Город титанов (СИ)

В его голосе было столько боли, что и мне передалось, я представил разрушения родного города, который я никогда не любил, считал жлобским и затрапезным. Но оказалось, любовь познается в беде.
— Ох, мать моя дорогая женщина, — тревожно бормотал Сергеич, поглядывая на притихшие улицы. — Ты уверен, Денис? Уверен, что нам туда надо?
— Посмотрим, — коротко ответил я. — Пока они единственные, кто предложил нам в этом городе что-то доброе.
  
Вскоре показалась территория «Ковчега». По периметру тянулись высокие белые заборы, но не злая колючая проволока, а обычные цивилизованные ограждения. Охрана присутствовала, но выглядела скорее символически — люди в форме держались расслабленно. Даже странно, что при живых титанах и конкурирующих группировках «Ковчег» удержал и территорию, и порядок на ней. Все сверкающие стеклом современные здания уцелели! Словно это место перенесли из недалекого прошлого, такого беззаботного и прекрасного.
— Это медицинский комплекс имени Святого Луки, — объяснил Вечный. — Местным туда было не попасть, слишком дорого. А туристы и богачи перли аж с других островов.
Ворота распахнулись задолго до нашего приезда, словно тут нас ожидали. Во внутреннем дворе собралось человек полтораста — мужчины и женщины разных возрастов и национальностей. Бледные европейцы, смуглые азиаты, несколько африканцев. Кто-то в накрахмаленных медицинских халатах, кто-то в повседневной гражданской одежде. Многие были вооружены.
— Много народу, — оценил Тетыща.
— И все напуганы, — добавил Вечный.
Действительно, лица были встревоженные. Дети прятались за взрослых. Несколько женщин плакали. Я выхватывал взглядом профили, пытаясь понять, кто тут чистильщик и с кем придется иметь дело — сотрудничать или драться.
— Не все зашуганы, — прошептал Сергеич, поскреб лысину и кивнул на группу мужчин, которые о чем-то горячо спорили. Один указывал в нашу сторону и что-то доказывал.
— Добро пожаловать на «Ковчег», — сказал Мюллер, выходя из машины. — Прошу, проходите. — Повернувшись к остальным, он торжествующе воскликнул: — Видите? А вы нас с Ханной отпускать не хотели! Не зря мы рискнули! Эти люди с того конца острова! Там тоже есть выжившие.
— Много? — выкрикнули из толпы.
— Достаточно, — улыбнулся я и задал вопрос, который больше всего меня интересовал: — Кто тут главный? Как лидер своей группы, хочу с ним поговорить…
И вдруг я ощутил дежа вю. Все это уже было, только в других декорациях: неадекватно добрые низкоуровневые претенденты. Община пацифистов, блин! Вдруг причина того, что они не прокачались, не в миролюбивости собравшихся? Она в том, что этой общиной управляет контролер, который не хочет мне открыться. Только, в отличие от Лизы, он поумнее и ворует не все уровни, а по одному-два. И чего ждать от такого персонажа?
Есть в группе чистильщики? — уже прямо спросил я, но вместо ответа Мюллер жестом поманил за собой, и мы пошли.
Остальные потянулись за нами.
Я сам не знал, почему Клаус не отвечает на мой вопрос. «Ковчег» скрывает чистильщиков, чтобы другие группировки не видели в них конкурентов? Или и правда тут верховодит контролер? Как он себя поведет, когда узнает, что я уже работаю в тандеме с Лизой? Я обернулся и нашел взглядом невозмутимого Тетыщу, шагающего следом. Что удивительно — нас не разоружили и не обыскали.
Главное здание больницы поражало чистотой. Коридоры сияли, пахло антисептиком и озоном. Работали кондиционеры, гудели генераторы.
— Впечатляет, — признал я.
— Мы делаем ставку на науку, — объяснил Мюллер, ведя нас по коридору. — Считаем, что выжить можно только через понимание происходящего. А технологии тех, кто провел Жатву… мы называем их сборщиками… так вот, их технологии потрясающи!
Он провел нас в просторный конференц-зал. На стене висела большая карта Мабанлока, разделенная на цветные зоны. За столом сидели трое — женщина-азиатка, чернокожий мужчина средних лет и европеец. И вот эти трое были чистильшиками, причем 30-х уровней! Все трое выглядели молодо.
Ага, значит, за уровни наших претендентов можно не опасаться.
Я окончательно убедился, что существует куда более доступный и простой способ повышать уровни. Но почему я о нем не знаю? Что со мной не так? Надо будет осторожно пообщаться с Бергманом на эту тему…
— Мои коллеги, — проговорил Мюллер и представил всез по очереди: — Доктор Танака, вирусолог. Профессор Нкомо, биохимик. Доктор Леман, хирург. Когда все началось, мы все только прибыли на врачебную конференцию.
Мы обменялись рукопожатиями с чистильщиками, а потом Мюллер указал на карту.
— А вот текущая расстановка сил.
Красная зона покрывала почти половину города — порт, промышленные кварталы, трущобы. Огромная территория.
— Красная зона принадлежала Железным псам, — объяснил врач. — Теперь, полагаю, она пустует.
Ага, значит, у них уже есть сведения, что бандиты разгромлены.
Желтая зона занимала центр — правительственный квартал, банки, офисы.
— Желтая — территория Щита. Военные. По сей день не понимаем, чего они хотят.
Зеленая зона была самой маленькой — южная часть города.
— Зеленая — наша. Больница, школа и университет.
— А это что? — спросил я, указывая на черное пятно в северной части карты.
Мюллер резко помрачнел и отвернулся от карты.
— Сектор Ноль, — прохрипел он. — Туда мы не ходим. Никогда.
— Почему?
— Никто не возвращается оттуда. Там происходит что-то странное.
Доктор Танака наклонилась к карте и объяснила:
— Мы посылали туда три разведгруппы. Пропали все. Даже радиосвязь обрывается на границе зоны. Пугачи им не помогли, и даже очень дорогие защитные модификации, способные выдержать две-три атаки титана — все тщетно.
— Что именно там находится? — спросил Тетыща.
— Не знаем, — ответил профессор Нкомо. — Но иногда земля там дрожит так сильно, что вибрации проходят по всему городу. Жаль, у нас нет ничего вроде дронов, чтобы изучить аномалию. Сами понимаете, нынче с электроникой… — Он обескураженно развел руками.
— Неужели ваши разведчики по рации не докладывали, что они там хотя бы увидели? — поинтересовался Вечный.
Нкомо покачал головой:
— Рации перестают работать, стоит приблизиться к тому месту. Но у нас есть версия. — Он переглянулся с остальным. — Что, если там прячется космический корабль сборщиков?
Космический корабль жнецов? У меня зачесались руки. У Сергеича тоже зачесалось. Но — бритая башка.
— Ёж твою дрожь! — воскликнул он и принялся скрести ногтями темное пятно на лбу, да так остервенело, что лоскут кожи отошел, как у бездушного!
— Прекрати чесаться, — скомандовал Тетыща, хотел еще что-то сказать, но остолбенел от увиденного.
— Че вытаращились? — спросил Сергеич посмотрел на свои пальцы и раскрыл рот.
Не кровь там была — ошметки гниющей плоти.
А еще Сергеич потерял уровень, и у меня внутри все похолодело. Только расслабился, блин! Я перевел взгляд на Вечного и Дака, те остались при уровнях.
Мысли об инопланетном корабле вылетели из головы, теперь я думал только о Сергеиче и о том, как связаны эти хреновы Нои с «Ковчега» с его состоянием.
  
Глава 15
 
Почему я?
 
Сергеич замер, глядя на растопыренные пальцы. Губы его мелко задрожали, будто от холода, хотя в помещении было душно. Осторожно, словно боясь повредить что-то хрупкое, он ощупал свое лицо кончиками пальцев, потом провел ладонью по шее, осмотрел руки до локтя. На правом предплечье кожа отслаивалась тонкими чешуйками, под которыми проступала розовато-желтая плоть.
— Что со мной? — голос сорвался на хрип. — Что это за хрень?
  
Тетыща подошел к нему и прищурился, изучая расцарапанную макушку. Из неглубокой раны сочился не алый ручеек крови, а густой желтоватый гной с резким сладковатым запахом тления. Наш невозмутимый терминатор впервые за долгое время проявил эмоцию — отвращение — и спрятал руки за спину, боясь заразиться.