Хозяин Пустоши. Книга 1 (СИ)

— Кажется, нам пора придумывать название нашему поселению, — заметил Вадим, когда мы уходили.
— Да, пожалуй, — согласился я и попытался вспомнить, какие деревни и небольшие городки стояли тут в моем мире.
— А мы куда идем? — отвлек меня Вадим.
— На южный тракт. Там нас еще не ждут и в той стороне добываются реагенты для купола.
— О, ты решил его поставить! — удивился Вадим.
  
— Да. Сейчас мы слишком уязвимы.
— А как же стройка? — тихо спросила Ника.
— Игорь и Андрей рассчитывают площади, — ответил я и удобнее перехватил тачку.
Теперь, когда они у нас появились, мы решили ходить на дело с тачками — так удобнее потом перевозить груз. Мотоциклы слишком шумные и не факт, что пройдут здесь, где лес гуще.
— Хорошо, — улыбнулся Вадим.
Мне показалось, или улыбка вышла хищной? Надеюсь, я просто предвзят. Пока он не сделал ничего плохого, только хорошее, но эти его шушуканья с людьми настораживали. Да и Стас не будет болтать зря.
Но мы не пошли сразу на трассу. Еще в деревне устроили общее собрание магов и решили, что будущий купол будет не просто защищать, но и немного отвечать. Не как городской, но хоть небольшое подспорье при атаках даст — будет отражать магию противника обратно в них же. Минус — физическим атакам он не помешает. Но нас окружали существа, что били молниями вокруг себя и на расстоянии, иногда забредали монстры с соседних участков, так что мы сделали ставку на отражение магии.
Для магии отражений нам нужны крылья зеркальных бабочек. Я уже давно не обольщался невинностью названий существ. После бобров, енотов и прочей живности, что выглядела мило, но оказывалась смертельно опасной, первым я задал вопрос о ее размерах.
Зеркальные бабочки оказались насекомыми с метровым размахом крыльев. Крылья-то нам и были нужны — именно они отражали магию, но оставались уязвимыми для физического воздействия.
К месту их обитания мы пришли к середине следующего дня. Магию отражений давали только бабочки, остальные твари в этой области могли дать физическую защиту. Это если удастся их убить, а то ведь они бронированные. Как быть с бабочками объяснил Станислав — накинуть сеть, а потом проткнуть брюшко. Или сбить копьем.
Увидели мы их издалека — лучи солнца отразились на огромных крыльях. Тачки оставили за деревьями, вооружились сетями и пошли на блики. Бабочки резвились на поляне, не опасаясь ничего. Тем же бронированным медведям они были не интересны. А ежи-иглострелы чаще охотились по ночам. Их способности меня тоже заинтересовали, но пока такой эликсир можно сделать только для себя — для купола он варится на молоке или спирте, а они все еще недоступны для нас. Я пообещал себе спереть корову в какой-нибудь деревне, а пока сосредоточился на бабочках.
Они оказались невероятно ловкими созданиями и легко избегали наших сетей и копий. Мы потратили два часа, гоняясь за ними. Зато вспомнили детство. Я впервые, пожалуй, услышал смех Ники, заразительный и мелодичный. Но более низкий смех Лены заставлял замереть и посмотреть в ее сторону. Странно, но все два часа бабочки никуда не улетали, только не позволяли себя поймать, словно играли с нами.
Наконец, Лена накрыла сетью одно крыло бабочки. Я увидел это и бросился вперед с сетью наготове, чтобы прижать насекомое-переростка к земле. Оказалось, что Елена сделала то же самое. В итоге я накрыл сетью их обеих.
— Эй, слезь с меня, — рассмеялась Лена.
— Держишь ее? — уточнил я.
— Да, слезай уже.
Я скатился на бок. Она прижимала к земле бабочку, еще живую, но одно крыло пошло трещинами. Лена сверху лежала в весьма соблазнительной позе. Я замер, любуясь видом.
— Ну чего смотришь, бей, — вернула меня в реальность Лена и чуть покраснела.
Я кивнул и быстро проткнул кинжалом тело бабочки. Она застыла, а мы с облегчением вздохнули. И только теперь ее товарки почуяли опасность и разлетелись. Только две попытались атаковать нас с Леной какой-то пыльцой, но мы увернулись, а потом и отогнали их. Теперь стало ясно, почему Стас сказал не приближаться к ним. Нам просто повезло, что бабочка упала крыльями вверх, иначе опрыскала бы и меня, и Лену. Кстати, чем?
— Это сонная пыльца, — пояснил Владимир. — Они так кормятся: жертва засыпает, а они садятся на нее и выпивают все соки. В некоторых откладывают личинки.
— Какая гадость, — сморщила носик Лена.
— Не хотела бы я вынашивать насекомыша. Он же потом еще и есть начнет изнутри. Пока не вылезет, — поежилась Вероника.
Мы собрали осколки зеркала, благо, целым оно нам не надо, и поспешили уйти с поляны, пока бабочки не вернулись с подкреплением. Отдохнули в лесу под разлапистой елью и отправились дальше. К тракту мы вышли в сумерках — пришлось огибать территорию бронированных медведей. Тачки снова оставили в глуши, чтобы даже случайно не блеснули в свете фар, и стали ждать нужный нам караван.
Володя и Ника вместе с пятью бойцами перешли на другую сторону дороги. Я все же протолкнул свою идею остановить караван на ходу. Вадим покрутил носом, но согласился. И вот мы ждали.
Распределились по трассе. Решение об атаке принимали я и Лена — в зависимости от того, в какую сторону поедет караван. Увы, на первой машине не написано, сколько грузовиков в колонне, так что сигнал мы решили подавать атакой на последнюю машину охранения. Все заняли места и затаились.
Первый караван оказался слишком большим. Второй с тем, что нам не надо. Стас рассказал, кто и что тут возит, а мебель из второй колонны точно нам не нужна. Как и городские автомобили из третьего. Настала ночь. А вот и четвертый…
Я подобрался при виде знака на заднике второй машины. Достал флакон. Если их не больше четырех… как раз четыре! Эликсир обжег гортань и начал действовать ровно в тот момент, когда мимо проезжала задняя машина охранения. Я спустил столб огня на ее капот.
Машина клюнула носом, проехалась на передних колесах и встала. Тут же раздался визг тормозов грузовиков — в переднюю машину влетела молния. Послышался удар, с каким грузовик врезался в машину охранения. Застрочили автоматы наших бойцов. В ответ заработали пулеметы охраны. Увы, в этот раз по бокам ехали тоже машины, никаких мотоциклов. Я выпустил струю огня в одну из них. Поднял руку, чтобы расплавить пулемет на последней, но с ней уже разобрался Вадим. Краем глаза я заметил, что еще одна машина плавится от кислоты, кинутой Вероникой, из нее выскакивают люди и падают под пулями бойцов Олега.
Через две минуты все было кончено. В тишине слышался треск горящих покрышек. Ни стона, ни скрипа открываемой двери. Как-то даже легко, нахмурился я.
— Все целы? — крикнул Владимир. Он расправлялся с охраной в голове колонны.
Откликнулись все. Хорошо. Только трое сказали, что легко ранены. Я с облегчением выдохнул и пошел открывать ближайший грузовик. А дальше все как в замедленной съемке.
Я иду. Оклик Вадима. Оборачиваюсь. Дверь грузовика открывается. Поворачиваюсь обратно. Вскидываю руку. Вспышка и глухой звук выстрела. После боль, словно что-то внутри меня сломалось. И комариный писк в ушах. Ноги становятся ватными и не держат. Я падаю. Вижу сбоку сполох огня. И как сквозь вату до меня доносятся звуки нового боя. В глазах темнеет. Как глупо…
  
Глава 14
 
Как все оказалось быстро и просто. Относительно просто, конечно. Рядом оплывала от кислоты машина охранения. Рядом валялись два тела — они в такой панике выскакивали из машины, что не успели вытащить пистолеты. Володя спросил все ли живы и Лена слушала перекличку.
Только теперь она посмотрела на обозначения груза и семьи, которой он принадлежал. Бароны Берестовы из Воронежа, вассалы графа Головина. Теперь понятно, почему Саша выбрал этот караван — они покупают на Урале оружие и перепродают в западных и южных городах Империи. Но это значит…
  
Лена не успела предупредить — дверь одного из грузовиков открылась и тишину разорвал выстрел. Она увидела, как кто-то упал. Увидела вспышку пламени в ответ. Лена не успела испугаться, не подумала, кто упал, Саша или Вадим. Наверняка Вадим, не может же это быть Саша. Только сердце тревожно забилось.