Трон галактики будет моим! (СИ)
Октавия, несколько оторопев от такой прыти, уставилась на него, да и я, признаться, тоже.
Интересно, чем их там на борту кормят, что, достигнув грунта, на любой движущийся объект кидаются?
— Не продаётся, приятель, — оскалился я во все зубы, а они у меня отличные, на все деньги, и это всех бесит.
Татуированный пират в бандане прищурил один глаз, типа, прицелился и сообщил:
— Ну, раз не продается, значит — я так возьму.
О как. По-хорошему, получается, не доходит.
— Точно рискнешь? — приподнял я в сомнении бровь, положив руку на бедро, туда, где все приличные люди на этой планете просто обязаны носить свой личный бластер.
Которого у меня там не было.
Как-то раньше не возникала такая необходимость. Я брал врагов другим…
Пират хитро прищурился узорчатым черепом, весело осклабившись:
— А у тебя там пушечка-то есть?
Я нежно улыбнулся ему в ответ:
— Да я и голыми руками тебя успокою.
На что этот татуированный изрядно удивился:
— Ничего себе, какой ты дерзкий!
— Хочешь проверить? — произнес я, чувствуя взгляды всех окружающих.
Расчитывают на бесплатное зрелище.
— А ты мне нравишься, — оскалился пират, оглядевшись. — Новенький, столичный, а такой борзый. Уверен, что успеешь?
И раскрытую ладонь над кобурой с бластером расположил.
Ну, блин. Вот сейчас, похоже, и проверим, успею ли я придушить его голыми руками. Я не отступлю.
Наверняка бы мы устроили рукопашную с перестрелкой, всем на радость и развлечение, но нас прервали.
Выходец из местных дворян — глаз-то у меня наметан — уже некоторое время наблюдал за нашим общением в приличном отдалении. Но когда дело явно далеко зашло, приблизился и негромко произнес:
— Череп. Ты опять за свое.
Череп замер, медленно обернулся.
— Капитан? — пробормотал он, натягивая на рожу щербатую улыбку, фальшивую насквозь.
— Я смотрю, ты настроен ещё раз надраить все палубы на моем корабле? — прищурился в ответ его капитан.
— Так это же… Виноват, капитан.
Череп явно не собирался расстраивать этого человека ни словом ни делом. Эк он их построил, пиратскую вольницу, уважаю.
— Если не хочешь драить палубы — попрощайся с этими господами и возвращайся в кабак к парням, там тебя уже заждались, — порекомендовал капитан Черепу.
И тот перечить не стал:
— Есть, капитан!
Дворянин, сцепив руки за спиной, наблюдал за удаляющимся в сторону кабаков Черепом, а когда тот скрылся из глаз, повернулся к нам:
— Господа, я капитан Питер Блейз, к вашим услугам. Сударыня, не принимайте на свой счет. Он просто скотина, таких здесь полно. Судя по вашему виду, могу предположить, что вы новоприбывшие?
— Метко подмечено, капитан Блейз, — улыбнулся я. — Меня зовут Александр Иванов.
И тут я не соврал. Имею право на бабушкину фамилию.
На внутреннем экране тут же высветился вопрос: «Создать личность-инкогнито?» Хм, не припомню такой функции раньше.
Я ответил согласием. И тут же увидел строчки:
'Инкогнито-аккаунт: Александр Игнатьевич Иванов.
Юридический возраст: 25 лет.
Биологический возраст: 22–28 лет.
Титул: имперский рыцарь.'
— Да, именно Александр Иванов, — повторил я.
— Приятно познакомиться, — капитан Блейз, обходительно поклонился — И спасибо, что не прибили сразу этого идиота, у меня матросов и так не хватает.
— Не стоит благодарности, — улыбнулся я.
Питер Блейз улыбнулся в ответ:
— А что, господа, вы прибыли на Герберу в поисках добычи и приключений, или просто бежите от невзгод этого безумного мира?
— Мы здесь по делам, — ответил я. — По семейным.
Так ведь оно и есть по сути.
— Серьёзно? — удивился капитан. — Неожиданно. Это что-то новенькое, не укладывающееся в мою классификацию. Тогда, подозреваю, вы разыскиваете стоянку планетарных челноков?
— В точку, — улыбнулся я.
— Это там, — капитан указал, на дорожку, уходящую за здание вокзала. — Но если вдруг вы передумаете, или семейные дела вам наскучат, найдите меня на командирском мостике «Каравеллы», это прямо там, — он указал пальцем в небо над нами.
— На лифте?
— Самое большое пятно в зените, — кивнул капитан. — Вы первые, кто сумел противостоять плотским притязаниям Черепа, я впечатлен. И ещё, господа, я бы рекомендовал вам сменить гардероб. Это старый добрый мир, приверженный традициям. Самовыражения с помощью костюма, знаете, здесь не понимают.
— Благодарю вас за совет, капитан Блейз, — усмехнулся я.
Совету я следовать не собирался, не до того сейчас, но моя благодарность за бесплатный совет — тоже ведь бесплатная.
— Всего вам лучшего, господа, — поклонился он нам.
— Приятно было познакомиться, — ровно отозвалась Октавия.
— И мне, сударыня.
С тем он и удалился.
Конечно, он понял, что Октавия андроид. Но даже намеком не показал этого. Очень хорошо воспитан этот капитан Питер Блейз.
— Какой колоритный тип, — проговорил я, когда мы остались одни.
— Пиратские действия в одиночку или в составе группы по имперскому космическому уложению караются сбросом в действующий корабельный выхлоп, — проинформировала меня Октавия.
— Это конечно, — согласился я. — Но тип всё равно колоритный. И ещё кое-что, Октавия.
— Да, господин рыцарь?
— Нам точно нужен бластер. Ручной, пистолетный, для ношения в поясной кобуре. Внеси в список приоритетных дел.
— Внесено, господин рыцарь.
— Вот и славно.
Пройдя в указанном направлении за вокзалом орбитального лифта, мы и нашли стартовую площадку челноков орбитального подскока на другое полушарие — в Восточную Герберу. Мы-то сейчас на Западной, а в очереди на остановке стоят явно помещики на посадку. Мелкое дворянство, исконно населявшее планету со времен ранней колонизации. Наш контингент. Как их всех сюда занесло, с Восточной Герберы в этот пиратский рай? По делам, как мы?
И они все смотрели, как мы приближаемся.
— И чего они так пялятся? — тихо проговорила Октавия.
— У тебя боязнь публики, дорогая, — усмехнулся я. — Я всё беру на себя.
Широко улыбаясь, я приблизился к очереди, которая внимательно нас разглядывала и произнес:
— Всех приветствую, господа. Челнок на Восточную Герберу отсюда уходит?
— Да, молодой человек, — отозвалась из очереди бодрая бабушка в противопыльном капоре. — Это здесь. Да вы занимайте очередь, сударь, не стесняйтесь, уже скоро улетаем.
Мы с Октавией встали как раз за нею.
— Вы из Центральных Систем? — повернулась к нам радушная бабуля.
— Так и есть, сударыня.
— Оно и видно, нарядные такие, яркие, вон как сволочи сразу к вам пристали.
Она наклонилась ко мне, чтобы негромко сообщить:
— Мы видели, как вы их осадили, молодой человек, и мы целиком вас поддерживаем!
— Благодарю, сударыня. Мне было нетрудно, — пожал я плечами.
— Ах, бросьте, молодой человек, какая я вам сударыня, у меня правнуки уже есть! — засмеялась бабуля.
Честно говоря, лучше бы они поддержали нас делом. Но я не ожидаю от людей невозможного…
К началу очереди на наземном шасси подогнали челнок, откинули вниз бортовой люк, он же оказался бортовой лесенкой. Пилот объявил посадку, и мы пошли внутрь.
Деньги собирала на входе миловидная девица, стюардесса, видимо. И собирала явно мимо кассы лифтового вокзала. Ого, а как же налоги?
Но я неуместных камеральных вопросов ей задавать не стал, мы прошли в салон, знавший и лучшие времена. Заняли свои места в потертых пассажирских креслах вдоль бортов.
Летело нас человек тридцать.
И уже прямо перед отлетом через иллюминатор я заметил на вокзале того пирата, Череп, кажется. Он поймал мой взгляд и отсалютовал мне двумя пальцами от черной банданы на бритой голове.
Ишь ты, какой дружелюбный, оказывается. Я ему подмигнул в ответ.
А мы уже взлетали.