно её и не было. И всё же… — Она снова выдохнула на стол, и пентаграмма на мгновение вновь вспыхнула, чтобы исчезнуть ещё быстрее. — И всё же — была.
Элис нахмурилась, её гладкий лоб прорезала складка.
— Атланты были мимолётны. Хорошо.
Но Тритон говорила не о народе. Она говорила о зеркале. Зеркало было названо в их честь. Оно и само было мимолётным. Чём-то, что приходит и уходит. Как луна? Прилив? Комета? Лужа тёмной воды?
Тритон посмотрела на меня — и впервые я почувствовала себя не глупой, а неучёной. Раньше это бы меня разозлило. А теперь… теперь я была благодарна за то, что ещё есть чему учиться. Спасибо, Ал.
— Если найдёшь зеркало — оно твоё, — сказала Тритон.
Найти? — я глянула на идеально чистый стол.
— Как найти то, что и есть, и нет? — спросила я, и Тритон усмехнулась.
— Это уже не моя проблема, — произнесла она. — Как договаривались. Твоя фамильяра?
Демоница потянулась ко мне через стол — за Элис.
— Стой! — Я усилила хватку на лей-линии, хотя ничего с неё не тянула. Пока что Тритон вела себя пассивно, и я не хотела это менять. Она действительно почувствовала связь — и отдёрнула руку.
— Элис, может, тебе стоит подождать снаружи?
— Я никуда не уйду, — возразила она, выглядела при этом совсем юной. — Стоит мне исчезнуть из поля зрения — она меня схватит. — Наморщив лоб, Элис посмотрела на Тритон. — Есть же законы.
— Законы? Законы устанавливает сила, — бросила Тритон и сделала глоток своей Кровавой Мэри. В её, вероятно, было водка.
Не говоря уже о том, кто эти законы напишет, утвердит и протолкнёт. Тот, кто в данный момент предпочёл бы видеть меня мёртвой.
Тритон вздохнула, будто утомлённая:
— Тульпы, что так и не были воплощены. Законы, которых не существует. Эпоха, что ещё не наступила. Ты из будущего. Скука. И ты говоришь — есть законы? — Она постучала ногтем по столу, по тому месту, где начертила пентаграмму. Надпись снова исчезла. — Человеческие законы. Законы ведьм. Я подчиняюсь демоническому праву. И только тогда, когда это делает игру интереснее.
— Ты бросаешь мне вызов, Тритон? Тебе весело? — спросила я, позволяя капле ничего не значащей магии скатиться с ногтя и растечься по столешнице. Пусть Поворот тебя заберёт. Она дала мне загадку. Время? Время приходит и уходит?
Тритон сделала глоток.
— Возможно.
Я покачала головой, стараясь подражать Алу. Он мог убедить Тритон в чём угодно.
— Это может быть ошибкой, — сказала я, смягчив голос, вкладывая в него лёгкое предупреждение.
— Быть может, — спокойно отозвалась она, откинулась на спинку и посмотрела на приближающуюся официантку. — Всё слишком просто. Но я дала тебе зеркало. Расплата будет.
— Сделка была — зеркало в обмен на девичник. И мы её выполнили, — сказала я. Но перед нами уже стояла официантка, и я не рискнула продолжить.
— Сегодня какой-то Национальный день апельсинового сока? — пошутила она, колеблясь, неся напитки. — Вон тот парень у барной стойки заказал то же самое.
— Что? — я резко обернулась, пытаясь заглянуть за её спину.
Тритон подняла бокал и, сияя, отдала честь бару:
— Видишь ли, ты не единственная, кто способен заглядывать в будущее, — сказала она загадочно. И тут я замерла, услышав знакомый болезненный кашель.
  
Кистен?
Сердце забилось сильнее. Лицо вспыхнуло, колени подкосились, живот сжался. Я вскочила, узнав его по осанке, по тому, как он сидел, отвернувшись от сцены, закинув ногу на подставку. Волосы были влажные, будто после душа, а на нём — поношенные спортивные штаны, которые я оставила у Ника. Я ушла оттуда, чтобы заключить сделку с Пискари, а очнулась в церкви, думая, что Кистен всё ещё там.