Хозяин Пустоши. Книга 1 (СИ)

— Так тут же все равно костер, — пробормотал он. — И кто тут ходить будет — тут далеко от поселений.
— Костер скрыть проще, чем кучу обрезанных веток, — сказал я спокойно. — Ты же их срезал, а не ломал, да?
— Да я просто хотел… девушка же, не хорошо ей спать на голой земле, — начал оправдываться Вадим, но внезапно пошел в наступление: — Кстати, почему ты Лену взял, а не того же Стаса или Вовку? И сам почему пошел? Говорил же, на вылазках важна эффективность. А у тебя топаз.
  
Мне очень хотелось ответить «потому что», но это опасно и смахивает на самодурство. Сейчас нельзя допускать ошибок. А еще я едва не рассмеялся от такого лицемерия — пока я валялся раненый, он сам выпер Лену на охоту на кота, а сам остался.
— Я пошел, чтобы изучить места — плохо их знаю. К тому же собираюсь повышаться до изумруда, — выдал я часть правды, чтобы успокоить его. — Володя врач и ему лучше оставаться с ранеными. Стас хорош в обороне, а ты засиделся в деревне.
— А я сама напросилась, — добавила Лена с насмешкой, придя мне на помощь.
Вадим посмотрел на нас с кислым видом и приступил к ужину. Понял он, что под подозрением или нет, сказать я не мог, но лучше исходить из худшего.
На следующий день я продолжил замечать его знаки внимания Лене. Пришлось подключиться, пусть она и не особо их принимала. Я подавал ей лучший кусок мяса, подсказывал, где будет удобнее постелить спальник. Лена включилась в игру и с охотой принимала мои советы. Вадим сопел, но ничего не мог сделать. Илья, Олег и другие бойцы не вмешивались, только хихикали. А на третий день мы вошли в нужную нам зону.
— С котами и змеями мы рассказывали теорию, а вот с иллюзиями сложнее, — объяснял Илья, пока мы обустраивали лагерь на ночь. — Здесь иллюзиями пользуются растения, если точнее, гигантские звероловки. Это как мухоловки, только жрут они зверей.
— Я думал, они в тропиках обитают, — удивился я.
— Ага, триста лет назад так и было. Катаклизм все изменил, — усмехнулся он. — В общем, надо быть внимательным. Обычно они растут на полянах и создают картинку, привлекательную для всяких там оленей и кабанов. Иногда и для хищников.
— Они охотятся на других хищников, как те пауки? — спросил я, вспомнив обстоятельства нашего знакомства.
— Да, разумеется. Всех, кто поведется на их картинку и окажется в пределах усов.
— Значит, человек тоже, — пришла к выводу Лена.
— Ага.
— Как понять, иллюзия перед тобой или настоящая поляна? — спросил я.
— Берешь шишку, кидаешь. Через иллюзию она просто проходит. Может повести, тогда попадешь в сам цветок. Но в любом случае, как только звероловка понимает, что обнаружена, иллюзия спадает, а она переходит в боевой режим. Усики у нее только так называются. На самом деле это такие плети, которые могут схватить и закинуть жертву ей в пасть. Она начинает ими размахивать и хватать все, что пытается к ней приблизиться.
— Сколько усов? — поинтересовался Олег.
— От двух до четырех, в зависимости от возраста. Препод рассказывал, что встречал очень древнюю звероловку с шестью, но это редкость, — ответил Илья.
— Ты сказал «хватает все, что движется». Это просто выражение или она реагирует на движение? — уточнил я.
— Реагирует. Так что сделал шаг — замер. Еще шаг — замер.
— Усы оборвать или обрезать можно? — деловито спросил Матвей.
— Можно, но сложно, они крепкие.
— Что отвечает за иллюзии? — спросил я.
— Нектар. То есть, нам предстоит срубить эту дрянь, потом залезь ей в пасть и собрать нектар.
Я кивнул и вернулся к идее годичной давности. Это растение, серебристый кот, еще монстры — все они могут давать материалы для эликсиров, оставаясь живыми. Даже у бобра можно срезать кусочек с хвоста и не убивать — мы так и делали последнее время, иначе извели бы всю популяцию из-за стройки. Можно ли как-то их приручить или так и придется охотиться? Когда я заикнулся первый раз, на меня посмотрели как на душевнобольного. Надо не спрашивать, а делать, решил я. Только найти подходящий момент. И подумать, как лучше все устроить. А пока мы легли спать.
Утром же оставили вещи в лагере и отправились на поиски котов, змей и кровожадных цветков. А нашли людей.
Мы разошлись веером, как действовали ребята в прошлый раз, но сейчас мы не уходили далеко друг от друга, чтобы не собираться долго, и переговаривались птичьими трелями — этому нас научили те, кто пришел с Дона, кто уже давно живет в изгнании и научился прятаться от людей городов и монстров.
Я шел в паре с Вадимом и как раз приметил поляну, где вполне мог жить искомый цветок. Нам предстала идиллия: сочная зеленая трава, летают бабочки, в центре пасется молодая самка оленя. И ничего не боится, да-да, только олень во время гона поверит в это. Я замахнулся заранее подобранной шишкой.
И как же хорошо, что не успел бросить ее. С другого края поляны в центр полетело сразу несколько шишек и прекрасное животное пропало. В центре поляны возник цветок, похожий на гигантский подсолнух, только вместо семечек внутри у него зияла пустота, а по периметру росли шипы, больше похожие на зубы. От стебля выстрелили четыре гибких жгута и начали развеваться в разных направлениях и на разном уровне.
Мы с Вадимом пригнулись. Я трижды кукукнул, подавая сигнал, что здесь опасно и приближаться не надо, и остался сидеть в кустах — очень интересно посмотреть, как городские при полном вооружении охотятся.
Здесь я впервые увидел действие сложного эликсира. Из леса выскочили четыре человека. Трое начали стрелять из автоматов, не жалея патронов, четвертый оказался магом.
Молодой мужчина в камуфляже выпустил молнию, но не обычную голубую, а черную. Молния хлестнула по усику и перебила его. Срез получился черным, но выглядел не как ожог, а как гниль. Более того, гниль начала стремительно распространяться по обрубку и приближаться к стеблю.
Тем временем бойцы отстрелили еще два уса. Маг лениво махнул рукой, но промазал по последнему усу и черная молния срезала ветку березы у нас над головами. Береза начала гнить. Какая подлая магия. А городской маг прицелился и все же срезал последний ус. Звероловка осталась без защиты, а вскоре гниль добралась до стебля.
— Чего стоите, рубите, пока чернота не добралась до головки, — приказал маг.
Солдаты дружно отдали честь, сменили автоматы на мечи, смело подошли и срубили гигантский бутон. Когда он перестал щелкать подобием зубов, маг приблизился, на ходу надевая перчатку по самое плечо, и запустил руку внутрь с выражением брезгливости на физиономии. Извлек нектар, похожий на гной, и запихал в подставленную для него солдатом банку. Я порадовался, что мы взяли побольше пустых флаконов. А городские тем временем закончили и ушли.
— Проследим за ними, — прошептал я и добавил в ответ на удивление Вадима: — Надо убедиться, что они ушли и мы с ними не столкнемся случайно.
Он кивнул, крикнул жаворонком, что тут чужаки, и пошел за мной. Верно, теперь наши сюда не подойдут без сигнала, что можно или нужна помощь.
Городские отыскали еще две поляны, выгребли с них две банки нектара и отправились обратно в город, Мценск, если я верно понял направление. Увы, послушать их разговоры не получилось — они попросту не общались. Маг отдал приказ возвращаться в город, вот и все разговоры. А солдаты между собой если и говорили, то слишком тихо.
Мы проводили их на пару километров. И только когда убедились, что они ушли и не вернутся, продолжили свою охоту.
В деревню мы вернулись только через четыре дня, зато с добычей. А я еще и с изумрудом на пальце. Мы охотились на звероловок до тех пор, пока я не сварил нужный для усиления моего магического ядра эликсир. В этот раз мне понадобилось попыток двадцать, наверное, но считать я перестал после пятнадцатой. Вадим ворчал, Лена давала советы, Илья просто наблюдал и дружески сочувствовал при неудачах. И давал травяные отвары, когда меня выворачивало после очередной неудачи.
  
Но наконец все получилось. А всего-то надо было вместо ромашки положить багульник. И вот тело наполнилось силой. В первые мгновения я ощутил себя всемогущим. Какое блаженство. И иллюзии мои оказались намного реалистичнее, чем у растения.