Трон галактики будет моим! (СИ)

С тех пор всё сильно переменилось. Прямые рейсовые корабли к Гербере больше никто не забрасывает. Мы распрощались со Снегириной и восемь дней брели на еле живом атомном заправщике, у которого были тут какие-то свои тёмные дела. Контрабанда, наверное.
— Говорят, тут пираты шалят? — спросил я у грузного пилота при заходе на орбиту сближения с планетой.
— Так и есть. Пошаливают. Но уже уплочено.
  
Ага. Рэкет. Понятно.
— Значит, вас не тронут? — уточнила Октавия.
— Не должны, — пожал пилот огромными плечами.
Значит, могут, даже если «уплочено». Но, по счастью, пиратские фрегаты, плававшие в покое вокруг верхнего причала орбитального лифта, на нас не реагировали, и мы без проблем причалили.
По счастью для них. Про абордаж я Снегирине тогда не соврал.
Даже с орбиты было заметно, что это уже не тот упорядоченный и причесанный мир, который я знал раньше.
От десятка старых морей осталось хорошо если два-три. Зелёный пояс вокруг полюсов стал заметно меньше, а пустыни разрослись, словно имперская служба благоденствия забила на свою работу и предоставила геосферу с биосферой самим себе.
И, похоже, что так и есть.
А самое главное — появилось ещё одно кольцо вокруг всей планеты, пересекающее прежнее ледяное и расположенное довольно низко. Материал из этого кольца должен бы периодически выпадать над планетой в виде метеоритных дождей, а порой и достигать поверхности.
Что, судя, по свежим ударным кратерам в экваториальной зоне, порой и происходило.
Новое кольцо состояло из обломков множества погибших кораблей, оставшихся после междоусобной битвы двух имперских флотов пятьдесят лет назад. Больших подробностей пилот не знал.
И противоастероидной службы у планеты, получается, тоже больше нет?
Да, я смотрю, вы тут отрывались в мое отсутствие на всю катушку! Довели и империю, и планету.
Причем Орда, уже сотню лет методично разносившая планеты Центральных Звездных Систем, сюда ещё ни разу не добиралась, сами отлично справились. С этим местным определенно повезло. Орда — хоть и многочисленная, хищная и чудовищно-опасная, но неповоротливая в звёздных перемещениях.
Ну, ничего. У меня будет ещё время навести тут порядок. Здесь есть с чем поработать.
В общем, глядя на всё это, я ещё раз уверился, что, показываться на глаза текущему императору не собираюсь. И, надеюсь, он долго ещё не узнает, что я снова свободен.
— Я уверена, что любая другая населенная планета этой системы обеспечила бы для вас куда более достойный уровень комфорта, — не переставала донимать меня Октавия.
— Эта планета подходит, — бросил я мимоходом. — Я выбрал Герберу, и тому есть причины.
— Запущенная, пришедшая в полный упадок планета, — процедила Октавия. — Совершенно ничем не привлекательная и бесперспективная.
— Вот я и надеюсь, что мои дражайшие родственники так решат, — усмехнулся я.
Еще в полёте сюда я узнал, что Орда замечена на подходах к Второпрестольной, а значит, Императору Константину сейчас точно не до меня.
Мне как-то в принципе не хочется давать знать таким родственникам, что держат членов рода в вечной гибернации, что я цел. Явные же психопаты с нездоровой атмосферой в семье. Вон до какого невменяемого состояния довели великолепные в прошлом планеты.
— Всё же, я полагаю, вам стоило бы обратится за поддержкой, — не унималась Октавия. — Резиденция князя этой звездной системы не так уж и далеко, у нас хватит средств на еще один перелет внутри системы.
— Ни одна живая душа не должна знать, что я вернулся, Октавия, — твёрдо повторил я. — И никто из машин, кроме тебя.
— Как прикажете, господин рыцарь, — уныло отозвалась Октавия.
Ей не понравилась планета Гербера. И этого андроида, похоже, было просто не унять. Уже через несколько минут она снова заладила:
— Вы могли бы уже вернуться в одно из поместий Императорского рода в Центральных звездных системах… Например, на Помпаде.
— Вернуться, говоришь? И скоропостижно скончаться в течении суток усилиями каких-нибудь ревнивых правнучатых племянничков? — скривился я. — Или, в лучшем случае, снова в капсулу на сто лет улечься? Спасибо, с меня достаточно.
Да уж. Прошедшей сотни лет стратегических игр с искусственным интеллектом Пантеона в пространстве идеализированного Двадцать Первого века, пока Октавия восстанавливала мое практически уничтоженное в сражении тело, мне сполна хватило.
— Даже поверхностный анализ показывает, что нет ни малейших разумных причин вам оставаться здесь. Кроме ностальгических.
— Потерпи. Я ещё покажу тебе дом моей бабушки, он тебе понравится. Это в другом полушарии. Где-то тут была остановка орбитальных челноков.
Ничего, я ещё продемонстрирую ей выгодные стороны этого мира. А время вернуться в Центральные Системы придёт. Позже.
Конечно, подумалось мне, пока же у меня нет ничего, чтобы подчинить даже эту планету. Но я уже начал, и скорее рано, чем поздно, приведу местные рода под свою руку.
Я сделаю это. Я должен.
Или Империя Человечества погибнет. И людей не останется в этой Вселенной. Ведь Орда сама не остановится, и точно пройдёт через эту систему в том числе. И значит, останавливать Орду придется мне. Мне придется сделать это снова.
А больше и некому.
Пока я отсутствовал, мои изнеженные родственнички слили даже то, что слить было никак невозможно. Орда захватила и разграбила Первопрестольную, старую столицу, а никто из имперской верхушки даже и не почесался в своем Лунном Дворце. Орду даже не преследовали, когда она уходила с добычей. Все просто разбежались!
Флагман столичного флота «Принц Александр», в мою честь, между прочим, названный, уничтожен прямо на стоянке. Мою статую возле Пантеона засыпали мусором. А такую же тридцатиметровую статую на главной площади планеты с надписью «От благодарного человечества», как я смог выяснить, просто взорвали! Причем даже не аколиты Орды, а обычные анархисты, захватившие власть на брошенной властями планете.
Не то, чтобы, я прям скорбел по этой статуе, не самое впечатляющее произведение искусства было, но я даже на экскурсию к ней сходить не успел. А собирался.
Поэтому я прибыл на малую родину с целью обеспечить базу, собрать сторонников и построить флот.
Создать мой собственный ударный кулак.
И я это сделаю. Потому, что несмотря на легкомысленный стиль поведения, я, на самом деле, в ярости.
И я вполне отдаю себе отчет, что придется втрое согнуть всю имперскую бюрократию в системе, растолкать локтями всех претендентов, уничтожить сонмы врагов, прежде чем я получу должное. Моя родня скорее прирежет меня, чем даст возглавить всеимперский флот…
А начну я прямо отсюда. Прямо сегодня. Всё, детки, ваши игры кончились, я вернулся, трепещите.
— Вы планируете остановиться здесь навсегда? — с лёгким ужасом спросила Октавия.
— Нет, — ответил я. — Когда я буду уверен, что сил уже достаточно, я вернусь в Центральные системы, чтобы лично задать дражайшему родственнику на троне Империи несколько сложных вопросов. И пусть попробует мне не ответить.
В общем, вот в таком примерно настроении я отправился искать остановку орбитальных челноков.
На вокзале хватало народу, но в основном это были подпалубные матросы, опущенные вниз погулять с пиратских кораблей. В кабаках вокруг вокзала дым стоял коромыслом.
А я смотрю, на этой бывшей дачной планете имперской аристократии образовался прям какой-то вольный пиратский порт. И, чувствую, не срастемся мы с этим соседством.
Ну, так оно и оказалось.
Не успели мы выйти из вокзала, как к Октавии подкатил весь из себя такой типичный космический пират, полный разнузданного очарования. Возможно, благодаря очень натуралистичной татуировке на лице, анатомически верно изображающей череп.
  
А еще чёрная бандана на выбритой до блеска башке, потрепанный цветастый подскафандр с бластером в кобуре, расшитой золотой нитью.
— Вот это краля мне по вкусу! — сходу заявил этот внезапный озорной гуляка. — Сколько стоишь, красава?