Перепрошит тобой (ЛП)

Я вращаюсь в кресле, забрасывая руки над головой.
— Не на ту нарвался! — визжу я, издавая хриплый хохот, подобающий моей внутренней стерве, и усаживаюсь поудобнее в ожидании.
На экране я вижу, как его массивные мышцы напрягаются под тканью костюма, пока он яростно долбит по кнопкам на панели. Я вскакиваю с места и начинаю танцевать по комнате от счастья. Приседаю и трясу задом, замирая лишь тогда, когда на столе звонит телефон. О да-да-да. Прямо как я и думала.
  
Я беру трубку.
— Ферма мулов Берни, главный осел слушает.
— Мисс Креншоу, нет ли у вас идей, почему лифт не работает? — спрашивает Фрэнк, и в его тоне звучит легкость.
— Хм, ну, возможно, это как-то связано с тем, что я сменила код, — отвечаю я и начинаю смеяться, звук выходит глухим, мои плечи трясутся. В трубке воцаряется тишина. — Алло? — я поворачиваю кресло обратно, и у меня останавливается сердце.
Какого лысого!?
Двери лифта плавно разъезжаются, и я на мгновение вижу широкую спину Фрэнка, заходящего внутрь.
Дерьмо.
Пальцы мелькают в бешеном темпе по клавиатуре, пока я пытаюсь не дать ему подняться сюда. Я ожидала, что он пойдет по лестнице, после того как я сделала лифт бесполезным. Вот только он не бесполезен, потому что сейчас двери закрываются, позволяя Фрэнку и его людям войти и с легкостью сюда подняться.
Чтоб его налево.
Микаэль как-то проговорился, что это единственный частный лифт, и только он достигает пентхауса. Сумасшедшая мера безопасности, но она должна была сыграть мне на руку. И сыграла бы, если бы смена кода к лифту действительно сработала.
Как он это сделал…
Должно быть, у него есть код обхода. Черт, я бы на его месте сделала то же самое.
Пфф. Было бы так здорово заставить их всех побегать по лестнице. Интересно, где она вообще находится. Если ее нет, Talbot явно не соответствует строительным нормам. Мой мозг зацикливается на бесполезной информации, пока я ищу управление лифтом и пытаюсь вернуть себе контроль.
Несколько нажатий клавиш, и удовлетворенный смешок вырывается из груди.
— Посмотрим, как ты поедешь на лифте, когда у него не будет питания, большой парень.
Я фыркаю про себя, наблюдая за огоньками внутри лифта в ожидании, когда они погаснут, но брови опускаются, когда они лишь слегка мерцают в ответ на мои команды.
— А теперь реально, какого хера происходит-то? — обращаюсь я в пустоту. Как это возможно?
Качаю головой, понимая, что после сегодняшнего вечера тюремная камера мне практически гарантирована. Переговоры определенно пошли не по плану, но, думаю, я могу отрубить питание всего здания.
Я вскакиваю на ноги и начинаю отключать все. Сладких снов, Talbot Global. Как только питание пропадет, генераторы должны включиться автоматически, давая мне достаточно времени, чтобы сбежать.
Я сильно сомневаюсь, что Фрэнк Штейн станет рассказывать в новостях, как похитил меня и заставлял работать на себя несколько дней, и это должно удержать его от того, чтобы сдать меня копам.
Конечно, если копы все же появятся, я могу просто заявить, что отключила здание, чтобы сбежать?
Я пожимаю плечами. Так или иначе, Фрэнк проигрывает, и меня это устраивает, хоть и жалко здание. Я морщусь при мысли, что всему этому месту предстоит погрузиться во тьму: множество ресторанов, спортзал… Люди будут недовольны.
С другой стороны, восстановление питания не должно занять много времени.
— Простите, чуваки, — бормочу я под нос и погружаю здание во тьму.
Я поднимаюсь на ноги, спотыкаюсь о массивное кресло и прижимаюсь лицом к стеклу. Много лет назад Talbot Global установили перед входом светомузыкальный фонтан, который не перестает изумлять жителей и всех приезжих.
Я расслабленно опираюсь о стеклянную стену, и по мне разливается облегчение, когда я вижу, что фонтан неподвижен, его огни погасли, он безмолвствует и неподвижен.
— Да! Ага! Получай, Фрэнк Штейн! — кричу я.
Я танцую на месте, легко шаркая ногами по гладкому мраморному полу, исполняя «бегущего человека»25 в офисе самого богатого человека в мире. Прыгая от восторга, я возвращаюсь к столу в ожидании звонка Фрэнка.
— Какими должны быть наши требования, Эдгар? — спрашиваю я его. — Думаю, нам точно стоит потребовать отпуск после всего этого, как ты считаешь?
Я смеюсь, но звук застревает в горле, когда до моего слуха доходит гул кондиционера.
Сердце падает в пятки, счастливые бабочки в животе обращаются в свинец, когда до меня доходит осознание: того, что отключение электроэнергии не вызвало даже малейших проблем.
— Дерьмо.
Глава 9
БЕРНАДЕТТ КРЕНШОУ

Огромная дверь лифта с легким звоном открылась, и звук эхом прокатился по пентхаусу, как раз когда снаружи ударила молния, зловеще озарив комнату.
— О боже, о боже, о боже, — пискляво и ужасно взвизгнула я. Как такое вообще возможно? Как он снова меня переиграл?
Я с тревожным изумлением наблюдаю, как жизнь пытается пронестись перед глазами, но я слишком занята, пытаясь понять, как этот мудак меня превзошел. Одному богу известно, какого черта этот гребаный лифт продолжает подниматься сюда, хотя я отрубила ему, блять, питание.
— Надеюсь, ты получила удовольствие, — произносит этот исполин, входя внутрь.
Он пригвождает меня острым серым взглядом, и сердце проваливается в пятки.
Мой мозг застывает, будто не в силах поверить в происходящее, но я собираю всю свою наглость в кулак.
— О, еще бы я не получила. Захватить твою компанию — проще пареной репы, — отвечаю я, пытаясь сделать вид, что так и было задумано.
— Отлично, а теперь скажи, как ты собираешься вернуть мне мои деньги, — говорит Фрэнк.
Я фыркаю, когда он приближается, но внутренне сжимаюсь, желая отстраниться от его гнева.
— Обезопасьте остальное здание, — бросает он своим людям, которые выглядят ниже его, но вооружены до зубов.
Хотя каждый из них одет не то как Рэмбо26, не то как участник косплея на Робокопа27, Фрэнк Штейн в деловом костюме в десять раз страшнее всех их вместе взятых.
Люди разворачиваются и направляются выполнять приказ своего босса.
— Но сэр… — начинает один из них с неузнаваемым акцентом.
— Сию же минуту. Мисс Креншоу и я немного побеседуем, а потом мы встретимся с вами внизу, — говорит он каким-то странным голосом.
Едва люди скрываются в лифте, у которого не должно быть электричества, Фрэнк совершает немыслимое.
Он наклоняется, поправляя серую ткань брюк, которые, я почти уверена, точно совпадают по цвету с его глазами, и приседает на корточки. Это движение выставляет напоказ его пах, и я изо всех сил стараюсь, чтобы моя челюсть не отвисла при виде выпуклости.
Свят свят, я в большой заднице.
Его член — настоящий Голиаф, и мне хочется, чтобы его закинули прямо мне в рот с катапульты.
У меня подкашиваются ноги, а желудок делает кувырок, когда я замечаю, что все его внимание приковано к переноске Эдгара. Мой кот сейчас мурлычет и трется о мужчину, несмотря на защитный воротник.
— Эдгар, — шиплю я, гадая, что же, черт побери, мне на этот раз придется сделать, чтобы вернуть своего кота. И какого черта он ведет себя так, будто Фрэнк — его новый лучший друг?
Я замираю, когда он поднимается на ноги, все еще держа кота на руках.
— Вот как теперь будут обстоять дела, — начинает он.
— Ах, а кто умер и оставил тебя у руля? — обрываю я его, вкладывая в голос всю ехидность, на какую способна, и скрещиваю руки на груди.
  
— Хороша глотка для той, кого поймали с поличным. Двадцать миллионов? — он цокает языком, даже не утруждая себя взглянуть на меня, и обращается к Эдгару, а тот принимается ластиться, словно перед ним икра. Мой кот изо всех сил старается продемонстрировать моему новому заклятому врагу свою любовь.