Маячный мастер (СИ)
— Поверьте, мне очень жаль, что я обвинила мастера Валу в недобрых намерениях относительно вас, Серж…
Я спрятал злорадную усмешку. Что, голубушка, скисла? Вон как глазки прячешь, да и голосок виноватый, чуть ли не заискивающий. И правильно, и пусть…
— Но и вы должны меня понять, — продолжила Дзирта, — я сама тогда мало что понимала. Узнав, что Лоцман отыскал в одном из Внешних Миров нашёл человека, способного использовать Источник, я поняла, что надо действовать как можно скорее. Обратиться за помощью было не к кому, кроме мессира Дваркеля — но откуда мне было знать, что он всучит мне астролябию с заранее выставленными и жёстко зафиксированными настройками? Всё, что я делала при вас — крутила лимбы, нажимала рычажки — не имело ровно никакого значения. Астролябия сработала так, и должна была -забросила «Штральзунд» прямиком в Мир Трёх Лун, а не туда, куда я собиралась вас отправить.
— Куда — не секрет? — осведомился я. Рассказ Дзирты был достаточно правдоподобен. Пока, во всяком случае.
— Понятия не имею! Я нашла настройки для астролябии в навигационном журнале на дядюшкином флагмане. Вообще-то наши военные корабли очень редко пользуются Фарватерами, но всё необходимое для этого на борту имеется — включая перечень стандартных настроек астролябии для тех из Внешних Миров, с которыми у Зурбагана установлены тесные отношения. Я думала: пока вы разберётесь, куда попали, или мастер Валу вас разыщет — я здесь, в Зурбагане, успею разобраться, что происходит.
— Стоп! — я рубанул ладонью воздух, прерывая её излияния. — Учти, я воспользовался этой самой астролябией для возвращения в Зурбаган, да и потом случалось, и не раз… Валуэр тоже её осматривал — и не нашёл ничего подозрительного. Что ты на это скажешь?
Она пожала плечами.
— Откуда мне знать? Астролябия — очень сложное устройство, всех его секретов не знают даже мастер Валу и другие Лоцмана.
— Но к Дваркелю-то это не относится?
Она мотнула головой, волосы разметались по плечам. Красива всё-таки, чертовка, не отнимешь…
— Если кому все они известны — так это ему. Ну, может ещё- мессиру Безанту, у него лавочка редкостей и зеркальная мастерская в Переулке Полуночника.
— Знаю такого. — я кивнул. — Обращался по одному вопросу… впрочем, сейчас это неважно.
— Что она говорит? — спросил Пётр. Беседа шла на зурбаганском, который он понимал с пятого на десятое, особенно когда наша собеседница волновалась и принималась говорить сбивчиво.
— Погоди ты… — я отмахнулся. — Потом всё расскажу, а сейчас не сбивай, хорошо?
Пётр что-то недовольно пробурчал под нос, но умолк. Ненадолго, надо полагать — терпение никогда не было его сильной стороной.
— Если верить тому, что ты тут наплела, — медленно произнёс я, — то получается, что мессир Дваркель тоже замешан в этом заговоре?
Она кивнула три раза подряд.
— И он, и ещё много народу, по большей части, флотские офицеры и курсанты Морского Лицея. От одного из них, своего знакомого, я обо всём и узнала…
— Знакомого, говоришь? — я прищурился. — И насколько…хм… близко ты с ним знакома?
— А вот это не ваше дело! — вскинулась девчонка. А ведь угадал — вон, как щёчки зарделись, глаза прямо-таки пылают негодованием…
— Не моё, так не моё. — великодушно согласился я. — А насчёт заговора — можно с этого места поподробнее? В деталях, так сказать, в хронологическом порядке? А то — сколько можно тянуть из тебя слова клещами? Нервы у меня не железные, не говоря уж про моего друга. Не стоит его сердить, мой тебе совет, девочка…
— Что именно вы хотите узнать? — теперь взгляд её был каким-то… затравленным что ли, жалобным? — Я же всё рассказала: заговор составили флотские офицеры и курсанты морского лицея. Только я не сразу это поняла, сначала думала, что это затея мастера Валу и его коллег из Лоцманской Гильдии.
— Сама думала, или?…
Она замялась.
— Нет, это всё Альфред. Ну, тот курсант, о котором я говорила. Который мне рассказал о заговоре.
— Твой близкий знакомый? — уточнил я, признаться, не без некоторого ехидства.
Стрела угодила точно в цель — Дзирта густо покраснела и опустила глаза.
— Да, он. Это я потом поняла, что мастер Валу ни при чём, а Альфред сам замешан в заговоре по уши. Он, кстати, был одним из тех, кто напал на ваш дом в Смородиновом Переулке.
— Надеюсь, это его я подстрелил. — ответил я. — Но ты мне скажи: когда ты выяснила, что Валуэр не при делах?
— Уже потом, после того, как вы вернулись в Зурбаган и снова исчезли. Я подслушала один разговор — дело было на одном приёме, беседовал капитан «Гель-Гью», Альфред и ещё два моряка. Они говорили, что первоначальный план провалился и надо выбрать момент, когда вы снова окажетесь в Мире Трёх Лун, чтобы сразу захватить и вас и то, что вы там ищете?
— Это Источник, что ли? Так мы тогда понятия о нём не имели, только потом выяснили, что это такое. Да и то не до конца, есть ещё вопросы…
Ну, положим, до конца о нём вообще никто не знает, даже мессир Дваркель. — сказала Дзирта. — Но факт в том, что заговорщики догадывались, что вы будете его искать — и, как видите, не ошиблись!
— И послали «Гель-Гью», чтобы прихлопнуть нас прямо там, на месте?
— Всё было заранее спланировано. Канонерка явился в Мир Трёх Лун заранее, за сутки до вас. На остров высадили двух человек, они спрятались неподалёку от якорной стоянки, и когда вы двое отправились на поиски — подали сигнал.
— Это как — сигнал? Ракет я, вроде, не заметил, дыма тоже… Зеркальцем, что ли — но тогда канонерка должна была находиться в пределах видимости… Или флажки, что ли, подняли на пальму?
— Почтовым голубем. — она усмехнулась. — Я как раз была на вахте, когда он прилетел и видела, как капитан прочёл записку и скомандовал разводить пары. Что было дальше — вы помните.
— Помню, да. — я кивнул. — До самой смерти не забуду. — Интересно, что за идиот решился на таран прямо посреди Фарватера?
— А что было делать? Капитан был уверен, что Источник у вас на борту, а вы сразу по прибытии в Зурбаган, отдадите его Валуэру — и тогда на их планах можно будет ставить крест. Когда я поняла, что он собирается делать, то перепугалась до смерти — все знают, к чему приводят такие выходки на Фарватере!
— А на «Штральзунд» сама перепрыгнула, или взрывной волной забросило?
— Сама. Едва за борт не свалилась, все ногти поломала…
— Ясно… — я помолчал, переваривая сказанное. — Что ж, будем иметь в виду. Осталось выяснить, как говорят в Одессе, один незаметный пустячок: зачем заговорщикам понадобился Источник, и почему они так не хотели, чтобы он попал к Валуэру? А заодно — может, расскажешь, наконец, в чём, собственно состоял заговор? А то я, честно говоря, так до сих пор ничего и не понял…
II
Врунгель махнул зажатой в кулаке фуражкой.
— Майна помалу! И осторожней, бабушку твою за ногу!..
Ящик, раскачиваясь на тросе, медленно пополз вниз. Разгрузка оказалась делом хлопотным — подвезти «Клевер» вплотную к берегу не удалось из-за песчаного мелководья в лагуне — приходилось перекидывать ящики, мешки, бочки грузовой стрелой на специально сколоченный плот (Врунгель именовал его солидным термином «лихтер»), а потом моторкой, через полосу прибоя, буксировать к кромке пляжа. Там груз вытаскивали на песок и уханьем волокли в близлежащую рощицу, где решено было устроить временный склад.
— Можно вас поздравить, Серж. — сказал Валуэр. — Первый груз, доставленный на Остров Скелета, событие важнейшее!
Ящик тяжко стукнулся о брёвна плота. Врунгель непечатно прокомментировал косорукого крановщика, посулив, если ценный груз пострадает, оторвать тому причиндалы. В ответ крановщик вякнул что-то неубедительное, но тоже нецензурное.
— Да, процесс пошёл. — согласился я. — Вам спасибо, мастер Валу, нам самим нипочём Михаила Христофоровича не уговорить бы…
В заявлении моём не содержалось ни капли лести, одна только констатация факта. Остаток апреля мы с Петром ломали головы, как бы подкатиться с нашим предложением к Врунгелю, но так ничего и не придумали; Валуэру же, прибывшему на Бесов Нос в первых числах мая, понадобилось на это меньше суток. Лоцман, сразу нашедший со шкипером общий язык, пригласил того к себе, на «Клевер». Там два морских волка просидели всю ночь, и когда я часа в три выбрался на свежий воздух по малой нужде, то услыхал доносящееся со шхуны «Прощайте, скалистые горы…», исполняемые дуэтом. А наутро Врунгель, совершенно обалдевший, с красными от бессонницы и водки глазами, явился к нам и заявил, что согласен на всё. Валуэр за неустановленным количеством бутылок чёрного покетского рома рассказал шкиперу всё — и о Фарватерах с Маяками, и о Зурбагане, и о планах основать колонию. А ещё, он пообещал — конечно, если уважаемый шкипер даст согласие — устроить ему патент Капитана Фарватеров, документ, без которого ни одно судно не может совершать транзитные рейсы через Зурбаган. Для начала, объяснил Лоцман, «Клевер» будет ходить между Онегой, Зурбаганом и Миром Трёх Лун — а дальше видно будет.