Город титанов (СИ)
— Действительно, что это за хрень? — пробормотал он.
Я развернулся к Клаусу всем телом, правая рука скользнула к рукояти «Нагибатора».
— Вы заманили нас в ловушку?
Мысленно я потянулся к своим бездушным, проверяя связь. Поначалу, когда «Сокрытие души» действовало только час, я считал каждую проклятую минуту, боясь пропустить момент. Теперь внутренний таймер работал на автомате — двадцать пять минут до отката.
На морщинистом лице Клауса проступило такое искреннее недоумение, смешанное с обидой, что я засомневался в его причастности к болезни Сергеича.
— Это заразное? — Дак попятился, морщась от запаха. — Я не хочу гнить заживо!
Вечный машинально почесал в затылке и тоже сделал шаг назад.
Профессор Нкомо уловил напряжение в воздухе и медленно поднялся из-за стола, его массивные руки легли на столешницу.
— А в чем, собственно, претензия? — спросил он. — В чем нас обвиняют?
Танака тоже встала, ее узкие глаза прищурились еще больше.
— Мы что, виноваты в болезни вашего товарища?
— Вот в этом! — заорал Сергеич, со всей силы хлопнув себя по макушке. Брызги гноя разлетелись в стороны, и все инстинктивно отшатнулись. — Я гнию, мать вашу раз так! Еще час назад этого дерьма не было. Как сюда попал, так началось!
— Было, — возразил Дак, потирая подбородок. — Ты чесаться начал еще когда мы сюда ехали. Просто сейчас резко усугубилось.
— Так и есть, ага, — подтвердил Вечный. — Помню, ты затылок драл, когда мы у ворот стояли.
— Вообще странно. — Дак нахмурился, его смуглое лицо приняло задумчивое выражение. — Меня зомби кусали, чуть кишки не выпустили, но я не заразился. А он, выходит, подхватил заразу? Станет зомби?
— Не станет, — отрезал я, стараясь говорить уверенно. — Он душу не терял, это исключено.
И правда, если вдуматься — Сергеич начал меняться еще до прибытия в «Ковчег». Мои обвинения повисли в воздухе.
— Может, от Флектора заразился, — вдруг предположил Вечный, щелкнув пальцами. — Тот ведь точно так же гнил. Вонял еще похлеще.
Меня будто ледяной водой окатили. У меня тут же зачесался затылок, я инстинктивно потянулся почесаться и с ужасом отдернул руку. Я же контактировал с Флектором, хватал его, бил! Неужели тоже заражен?
Подскочив к Тетыще, я развернулся к свету и прошептал с замирающим сердцем:
— Посмотри внимательно. Со мной все в порядке? Нет никаких пятен, гнили?
Тот придирчиво осмотрел мое лицо под разными углами, заставил закатать рукава, проверил шею.
— В абсолютном порядке. Ни пятнышка. — Он повернулся к остальным. — Вечный тоже с Флектором контактировал, и Дак, и многие другие — никто не загнил. Тут что-то другое. Нам волноваться не о чем.
— А мне? — Сергеич схватился за голову обеими руками. — Что со мной будет? Я сдохну?
Чистильщики «Ковчега» переглянулись, потом обступили Сергеича плотным кольцом, но никто не решался прикоснуться. Запах становился все резче.
— Сними футболку, — вдруг предложил доктор Пол Леман, выходя из-за стола.
Он чем-то напоминал Тетыщу — той же каменной невозмутимостью, но был выше на голову и шире в плечах. Походу, немецкая ментальность. Только у Лемана под белым халатом угадывался солидный живот успешного человека, привыкшего к хорошей жизни до Жатвы.
— Не бойся, мы просто осмотрим. Надо понять масштаб поражения — только голова или все тело затронуто.
Сергеич кивнул и стянул футболку через голову одним движением. Вонь усилилась втрое — сладковато-гнилостная, с нотками аммиака. Все невольно прикрыли носы.
Спину моего товарища покрывали багрово-фиолетовые пятна, похожие на трупные. Кое-где кожа вздулась пузырями, готовыми лопнуть от малейшего прикосновения.
Доктор Леман достал из кармана халата латексные перчатки, натянул их с профессиональным щелчком и осторожно пальпировал пятна.
— Что ты чувствуешь, когда я нажимаю здесь, — он прикоснулся к здоровому участку кожи на боку, — и здесь? — Палец переместился на багровое пятно. — Есть разница в ощущениях?
— Первое — норм, чувствую нажатие. Второе — будто через вату. Кожа онемела напрочь. — Сергеич жалобно посмотрел на доктора снизу вверх. — Что со мной, док? Я превращаюсь в зомби?
— Так сразу не скажешь. После Жатвы мы многое повидали, но с таким сталкиваемся впервые. Нужны анализы — кровь, соскоб кожи, возможно, биопсия. У нас есть полноценная лаборатория. Идемте, мистер Горбачев, в лабораторию, разберемся что к чему.
Доктор Леман положил руку в перчатке на плечо Сергеича, на здоровый участок.
Сергеич дернулся, сбросил его руку.
— Я че тебе, подопытная крыса? — вызверился он. — Будете эксперименты ставить, препарировать?
— Только анализ крови и пара тестов, — мягко успокоил его Леман. — Никаких болезненных процедур, обещаю.
Я шагнул следом за ними, но Тетыща перехватил меня за локоть и прошептал на ухо:
— Думаю, Лысому ничего не угрожает. Они не враги. Давай пока выясним про их план побега с острова — это важнее.
Приоритеты в моей голове перестроились в третий раз за последние минуты. Сначала интриговала загадочная аномалия Сектора Ноль, потом все затмил Сергеич с его болезнью, и вот наконец появился шанс узнать ответ на вопрос, мучивший меня с первого дня Жатвы — как выбраться с этого проклятого острова.
Я подождал, пока Танака и Нкомо вполголоса посовещаются и займут свои места во главе стола. Прокашлявшись, я поднял руку, привлекая внимание.
— Уважаемый господин Мюллер упоминал, что у вас есть план эвакуации с острова, но не хватает ресурсов для реализации. При этом аэропорт разрушен титанами, самолеты превращены в металлолом, а корабли потопил недавний шторм. Что это за план? Побег с острова — приоритет номер один для нашей общины. Может, объединим усилия?
Японка и африканец обменялись долгими взглядами, словно вели беззвучный диалог. Я был уверен — клана у них нет, контролера тоже. Возможно, какое-то устройство для мысленной связи? Ученые после Жатвы получили безграничное поле для экспериментов. Вспомнить хотя бы фильмы про зомби-апокалипсис — там целые институты бились над вакциной и способами обратить мутацию. Готов поспорить, эти люди развивают не боевые навыки, а что-то вроде моей «Изобретательности» — это ближе к их научной натуре.
— Мы собираем компоненты для портального устройства, — после долгой паузы призналась Танака, сцепив пальцы в замок. — Артефакт откроет стабильный проход на материк. Нужно семь частей. Пять уже есть, осталось две. Продаются только в магазине чистильщика, но попадаются редко и стоят очень дорого.
— Еще есть нюанс, — добавил Нкомо, барабаня пальцами по полированной столешнице. — В точке выхода нужно установить приемный маяк. Без него портал не стабилизируется.
Я чуть не расхохотался. Замкнутый круг — чтобы открыть портал в Россию, туда сначала надо добраться! А чтобы добраться, нужен портал. Или самолет. Которого нет.
— Как-то не смешно, — я покачал головой. — С острова все равно надо выбираться. Не на бревне же через океан.
Нкомо развел массивными руками и вздохнул. Тетыща подошел ближе к столу и констатировал:
— У вас есть лаборатории, вычислительные мощности, научная база. Все верно?
— Абсолютно.
— Значит, вы готовы поделиться данными с потенциальными союзниками? — в голосе Бергмана звучал металл.
Нкомо просиял, его белозубая улыбка озарила темное лицо, когда он сказал:
— Вы случайно не ученый? Редко кто интересуется нашими исследованиями. Военные только оружие требуют.
— Я коммерсант, — сухо ответил Тетыща. — Но ценю информацию.
Меня интересовало более практическое:
— Что за части нужны для портала? И сколько стоят?
Танака достала из нагрудного кармана халата тонкий планшет, провела по экрану и развернула к нам.
— Вот спецификация недостающих компонентов. «Квантовый стабилизатор пространственных аномалий» — двадцать три миллиона универсальных кредитов. И «Резонатор темпоральных потоков» — сорок восемь миллионов. Продаются исключительно в магазине чистильщика высшего уровня.