Дороже жизни
– Поймал!
Медленно, помогая себе свободной рукой, он поднялся по скобам, держа в другой руке сверток с собакой. Выбравшись наверх, поставил дворняжку на землю и снял свитер. Пес, оказавшись на свободе, отряхнулся и тут же кинулся к хозяйке.
А та, со слезами обняв пса, бросилась обнимать и его самого.
– Спасибо, дядя, – прошептала она, и в ее глазах светилась вся вселенная. – Его зовут Боня. Он хороший.
– Вижу, что хороший, – Клим, уже продрогший и перемазанный в грязи, потрепал пса по загривку. Пес благодарно лизнул ему руку.
Пока девочка успокаивала собаку, Клим, дрожа от холода, натянул куртку и достал телефон. Набрал номер диспетчерской.
– Слушаю вас, – ответил диспетчер аварийной службы.
– Добрый вечер. Во дворе дома по улице Советской открыт канализационный люк. Глубина около полутора метров. Только что сам оттуда собаку доставал, могли бы и дети провалиться. Нужно срочно закрыть.
– Принято.
Только убедившись, что люк будет закрыт, Клим успокоился.
– Тебе далеко идти? Уже темно, – спросил он девочку.
– Вон в том доме, – она показала на ту самую пятиэтажку, в которую шел и сам Земцов.
Он проводил ее до подъезда, неся на руках обессилевшую собаку. Поднимаясь по лестнице, девочка, уже успокоившись, оживленно рассказывала о Боне. Клим молча кивал, думая совсем о другом. Они остановились на одном из этажей, и Клим с удивлением понял, что это тот самый адрес, куда его вызвали починить кран.
Когда девочка открыла квартиру, изнутри выбежала заплаканная женщина.
– Господи, Карина! Где ты была? Я уже обзвонила всех! – она прижала дочь к себе, а потом взгляд ее упал на грязного, мокрого Клима и перемазанного пса.
– Мам, а это дядя Клим! Он в яму залез и Боню спас! – затрещала Карина.
Женщина, представившаяся Ольгой, смотрела на него с таким облегчением и благодарностью, что Климу стало неловко.
– Спасибо вам… огромное, – сказала она, и голос ее дрогнул. – Я так испугалась… Вы меня просто спасли.
– Да я мимо шел, – отмахнулся Клим, ставя на пол ящик и с трудом сдерживая дрожь от холода. – Точнее к вам, кран чинить. Давайте я пока гляну, раз уж я здесь.
Через час кран был исправен, рана пса, которую Клим заодно осмотрел и обработал, была перевязана, а Ольга оплатила услуги спасателя, прибавив щедрые чаевые. Земцов не стал отказываться в этот раз. Гордость гордостью, но ботинки нужнее…
– Вы сегодня мой ангел-хранитель, – улыбалась Ольга, провожая его до двери.
Довольный, Клим вышел на улицу. В кармане лежали деньги, которых хватало на новые ботинки и даже на пиццу на ужин. Он зашел в магазин, долго выбирал, и остановился на теплых зимних ботинках с ярко розовой подошвой, именно такие Катюша показывала ему в прошлом месяце.
Дома Земцов бережно поставил коробку у входной двери, чтобы утром дочь нашла сюрприз. На душе стало светло и спокойно. Он пошел на кухню наливать чай и раскладывать пиццу по тарелкам, чтобы устроить девочкам небольшой праздничный ужин.
В это время на другом конце города Александра Северская в который раз обходила свою квартиру, и ее взгляд снова натыкался на коробки со шкафами. Бардак, который она ненавидела всей душой, стал ее личным проклятием. Она потратила весь вечер на поиски нового мастера, но одни были с подозрительно низкими ценами, другие с кучей негативных отзывов, третьи не брали трубку. В итоге она не продвинулась в поисках ни на миллиметр.
И снова в памяти всплыло лицо того мужлана. Его уставшие, полные презрения глаза. Его спокойное «Пошла ты нахрен». От одной мысли о нем ее начинало трясти. Как он смел? Кто он такой, чтобы так с ней разговаривать?
От злости Саша села за компьютер, нашла сайт с отзывами о местных мастерах и быстро отыскала его профиль. «Клим Земцов». И – о да! – целая стена восторженных комментариев.
«Спас мою кошку из вентиляции!»
«Починил все в доме за копейки, золотой человек!»
«Приехал глубокой ночью, когда прорвало трубу».
Ну прям святой спаситель! Конечно. Всем он такой герой, и только ей одной не повезло столкнуться с его истинным, хамоватым лицом.
Взгляд снова упал на коробки, и волна раздражение окатила с головой. Из вредности, движимая желанием хоть как-то отомстить, Александра начала печатать, слегка приукрашивая и опуская ненужные детали. Ядовитый, гневный отзыв, в котором Клим предстал некомпетентным, грубым раздолбаем, сорвавшим срочный заказ. Она писала, стараясь задеть побольнее, представляя, как он это прочитает и помнет свои грязные руки. Злорадная улыбка тронула ее губы. «Вот тебе, урод. Хотя бы так».
Перечитав несколько раз, Северская натянуто улыбнулась, отпуская ситуацию и уже собиралась удалить этот поток желчи, понимая, что никогда не опустится до уровня кляузницы, как вдруг зазвонил телефон. Ирина, ассистент.
Автоматически переключившись в рабочий режим, Александра приняла звонок. Они десять минут обсуждали детали нового контракта, и когда звонок наконец прервался, ее взгляд упал на экран ноутбука.
Сообщение под полем для отзыва гласило: «Ваш отзыв отправлен на модерацию. Обычно это занимает до 24 часов». Кнопки «Отменить» или «Редактировать» не было.
Сердце у Александры неприятно сжалось. Она уставилась на экран, не веря своим глазам.
– Твою мать… – тихо, с чувством глубочайшего раздражения на саму себя, выдохнула она.
Хотелось побиться головой об стол, а эти коробки теперь вызывали не просто злость, а тяжелое, давящее чувство стыда.
Глава 5
Александру грызла совесть. Непривычное, тошнотворное чувство, от которого хотелось спрятаться. Она, которая всегда действовала с холодной головой и точной выверенность хирурга, всю ночь проворочалась, представляя, как тот небритый мужлан читает ее гневный, полный яда отзыв и думает о ней невесть что.
Хотя с чего вдруг ее это должно было волновать? Ответа так и не нашлось. А с рассветом вернулась привычная броня. Северская сумела договориться с собой. «Он получил по заслугам. Нечего было хамить», – твердила она себе, заваривая кофе. Но горечь во рту была не от кофе.
Звонок Ирины стал спасением и от странных мыслей, и от бардака в квартире.
– Александра Алексеевна, я нашла вам сборщика мебели! Отзывы безупречные, пунктуальный. Будет у вас через час.
– Прекрасно, – ответила Северская, мельком взглянула на часы, и довольная улыбка слегка тронула ее губы, от осознания, что на этом Земцове свет клином не сошелся. Да и вообще еще раз убедилась в том, что незаменимых нет.
Все складывалось отлично, но странная тревога, колючим комком засевшая под ложечкой, не уходила. Саша раздраженно вздохнула и открыла ноутбук. Сообщение «Ваш отзыв находится на модерации» все так же насмехалась над ней с экрана. А самое противное, что отзыв написан от ее реального имени. Это был крах репутации, если кто-то из ее клиентов узнает…
Чувство полной потери контроля захлестнуло с новой силой. Она лихорадочно нашла контакты техподдержки и написала короткое, сухое сообщение, умоляя в душе: «Удалите, это ошибка». Но в ответ ничего не пришло. Тишина и безмолвие. Оставалось только поручить это Ирине, но тогда весь коллектив точно узнает о ее позоре.
Ровно в назначенный час в дверь позвонили. На пороге стоял мужчина в идеально чистой униформе, с улыбкой сухой и натянутой. Его чемоданчик блестел.
– Здравствуйте, я Алексей, по поводу сборки мебели.
– Проходите, – кивнула Александра, с облегчением отмечая, что он производит впечатление профи.
Алексей работал быстро, четко, почти беззвучно. Словно робот. Александра пыталась сосредоточиться на отчетах, но ее взгляд раз за разом возвращался к этим проклятым коробкам. И по контрасту с этим стерильным мастером в памяти всплывал другой образ: уставшие глаза, запах дыма и пота, грубая, но какая-то настоящая искренность в голосе. И этот контраст заставлял ее чувствовать себя мелкой склочницей.
Внезапно тишину разрезал резкий, сухой треск. Он прозвучал как выстрел и работа мастера замерла. В квартире воцарилась гробовая, давящая тишина.