Костоправ. Книга 3 (СИ)

Это не было похоже на привычное взаимодействие с энергией. Не было ни контроля, ни даже чёткого понимания. Просто… присутствие? Нет, даже не так. Будто я впервые заметил собственное дыхание, которое всегда было со мной, но оставалось за гранью восприятия.
А потом это ощущение исчезло, оставив после себя странную пустоту и сомнения — а было ли оно вообще? Может, это просто усталость и недосып играют со мной злую шутку?
  
Я медленно опустился в кресло. Несмотря на бессонную ночь, сна не было ни в одном глазу. В голове вертелась одна мысль: «Я что-то нащупал».
 Глава 17 
После ночной практики мне удалось урвать пару часов сна. Проснулся я, как ни странно, сам, потому что не забыл о встрече с Ямгемом — не хотелось заставлять его ждать. Позавтракав, сразу отправился в храм.
— Вижу, — произнесла Сар’кханис, убрав ладонь с моего лица. — Мне ещё не приходилось обучать человека, поэтому не могу сказать наверняка, однако, судя по тому, что я увидела, медитация может стать ключом к твоему успеху.
— Обычная медитация? — уточнил я. — Она поможет?
— Когда ты замер в тишине, ты был ближе к пониманию, чем во время всех предыдущих попыток. — Она сделала паузу. — Да, тебе определённо стоит начать с медитации. Научись находить тишину внутри себя.
— Что значит «находить тишину внутри себя»?
— Твой разум постоянно наполнен мыслями, как бурный поток. Ты думаешь о том, что было и будет, о своих желаниях и страхах — всё это создаёт непрестанный шум.
— Понимаю.
— Возвращайся, когда сможешь вновь поймать то самое ощущение.
— То есть это всё? — уточнил я. — Больше никаких советов?
— Остальное зависит от тебя, — сказала Сар’кханис.
Я ненадолго умолк, а затем произнёс:
— Ты говорила о терпении, но… Я хочу понять, что меня ждёт и на что я буду способен. Мне нужно знать, к чему стремиться.
— Начав грезить вершиной, можно забыть о самом восхождении, Эйдан. Знание может стать ловушкой, если приходит слишком рано.
— Мой наставник, Емрис, как-то сказал: «Мотивация — это искра, которая разжигает огонь, а дисциплина — это дрова, которые поддерживают его горение». Сейчас мне нужна искра.
— В словах твоего наставника есть своя правда, однако не всегда знание разжигает огонь. Порой оно может и погасить его.
Я непонимающе свёл брови:
— То есть?
— Ты можешь разочароваться, осознав, что путь длиннее, чем ты представлял.
— Если знаешь, куда идёшь, путь становится короче.
Сар’кханис добродушно улыбнулась, словно впервые увидела во мне кого-то большего, чем просто неофита.
— Хорошо, — сказала она. — Будучи лишь слепком прошлого, я не могу воссоздать это здесь, однако могу показать.
— «Показать»?
— Не противься.
Сар’кханис протянула ко мне ладонь, и я вдруг очутился в калейдоскопе чужих воспоминаний. Я лицезрел, как её соплеменники открывали сияющие порталы, как они обменивались мыслями и эмоциями на немыслимых расстояниях. Я наблюдал за тем, как их тела, лёгкие словно пух, парили над землёй, а предметы вокруг них танцевали в воздухе, повинуясь едва заметным жестам. Я видел, как они творили сферы, внутри которых время замедляло свой бег. Их слух и зрение выходили далеко за пределы человеческих возможностей — они слышали шёпот травы и видели мельчайшие детали за многие мили. Они говорили с животными и перевоплощались, перенимая их облик и повадки.
Разум Сар’кханис хранил ещё десятки удивительных умений, но вихрь образов вдруг смолк, и я рывком вернулся в реальность. Потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы память и рассудок снова стали моими, чтобы мир вокруг обрёл чёткие очертания.
— Столько конструкций… столько сложных взаимосвязей… — промолвил я.
— Вот этой реакции я и стремилась избежать, — спокойно заметила она. — Потому и не хотела показывать полную картину.
— Я не разочарован, — покачал головой я. — Просто у нас нет времени — идёт война.
— Для начала научись сливаться с Нэйтааром.
— Даже если научусь… Что потом, Сар’кханис? Что я должен буду изучать?
— Не всё так сложно, как кажется на первый взгляд. Иногда достаточно лишь создать правильную мыслеформу.
В голове всплыл эпизод, как её тело трансформируется в неизвестного мне животного. Это было странное ощущение, но я знал, что она сделала это одним лишь намерением.
— Перевоплощение, — сказал я.
— Можешь начать с этого, — произнесла она. — Когда сольёшься с энергией, поймёшь, насколько податливым может быть тело.
— Я правда смогу?
— Мне неведомо, способен ли человек сделать это. Пределы ты определишь сам.
— Если трансформация удастся, не останусь ли я в облике животного навсегда?
— Поверь, если ты перевоплотишься один раз, проблем с этим больше не возникнет.
— Ладно, — вздохнул я. — Значит, шаг за шагом…
— Шаг за шагом, — кивнула она. — Не пытайся постичь непостижимое раньше времени, Эйдан. Не торопи события.
— Сар’кханис, у меня есть вопрос о порталах.
— Говори.
— Я далёк от религии, но в детстве изучал учения о Безликих. Единственное упоминание порталов, которое я встречал, было именно там — говорилось, что через них Ондора и Рондар пришли в наш мир.
— И что ты хочешь этим сказать?
— Может, Безликие — это древние?
— Маловероятно, — ответила она. — Легенды о Безликих существовали ещё тогда, когда мой народ впервые ступил на земли Антумна. Я допускаю, что за образами твоих богов могли стоять люди — те, кто обладал знаниями и силой, намного превосходящими возможности простых смертных.
— Значит, это мог быть кто угодно.
— Тебе не стоит размышлять об этом сейчас, не загружай разум лишними думами.
— Хорошо, — произнёс я. — Спасибо.
— До скорой встречи.
Обернувшись, я коснулся руки Ямгема, и он тут же встрепенулся:
— Сейчас верну, господин Эйдан.
Через мгновение меня утянуло обратно в физическую оболочку. Открыв глаза, я медленно поднялся с ковра. Тело казалось непривычно тяжёлым и неповоротливым после пережитых видений. Повернувшись к Ямгему, я произнёс:
— В ближайшие дни я не появлюсь в храме.
— Что-то случилось, господин Эйдан?
— Мне нужно овладеть тем минимумом, который от меня ждёт Сар’кханис, господин Ямгем.
— В таком случае буду ждать.
Мы обменялись прощальными любезностями, и я вышел из храма, направляясь к ожидавшей меня карете. Возница, завидев меня, спросил:
— Домой, господин Эйдан?
— Да, — машинально ответил я, но тут же передумал: — Нет, погоди. Едем в академию магов.
Если уж заниматься медитацией, то стоило изучить труды ритуальщиков. Я помнил ещё со времён учёбы в Гилиме, что в ритуальной магии медитации отводилось особое место. И хотя в Вотрийтане это направление было развито слабо, в библиотеке академии наверняка должны были сохраниться теоретические труды.
Академия занимала скромное здание из серого камня. Я бывал здесь лишь однажды, когда Виндер представлял меня местным магам. Беспрепятственно миновав входные двери, я направился прямиком в библиотеку и с удивлением заметил у её порога королевскую стражу. Неужели сюда пожаловал сам Герт?
Войдя внутрь, я увидел не короля, а его старшего сына — принца Вайнора Эр-ниля. Высокий и широкоплечий, с волевым подбородком, он определённо унаследовал внешность отца. Мы виделись от силы раза три во время моих визитов во дворец и почти не общались. Сейчас Вайнор о чём-то увлечённо беседовал с библиотекарем, указывая на строчки в раскрытой книге. Не желая отвлекать его своим приветствием, я хотел было дождаться окончания беседы, но тут он сам повернул голову и заметил меня.
  
— Эйдан, какая встреча.
— Добрый день, принц Вайнор, — склонился я в поклоне. — Не знал, что вы проявляете интерес к магическому ремеслу.
Его присутствие и правда меня озадачило. Вайнор, насколько я знал, не был магом. Более того, их никогда не было в семье Эр-ниль.